Майкл Флинн – В стране слепых (страница 106)
— От него что-нибудь слышно? — спросил Кеннисон.
— Со вчерашнего дня — ничего. Он рассчитывает быть здесь завтра. Вы знаете, они вами заинтересовались. «ДБС».
— Да, вы мне говорили. Очень жаль. Оборотная сторона известности. Но у меня не было времени на пластическую операцию, а грим на близком расстоянии сразу виден.
— Они заинтересовались даже мной. — По дороге в Стейплтон ее убеждали, что все в порядке, а старик Детвейлер сразу увидел ее насквозь. Вот еще одна причина, почему в Бостон отправился Ред. Сара чувствовала, что, если ее разоблачат, она наверняка растеряется и сделает что-нибудь не то. — Но больше всего их беспокоит то, что они не могут понять, почему мы на них вышли.
— Да мы же им сказали! Мы хотели перекупить их фирму.
— Они вам не поверили. Они думают, что за всем этим стоит какая-то тайная цель.
Кеннисон презрительно фыркнул.
— Чересчур они хитры. Бывает, что на самом деле все именно так, как представляется. — Он как будто осекся, потом задумчиво повторил: — Именно так, как представляется.
— Детвейлер боится, что про них пронюхало Общество Бэббиджа. Джимми подумывает, не выложить ли нам все карты на стол. Объяснить, чего мы хотим, и посмотреть, не согласятся ли они предоставить вам убежище.
— Нет! — последовал немедленный ответ. — В конце концов, не исключено, что «ДБС» — не самое лучшее убежище. И мы пока еще не знаем, насколько можно им доверять. Давайте не будем поддаваться панике и делать поспешные шаги.
Ну и кто же теперь чересчур хитер? Сара подумала, можно ли вообще толкнуть Кеннисона на решительные действия иначе, чем напугав его до полусмерти. Несмотря на его бесконечные интриги, ему почему-то очень мало чего удалось добиться.
— А какое еще убежище вы имеете в виду?
Кеннисон не успел ответить. Из динамика послышались монотонные звуки, прерываемые паузами. Кто-то набирал номер по телефону, который стоял в кабинете Кеннисона.
— Это он? Это Селкирк? — спросил Кеннисон, но Сара ничего не ответила. Автоматически включился второй магнитофон, и она сделала пометку в журнале. Она никогда не предполагала, сколько приходится делать бумажной работы, когда занимаешься шпионажем.
— Два — один — два, — сказал Босуорт, прислушавшись к звукам. — Это Манхэттен. — Он записал остальные цифры номера и подсел к компьютерному терминалу. — Посмотрим, кому он звонит.
Из динамика донеслась звонкая трель. Где-то звонил телефон. Раз, два… Гудок.
— Что такое?
— Он положил трубку.
— Знаю.
— Не мог он заметить ваш «жучок»? — в голосе Кеннисона звучало напряжение. — Может быть, вы оставили после себя какие-нибудь следы?
Сара молча покачала головой, но тут же вспомнила, что Кеннисона нет в комнате, и сказала:
— Нет. Я все как следует проверила.
Как странно разговаривать обычным голосом с человеком, который находится в полутора километрах от тебя!
— Спешка до добра не доводит, — сказал Кеннисон.
Сара сдержала раздражение.
— Говорю вам, я все как следует проверила!
— Может быть, вы…
Из динамика снова послышалось гудение — кто-то опять набирал номер. На этот раз трубку на другом конце сняли после первого же звонка.
— Да? — произнес голос из Манхэттена.
— Наверное, первый звонок был каким-нибудь условным сигналом, — сказал Кеннисон.
— Да ну? Не может быть! Ладно, помолчите и слушайте.
— Говорит филиал на западном побережье, — сказал Селкирк.
— Вы передали ему наше предложение? — Голос был повелительный, уверенный в себе. В паузах слышался приглушенный шум: шелест покрышек по асфальту, автомобильные гудки, старомодный рэп из портативного магнитофона в руках у какого-то прохожего. Закрыв глаза, можно было представить себе всю картину. Босуорт поднял голову от терминала.
— Я его засек, — сказал он. — Это уличный автомат.
— Знаю, — ответила Сара.
— В верхней части Ист-Сайда.
Сара сердито взглянула на него, и он умолк. Конечно, потом можно будет сколько угодно прокручивать пленка заново, но ей хотелось слышать Селкирка. Он передал какое-то предложение. Какое? Кому?
— …Очень осторожен, — сказал Селкирк. — Конечно, я не сказал ничего лишнего.
— Естественно. Вы уверены, что не сможете заполучить эти данные сами?
— Нет, я же вам говорил. Чтобы открыть к ним доступ, нужно знать коды, которые только он…
— Да, да. И все же при ваших способностях… — в голосе из Манхэттена прозвучало ехидство.
— Да, я мог бы это сделать, — произнес Селкирк с безмятежной самоуверенностью. — Это нелегко, но я мог бы это сделать. Но так куда проще.
— Да, наверное.
— Послушайте, Бернстайн. Вот почему я позвонил вам а не в Управление. Вокруг вас не происходит ничего особенного?
— А я-то думал, что вы просто соскучились по моему голосу.
Наступила недолгая пауза. Потом Селкирк негромко, размеренно произнес:
— Возможно, мы друг друга недолюбливаем, Бернстайн, но нам приходится работать вместе. Так что постарайтесь этим смириться. Сара Бомонт все еще разыскивает своего партнера.
— Бомонт меня не волнует. С ней все уже решено.
«Со мной все уже решено? Интересно, как», — подумала Сара. Из-за небрежного тона, каким было сделано это замечание, оно прозвучало особенно угрожающе.
— А Кеннисон ей помогает.
— Кеннисон тоже меня не волнует. Он на вашей ответственности. — Саре показалось, что в голосе послышалась усмешка. — Встреча в верхах, состоявшаяся в пиццерии? Ужасные пошляки эти американцы.
— Так вот, на прошлой неделе Кеннисон на несколько дней исчез из вида. Когда я сегодня вечером с ним разговаривал, он кое-что сказал, и я подумал… Но вы говорите, у вас там ничего необычного не происходит?
— Что именно сказал вам Кеннисон?
— Только то, что у Бомонт появилась новая нить к местонахождению Френча. — Сара вздрогнула и взглянула в сторону окна. Зачем Кеннисон сказал это Селкирку?
— Понимаю. А как об этом зашел разговор?
— Его завел Кеннисон. Мы говорили совсем о другом, а это он сказал, когда я уходил.
— Так и сказал?
На другом конце наступило молчание. Потом Бернстайн прошипел:
— Вы идиот. Круглый идиот!
И он швырнул трубку.
Сара слышала, как у Селкирка перехватило дыхание.
— О черт!
В динамике затрещали помехи, потом все стихло.
Сара сорвала наушники и резко повернулась к окну.
— Кеннисон, идиот вы этакий! Я потратила целый час и уйму нервов, пока ставила этот чертов «жучок»! Что вы ему сказали?