Майкл Коннелли – Страшила (страница 35)

Наконец я вставил ключ в замок и толкнул дверь. Затем оглянулся на парня с бакенбардами и наградил его прощальным кивком. Когда тот приблизился ко мне, я различил у него на лице улыбку, показавшуюся мне странной, если не сказать — зловещей.

— Привет, Джек! — произнес кто-то из глубины моей комнаты.

Я мгновенно повернулся на голос и увидел женщину, поднимавшуюся со стоявшего у окна стула. В следующую секунду я идентифицировал ее как Рейчел Уоллинг. На лице у нее проступало чрезвычайно серьезное, деловое выражение. Я почувствовал, как парень, пройдя мимо дверей моей комнаты, двинулся дальше по коридору к своему номеру.

— Рейчел? — спросил я. — Что ты здесь делаешь?

— Почему бы тебе не войти и не закрыть дверь?

Продолжая пребывать в потрясенном состоянии от этого неожиданного визита, я тем не менее сделал так, как мне было велено, и захлопнул за собой дверь. В следующее мгновение я услышал аналогичный хлопок в коридоре. Похоже, парень тоже вошел в свой номер.

Медленно и осторожно я сделал несколько небольших шажков в глубь комнаты.

— Ну так как же ты все-таки попала сюда?

— Присаживайся, и я подробно расскажу тебе об этом.

Двенадцать лет назад у нас с Рейчел Уоллинг была связь — короткая, страстная и, как сказали бы некоторые, ненужная и не ко времени. Несколько лет назад, правда, я видел ее фотографии в газете в связи с одним делом, когда она помогла полиции выследить и ликвидировать преступника в Эхо-парке. Но во плоти мы с ней встречались в последний раз в зале суда десятью годами раньше. При всем том за все эти годы почти не проходило дня, когда бы я не вспоминал о ней. Она являлась одной из причин — возможно, самой главной, почему я рассматривал те времена как вершину своей жизни.

С тех пор она на удивление мало изменилась внешне, хотя я знал, что ей пришлось пройти через множество трудностей и испытаний. Она заплатила за наши взаимоотношения пятилетней, назовем это так, ссылкой в южную Дакоту, где работала в крохотном офисе, обитателем которого являлась лишь она сама. Профилированием и серийными убийцами она, разумеется, уже не занималась и расследовала в основном пьяные драки с применением холодного оружия в барах индейских резерваций.

Но ей удалось-таки выбраться из этой ямы, и в течение последних пяти лет она работала в лос-анджелесском отделении ФБР, в секретном разведывательном подразделении. Я позвонил ей, когда узнал, что она обосновалась в нашем городе, но получил отставку по всем статьям. Признаться, она даже не захотела со мной разговаривать. С тех пор я с ней не общался, хотя и старался по возможности не выпускать ее из своего поля зрения. И вот теперь эта женщина стояла передо мной в номере отеля, расположенного чуть ли не на краю земли. Воистину жизнь распоряжается нами подчас очень странно, даже, я бы сказал, прихотливо.

Хотя мое изумление при виде Рейчел через пару минут несколько улеглось, я по-прежнему смотрел на нее во все глаза и широко улыбался. Она же держала себя подчеркнуто официально, но, несмотря на это, я заметил в ее взгляде некий проблеск интереса ко мне. Что ж, наше поведение легкообъяснимо: бывшие любовники встречаются наедине по прошествии многих лет не так уж часто.

— Что за тип сопровождал тебя до номера? — спросила она. — У тебя на этом задании фотограф есть?

Я повернулся и бросил взгляд на запертую дверь.

— Нет, я здесь сам по себе. А этого парня не знаю. Прицепился ко мне не то от скуки, не то от нечего делать в зале игровых автоматов. Если не ошибаюсь, его комната находится недалеко от моей.

Рейчел прошла мимо меня, распахнула дверь и посмотрела в оба конца коридора. Потом снова закрыла дверь.

— Как его зовут?

— Не знаю. Признаться, я даже не удосужился познакомиться с ним. Лишь отвечал на его вопросы.

— А в какой комнате он остановился?

— Знаю, что она на этом этаже, но номер мне неизвестен. Но что, собственно, случилось? Как ты оказалась в моей комнате?

Я со значением указал на свою кровать, где помещался открытый лэптоп, вокруг которого веером лежали документы, переданные мне адвокатами Шифино и Мейером. Распечатки Анджелы Кук из ее странствий по поисковику «Гугл» тоже находились на месте. Не хватало только толстой пачки бумаг с так называемым признанием Алонзо, но я не взял ее с собой, поскольку она оказалась слишком тяжелой.

Честно говоря, я оставил все это в несколько другом порядке, когда уходил.

— Это ты просматривала мои бумаги? Рейчел, я просил тебя о помощи, но это вовсе не означает, что ты можешь вламываться в мой номер и…

— Послушай, может, ты все-таки присядешь?

В комнате имелся всего один стул — тот самый, на котором сидела Рейчел, поджидая меня. И я сел на кровать, закрыв лэптоп и торопливо сложив бумаги в стопку. Рейчел, несмотря на это, осталась стоять.

— О том, как я здесь появилась… Ничего особенного. Показала менеджеру свое удостоверение и попросила провести в твой номер. Сказала ему, что твоя жизнь, возможно, находится под угрозой.

Я в смущении покачал головой:

— О чем ты говоришь? Никто не знает, что я здесь.

— Я бы на твоем месте не демонстрировала столь несокрушимую уверенность по этому поводу. К примеру, ты сказал мне, что направляешься в тюрьму в этих краях. Кому еще ты сказал об этом? Кто еще в курсе?

— Ну… Не помню уже. Положим, я сообщил об этом своему редактору. И один адвокат из Вегаса знает. Вроде все…

Она кивнула:

— Уильям Шифино. Я разговаривала с ним.

— Ты с ним разговаривала? Но зачем? Что вообще происходит, Рейчел?

Она снова кивнула, но не в знак согласия, а потому, что сейчас ей предстояло рассказать о событиях, приведших ее сюда. Возможно, вопреки правилам и установкам ФБР. Вытащив стул на середину комнаты, она наконец опустилась на него. Лицом ко мне.

— Когда ты позвонил мне, Джек, смысла, ты уж извини, в твоих речах было мало. Похоже, пишешь ты куда лучше, чем рассказываешь. Как бы то ни было, но из всего того, что ты мне поведал, меня более всего поразила история об аннулированных кредитных карточках, отключенном сотовом телефоне, пропавшем банковском счете и исчезнувших электронных посланиях. Я знала, что не смогу помочь тебе, но когда ты повесил трубку, стала размышлять над твоими словами и пришла в сильное беспокойство.

— Почему?

— Да потому что ты, как мне кажется, воспринимаешь все это как некое временное неудобство. Как своего рода неудачное стечение обстоятельств, неприятность, произошедшую с тобой по дороге, когда ты ехал по делам своего журналистского расследования, целью которого является выведение на чистую воду некоего предполагаемого убийцы.

— Это не предполагаемый, а совершенно реальный убийца. Но ты, похоже, считаешь, что этот тип каким-то образом влияет на мои дела и поступки? Между прочим, я тоже думал об этом, но потом оставил эту мысль. Парень, которого, как ты говоришь, я хочу вывести на чистую воду, не имеет ни малейшего представления, что я под него копаю, а также где нахожусь и с кем встречаюсь.

— Откуда у тебя такая уверенность в этом, Джек? На самом деле этот человек использует классическую охотничью тактику — сначала полностью изолирует жертву, а потом подкрадывается к ней, чтобы нанести фатальный удар. А в наши дни изолировать человека означает увести подальше от привычного окружения, комфортной среды обитания, а потом прервать все его связи с прежним миром. То есть лишить его мобильного телефона, Интернета, кредитных карточек, банковского счета, наконец.

Она перечисляла вещи, которых я лишился, загибая один за другим пальцы.

— Но откуда этот парень узнал обо мне? Я сам ничего не знал о нем до вчерашнего дня. Послушай, Рейчел, я безумно рад тебя видеть и все такое, но на это не куплюсь. Только не пойми меня неправильно, мне льстит твоя обеспокоенность безопасностью моей скромной особы, но… Кстати, как тебе удалось так быстро добраться сюда?

— Очень просто. В Лос-Анджелесе я села на принадлежащий ФБР реактивный самолет, доставивший меня на авиабазу «Неллис», а оттуда меня подбросили до Элая на вертолете.

— Боже мой! Почему ты просто не перезвонила мне?

— Потому что не могла. Твой звонок транслировался через наш коммутатор без идентификационного кода. Так что твоего номера у меня не осталось. Кроме того, я догадывалась, что ты звонишь мне с какой-то левой, возможно, временной или даже незарегистрированной линии.

— Интересно, что сделают с тобой твои боссы, когда узнают, что ты, бросив все, полетела мне на выручку? Тебя сидение в южной Дакоте ничему не научило?

Она небрежно помахала у лица ладонью, словно отметая заботы и ненужные мысли. Этот жест чем-то напомнил мне прежнюю Рейчел и, более того, нашу первую встречу. Интересно, что та встреча тоже произошла в комнате отеля. Рейчел тогда придавила меня лицом к матрасу и надела мне наручники. А потом помахала рукой у лица. Нечего и говорить, что это не было любовью с первого взгляда.

— В Элае находится один заключенный, который уже четыре месяца состоит в моем списке интервьюируемых, — сказала она. — Официально я приехала допрашивать его.

— Он что — террорист? Ваш отдел ведь такими типами занимается, не правда ли?

— Джек, я не имею права говорить об этой части своей работы. Зато могу рассказать, как вычислила тебя и как выяснила, что я не единственная, кто интересуется тобой. За тобой следят.