Майкл Коннелли – Честное предупреждение (страница 61)

Последняя статья

ФБР застрелило вооруженного мужчину в ходе операции по поимке «Сорокопута»

Автор: Майрон Левин

Житель Огайо, преследовавший частного детектива, ведущего дело серийного убийцы по прозвищу Сорокопут, был убит ответным огнем агентов ФБР в Шерман-Окс прошлой ночью. По заявлению федеральных властей, мужчина выхватил оружие и направил его на агентов, которые зажали его в тупике.

Тридцатипятилетний Робинсон Фелдер из Дейтона был убит в 20:30 на Тайрон-авеню, к северу от 101-го шоссе. Агент Мэттью Мец сообщил, что Фелдер преследовал Рэйчел Уоллинг, частного следователя, сыгравшую ключевую роль три месяца назад в раскрытии серии убийств, совершенных преступником, известным как Сорокопут.

Мец заявил, что улики, собранные в машине Фелдера, указывают на его участие в интернет-группах, которые героизировали Сорокопута в месяцы, прошедшие после обнародования информации о его преступлениях. По словам Меца, доказательства, в основном найденные на ноутбуке и в истории браузера Фелдера, исключают вероятность того, что он сам являлся Сорокопутом.

Агенты ФБР блокировали Фелдера на тупиковой улице и приказали выйти из машины. Мец сообщил, что Фелдер поначалу подчинился, но, выйдя из автомобиля, выхватил пистолет из-за пояса. Мец заявил, что Фелдер направил оружие на агентов, спровоцировав нескольких из них открыть огонь. Фелдер получил смертельные ранения и скончался на месте.

Помимо оружия, найденного на месте происшествия, агенты обнаружили в машине Фелдера так называемый «набор для похищения и пыток», сообщил Мец. Он описал этот набор как спортивную сумку, в которой находились пластиковые стяжки, скотч, веревка, нож, плоскогубцы и небольшая ацетиленовая горелка.

«Мы полагаем, что его намерения состояли в том, чтобы похитить и убить госпожу Уоллинг», — сказал Мец.

Федеральный агент заявил, что мотивом планируемого преступления послужила роль Уоллинг в деле Сорокопута. Уоллинг, бывший профайлер ФБР, консультировала издание «FairWarning» в ходе расследования смертей нескольких женщин по всей стране, погибших от рук убийцы, который жестоким образом ломал жертвам шеи. Расследование «FairWarning» показало, что женщины становились мишенями из-за специфического ДНК-паттерна, который их объединял. Все они сдали свою ДНК в «GT23», популярный сервис генетического анализа. Затем их анонимизированные данные были проданы на вторичном рынке лаборатории генетических исследований, которая, в свою очередь, передала их операторам сайта в даркнете, обслуживающего мужчин, желающих причинять боль женщинам и использовать их в сексуальных целях.

С тех пор веб-сайт был закрыт. Сорокопут не был идентифицирован или пойман. За недели, прошедшие с момента раскрытия серии убийств изданием «FairWarning», он стал культовой фигурой на онлайн-форумах субкультуры «инцелов». Это движение, где доминируют мужчины (название происходит от сокращения «involuntary celibate» — «невольно воздерживающиеся»), характеризуется в сети постами, содержащими мизогинию, чувство собственного права на секс и одобрение насилия в отношении женщин. Власти приписывают инцелам несколько физических нападений на женщин по всей стране.

Мец сообщил, что изучение истории социальных сетей Фелдера показало: в последние недели он сделал несколько публикаций на различных форумах инцелов, восхваляя и почитая Сорокопута и насилие, которое тот совершал над женщинами. Большинство этих постов, по словам Меца, он заканчивал хэштегом #theydeservedit (#ониэтозаслужили).

«У нас нет сомнений, что этот парень приехал сюда, чтобы похитить госпожу Уоллинг в качестве своеобразного подношения Сорокопуту, — сказал Мец. — Нам повезло, что она не пострадала».

Уоллинг от комментариев отказалась. Фактически, Уоллинг сама спасла себе жизнь. Находясь в ресторане в Шерман-Окс, она заметила, что Фелдер наблюдает за ней и ведет себя подозрительно. Она связалась с ФБР, и был быстро разработан план, чтобы выяснить, преследует ли её Фелдер. Под наблюдением ФБР Уоллинг покинула ресторан и поехала в заранее оговоренное место на Тайрон-авеню.

Мец сообщил, что Фелдер последовал за ними на своей машине и въехал в ловушку, расставленную ФБР. Когда ему приказали выйти из машины с поднятыми руками, он подчинился. Но затем по неизвестным причинам потянулся к поясу и выхватил пистолет 45-го калибра. В него открыли огонь, когда он поднял оружие в боевую позицию.

«Он не оставил нам выбора», — сказал Мец, который присутствовал на месте перестрелки, но сам огня не открывал.

На месте находились еще семь агентов, четверо из которых стреляли в Фелдера. Мец заявил, что стрельба будет расследована Управлением профессиональной ответственности Бюро и прокуратурой США.

Мец, помощник специального агента, возглавляющий отделение в Лос-Анджелесе, выразил обеспокоенность тем, что действия Фелдера могут вдохновить других членов сообщества инцелов на подобные поступки. Он заявил, что предпринимаются усилия по обеспечению безопасности Уоллинг и других лиц, вовлеченных в дело Сорокопута.

Между тем, Мец признал, что усилия по идентификации Сорокопута и его аресту продолжаются, но разочарование растет с каждым днем.

«Мы не сможем вздохнуть спокойно, пока этот парень не окажется за решеткой, — сказал он. — Мы должны его найти».

Глава 43. Джек

Мы собрались в студии «Сан Рэй» на бульваре Кауэнга, чтобы записать финальный выпуск подкаста о Сорокопуте. Финальный — по крайней мере до тех пор, пока в деле не произойдет прорыв, достойный нового эпизода. Позади осталось семнадцать выпусков. Я рассмотрел эту историю со всех мыслимых ракурсов и проинтервьюировал каждого, кто имел хоть какое-то отношение к делу и был готов говорить под запись. В их число вошла даже Гвинет Райс: мы записали её прямо в больничной палате, хотя голос её теперь звучал как жутковатое электронное порождение, исходящее из динамиков ноутбука.

Этот последний эпизод задумывался как широко разрекламированная дискуссия в прямом эфире, на которую я собрал столько участников событий, сколько смог. В студии звукозаписи стоял круглый стол. За ним сидели Рэйчел Уоллинг, агент Метц из ФБР, детектив Руис из полиции Анахайма, Майрон Левин из «FairWarning» и Эрве Гаспар — адвокат, представлявший интересы Джессики Келли, жертвы по делу Уильяма Ортона. Я так и не смог выяснить, кто из двоих — Руис или Гаспар — был моим тайным информатором, моей «Глубокой Глоткой». Оба всё отрицали. Но Гаспар с готовностью принял приглашение участвовать в подкасте, тогда как Руиса пришлось уговаривать. Это склоняло чашу весов в сторону Гаспара: похоже, он наслаждался той тайной ролью, которую сыграл в этом деле.

И наконец, с нами на связи была Эмили Этуотер, звонившая из неизвестного уголка Англии, готовая отвечать на вопросы по телефону.

Звонки начали поступать еще до начала эфира. Это меня не удивило. Аудитория подкаста неуклонно росла. Более полумиллиона человек прослушали эпизод прошлой недели, в котором мы анонсировали это живое мероприятие.

Мы расселись вокруг стола, а Рэй Столлингс, звукоинженер и владелец студии, раздал гарнитуры, проверяя и настраивая микрофоны.

Для меня этот момент был мучительным. Прошло почти три месяца с попытки похищения, предпринятой Робинсоном Фелдером. За это время я видел Рэйчел лишь однажды — когда она заехала ко мне на квартиру забрать оставшиеся вещи.

Мы больше не встречались, несмотря на мои извинения и то, что я забрал назад обвинения, брошенные ей в тот последний вечер. Как она и предупреждала, мои слова разрушили всё. С нами было покончено. Чтобы заполучить её на финальный подкаст, мне пришлось развернуть целую кампанию по электронной почте — цифровую версию мольбы и ползания на коленях. Я мог бы спокойно провести эпизод и без неё, но надеялся, что, оказавшись с ней в одной комнате, я смогу высечь хоть какую-то искру или хотя бы получу шанс еще раз исповедаться в своих грехах и попросить прощения.

Это не был полный разрыв связи, поскольку мы всё еще были неразрывно спаяны делом Сорокопута. Она была моим источником. У неё был доступ к Метцу и расследованию ФБР; у меня был доступ к ней. Хотя мы общались только по электронной почте, это всё же было общением, и я не раз пытался вовлечь её в разговор, выходящий за рамки отношений «источник — репортер». Но она пресекала и отбивала любые подобные попытки, требуя, чтобы отныне мы сохраняли сугубо профессиональный тон.

Я наблюдал за ней, пока Рэй устанавливал микрофон перед её губами и просил произнести свое имя для настройки уровня звука. Она все это время избегала встречаться со мной взглядом. Оглядываясь назад, я был озадачен этим поворотом событий не меньше, чем всем остальным, что произошло в этом деле. Я не мог понять, что такого было — или чего не хватало — внутри меня, что заставляло сомневаться в очевидном и искать трещины в самом надежном фундаменте.

Как только мы вышли в эфир, я начал с заготовленного вступления, которое использовал в начале каждого выпуска:

— Смерть — это моя тема. Я зарабатываю ею на жизнь. На ней я строю свою профессиональную репутацию... Я Джек Макэвой, и это «Убойный отдел», тру-крайм подкаст, который уводит вас за заголовки газет и ставит на след убийцы вместе со следователями, ведущими дело.