Майкл Коннелли – Честное предупреждение (страница 40)

— «Мы» нашли тело? Значит, ваша подружка зашла с вами с самого начала?

— Да, я так и сказал.

— Нет, вы дали понять, что позвали ее уже после того, как нашли тело.

— Если я так сказал, то оговорился. Мы вошли вместе.

— Ладно, постойте здесь, а я пойду поговорю с ней.

— Хорошо. Идите.

— Не возражаете, если я осмотрю вашу машину?

— Нет, валяйте, если нужно.

— То есть вы даете разрешение на обыск транспортного средства?

— Вы сказали «осмотреть». Это пожалуйста. Но если под обыском вы имеете в виду конфискацию, то нет. Машина нужна мне для работы.

— С чего бы нам ее конфисковывать?

— Не знаю. Там ничего нет. Вы заставляете меня жалеть о том, что я вообще вам позвонил. Поступаешь правильно, а получаешь вот это.

— Что «это»?

— Допрос с пристрастием. Я не сделал ничего плохого. Вы даже в дом еще не заходили, а ведете себя так, будто я в чем-то виноват.

— Просто стойте здесь, пока я поговорю с вашей «вроде как» девушкой.

— Вот об этом я и говорю. Ваш тон — полное дерьмо.

— Сэр, когда мы закончим, я объясню вам, как подать жалобу в департамент на мой тон.

— Не хочу я подавать жалобу. Я просто хочу закончить здесь и вернуться к работе.

Он оставил меня на улице, и я наблюдал, как он опрашивает Рэйчел, которая вышла из джипа. Они стояли слишком далеко, чтобы я мог расслышать разговор и убедиться, что она придерживается той же легенды, что и я. Но мой пульс подскочил, когда я увидел, что она держит в руке стопку распечаток из лаборатории Хаммонда, разговаривая с Симпсоном. В какой-то момент она даже махнула этой стопкой в сторону дома, и мне пришлось гадать, не рассказывает ли она детективу, где именно нашла эти бумаги.

Однако разговор Симпсона и Рэйчел прервался, когда из дома вышел второй детектив и знаком подозвал напарника на совещание. Симпсон отошел от Рэйчел и заговорил с коллегой приглушенным тоном. Я с безразличным видом подошел к Рэйчел.

— Какого черта, Рэйчел? Ты что, собираешься просто отдать им эти бумаги?

— Нет, но я поняла, что ты собираешься дать ему разрешение на обыск машины. У меня есть определенные привилегии по защите клиентов, так что я была готова заявить, что это рабочие материалы, которые были при мне, и они не подлежат изъятию при обыске. К счастью, он даже не спросил.

Я не был уверен, что это лучший способ защитить добытые в лаборатории документы.

— Нам надо убираться отсюда, — сказал я.

— Ну, сейчас и узнаем, получится ли, — ответила она.

Я обернулся и увидел, что Симпсон идет к нам. Я был готов услышать, что теперь это дело об убийстве, мой автомобиль конфискуют, а нас с Рэйчел отвезут в участок для дальнейшего допроса.

Но он этого не сказал.

— Ладно, народ, ценим ваше сотрудничество, — произнес Симпсон. — Ваши контакты у нас есть, мы свяжемся, если понадобится что-то еще.

— Так мы можем ехать? — спросил я.

— Можете ехать, — кивнул Симпсон.

— А что с телом? — спросила Рэйчел. — Это самоубийство?

— Похоже на то, — ответил Симпсон. — Мой напарник подтвердил. Спасибо, что сообщили.

— Ну, тогда всего хорошего, — сказал я.

Я повернулся, чтобы пойти к джипу. Рэйчел последовала за мной.

— Я вспомнил, кто вы, — бросил мне в спину Симпсон.

Я обернулся.

— Простите?

— Я вспомнил, кто вы, — повторил он. — Читал про Пугало пару лет назад. Или, может, видел в одной из этих криминальных хроник по телевизору. Чертовски крутая история.

— Спасибо, — сказал я.

Мы с Рэйчел сели в джип и отъехали.

— Этот тип не поверил ни единому моему слову, — сказал я.

— Что ж, возможно, у него будет второй шанс тебя расколоть, — ответила Рэйчел.

— В смысле?

— Во-первых, его напарник — идиот, раз так быстро списал всё на суицид. Но коронер наверняка вправит им мозги, и дело могут переквалифицировать в убийство. Тогда они вернутся к нам.

От этих слов момент окрасился новым оттенком тревоги. Я опустил взгляд и увидел, что распечатки лежат у Рэйчел на коленях. Я вспомнил, как оглядывался на нее из джипа во время допроса и видел ее опущенные глаза. Она читала.

— Есть там что-нибудь стоящее? — спросил я.

— Думаю, да, — ответила Рэйчел. — Кажется, картина проясняется. Но мне нужно читать дальше. Поехали, купишь мне тот кофе, который обещал.

Глава 28.

Я сидел в переговорной вместе с Майроном Левином и Эмили Этуотер. Через стекло, выходящее в ньюсрум, я видел Рейчел: она заняла мое рабочее место и ждала, когда ее позовут. Она попросила разрешения воспользоваться моим компьютером, так что я знал — она продолжает копать, даже пока я пытаюсь убедить редакторов сохранить её участие в расследовании. Я счел за благо объясниться с Майроном и Эмили до того, как Рейчел войдет в эту комнату.

— Если вы читали мои книги или хоть что-то знаете обо мне, то вам известно, кто такая Рейчел, — начал я. — Она помогала мне в самых громких расследованиях моей карьеры. Она ставила на кон всё, защищая меня, когда я работал в «Бархатном гробу», и это стоило ей значка агента ФБР.

— По-моему, это также привело к закрытию «Гроба», — заметил Майрон.

— Это, мягко говоря, упрощение, но да, это случилось в то же время, — ответил я. — Но она тут ни при чем.

— И ты хочешь привлечь её к нашему материалу, — сказала Эмили. — К «нашей» истории.

— Когда вы услышите, что у неё есть, вы поймете: выбора у нас нет, — парировал я. — И не забывай: это была «моя» история до того, как она стала «нашей».

— Ого, ни дня не проходит, чтобы ты не ткнул меня этим в нос, да? — огрызнулась Эмили.

— Эмили, — вмешался Майрон, пытаясь сохранить мир.

— Нет, это правда, — не унималась она. — Я добилась серьезного прогресса в этом расследовании, а он хочет забрать то, что нарыла я, и уйти в свободное плавание.

— Нет, не хочу, — настаивал я. — Это по-прежнему наша общая история. Как я уже сказал, Рейчел не будет ее писать. Её имени не будет в подписи под статьей. Она — источник, Эмили. У неё есть информация о Маршалле Хэммонде, которая нам необходима.

— А почему мы не можем получить её напрямую от Маршалла Хэммонда? — спросила Эмили. — Мне казалось, мы всё-таки репортеры.

— Не можем, потому что он мертв, — отрезал я. — Его убили сегодня утром… и мы с Рейчел нашли тело.

— Ты, сука, шутишь? — вырвалось у Эмили.

— Что?! — воскликнул Майрон.

— Если бы мы добрались до его дома чуть раньше, то, вероятно, сами столкнулись бы с убийцей, — добавил я.

— Ну ты мастер прятать сенсацию в самом конце, — покачал головой Майрон. — Почему ты не сказал об этом сразу?

— Потому что я говорю об этом сейчас, чтобы вы поняли, почему Рейчел так важна. Позвольте нам рассказать, что произошло, а затем она объяснит, что выяснила и на каком мы этапе.