Майкл Боккачино – Шарлотта Маркхэм и Дом-Сумеречье (страница 34)

Дункан поднес потемневший кубик сахара к губам мистера Сэмсона. Джентльмен блаженно захрустел. В следующий миг тело его забилось в конвульсиях — а я попятилась к выходу из комнаты и вернулась к сомнительному комфорту чужой постели в чужом доме человека в черном.

Глава 14

КЛЮЧ И ЗАМОК

Мы с детьми позавтракали в одиночестве, после чего Дункан проводил нас обратно через сад. Мы вернулись в Эвертон, и я отвела детей наверх в классную комнату, продолжать занятия. Трудно сказать, кто из нас был более подавлен. Мальчики не жалуясь отвечали на вопросы и едва подняли глаза, когда вошла Эллен и сообщила, что мистер Дэрроу просит меня зайти к нему в кабинет.

Я петляла по извилистым коридорам Эвертона, и хотя мальчишка с замочными скважинами вместо глаз пропал бесследно, я никак не могла избавиться от ощущения, будто за мной наблюдают. Это чувство заметно усилилось, едва я переступила порог кабинета мистера Дэрроу. Владелец Эвертона встал из-за письменного стола мне навстречу.

— Миссис Маркхэм.

— Мистер Дэрроу. Вас не было за завтраком. — Я села напротив, и по ноге моей скользнуло что-то холодное. Я опустила взгляд — и как раз успела рассмотреть, как конец цепи мелькнул и исчез позади стола. С лица моего схлынули все краски, но мистер Дэрроу словно бы ничего не заметил и с места не стронулся. Опершись на ладони, он наклонился вперед: его явно что-то тяготило. Я сдержала порыв закричать или метнуться за цепью и вместо этого сосредоточилась на собеседнике.

— Мне нужно было о многом подумать, — промолвил он.

— Мне тоже.

Мистер Дэрроу открыл было рот, но слова не шли с языка: он неотрывно глядел мне в глаза, ища что сказать. За его спиной мальчишка с замочными скважинами глаз бесшумно прополз по стене к портрету Лили, обнюхал его, неестественно вывернув шею, так что его отвратительная физиономия была постоянно обращена к нам. Между бескровными серыми губами торчали сломанные зубы.

— То, что произошло вчера ночью… Боюсь, я поставил вас в крайне неудобное положение.

— Не нужно так думать, — отозвалась я, опасаясь, что мой срывающийся голос, чего доброго, выдаст панику, накатившую на меня при виде мерзкого существа, угнездившегося в углу потолка. Я неуверенно накрыла руку мистера Дэрроу своей. Он отстранился.

— Тем не менее я думаю именно так, и есть лишь один способ исправить положение. — Он с размаху сел на стул и отвернулся. — Мне придется отослать вас прочь.

Тревожные мысли о Сумеречье и о жутком существе в образе ребенка разом отступили на задний план. Тягостные слова повисли в воздухе между нами, причиняя острую боль.

— Вы же не всерьез, правда?

— Теперь я понимаю, что бессовестно злоупотребил вашей добротой и вашей дружбой. Это все ради вашего же блага.

— Но я не хочу уезжать. Может быть, с моими пожеланиями тоже стоит считаться? — Я чувствовала, как все ускользает из моих рук — сказочный финал, мое будущее с детьми, счастье Генри, спасение Лили, моя победа над Уотли, — головоломка разваливалась кусочек за кусочком.

— Невозможно! Нужно подумать о детях. О вашей репутации.

— Моя репутация ничуть не пострадала.

— И мне бы хотелось, чтобы так оставалось и впредь. Слуги начнут болтать.

Постепенно я начинала понимать. Гнев разом иссяк, и маска из правил и ограничений, что и так держалась на честном слове, наконец-то упала.

— Понятно. Разумеется, какая я глупая! Это не моя репутация вас заботит.

— Я не имел этого в виду!

— А вам не приходило в голову, что, возможно, это я злоупотребила вашим доверием?

— Нет, никогда!

— А зря! Возможно, вы просто сильнее меня, потому что я никогда не найду в себе сил отречься от своих чувств к вам.

Он безмолвно глядел на меня во все глаза, открыв рот.

— А кто скажет детям, я или вы? — продолжала я. — Даже вообразить не могу, каково им придется — когда из их жизни заберут еще одну женщину!

— Я сам им скажу.

— Тогда я пошла собираться.

— Пожалуйста, не злитесь! — взмолился он.

— Я не злюсь, идиот. У меня сердце разбито.

Мистер Дэрроу механически зашевелил губами, но не раздалось ни звука. Я отвернулась от него и выбежала из кабинета, демонстративно хлопнув дверью: грохот отрадным эхом прокатился по коридору. А я прислонилась к стене, пытаясь успокоиться, борясь с желанием опустить руки и беспомощно разрыдаться.

Вопреки всем моим заверениям перед Генри я злилась как никогда. Причем не только на него, но и на себя — за то, что купилась на иллюзию. Чрезмерно о себе возомнила, понадеялась на волшебную сказку, а ведь сказки — это только вымысел, наяву они не сбываются. Джентльмены вроде Генри Дэрроу в служанок не влюбляются. Служанок соблазняют — а потом отсылают прочь, растить в нищете своего ублюдка. На этом месте я велела себе прекратить истерику: что это еще за мелодрама? Мистер Дэрроу со мною не вольничал, если не считать того единственного поцелуя в кухне; и да, я остро переживала утрату. Джентльмены, подобные Генри Дэрроу, не на каждом шагу встречаются. Тем досаднее его потерять.

Я размышляла над различными способами удержать его, пока мысли мои не устремились в сомнительном направлении. Как насчет старого доброго шантажа? Я пыталась заставить внутренний голос умолкнуть, но он звучал снова и снова. Тебе могла бы помочь Лили. Она хочет, чтобы вы были вместе. Еще не все потеряно. Я содрогнулась: мне вовсе не хотелось завоевывать или уступать Генри Дэрроу. Я мечтала, чтобы он полюбил меня.

В уголках моих глаз набухли слезы, затуманивая зрение настолько, что я едва не упустила того момента, когда сквозь закрытую дубовую дверь кабинета просунулась голова. Не думая, не размышляя, я коршуном кинулась на нее, ухватила мальчишку с замочными скважинами глаз за шиворот и вытащила в коридор.

Я обмотала цепь вокруг запястья, вздернула мальчишку в воздух, крепко зажала под мышкой и побежала со всех ног по коридору к своей комнате. По пути мне встретилась одна-единственная горничная — она вытряхивала шторы от пыли, — но я пронеслась мимо нее так стремительно, что на мою добычу она и не взглянула: в конце концов, это существо размерами было примерно с Джеймса. Пленник извивался как червяк, пока я боролась с дверью; но я наконец справилась с замком, захлопнула дверь за собою и плюхнулась на кровать, усадив мерзкое существо к себе на колени.

— И что же теперь с тобою делать? — Книга «Тайны Упокоения» находилась в запертом чемодане в изножье кровати. И даже если бы мне удалось открыть его, не упустив при этом пленника, я понятия не имела, чего ждать от тамошней хозяйки, если я снова появлюсь там вместе с мальчишкой. А тот вырывался и корчился, цепь звякала об пол, медный ключ, закрепленный на последнем ее звене, зацепился за мое платье. Я потянулась за ключом, мой пленник выскользнул и кинулся было к двери. Я изо всех сил дернула за цепь; мальчишка опрокинулся на спину. Шагнув к нему, я уселась ему на грудь и вставила ключ в правую глазницу. Металл провернулся в кости со знакомым щелчком. Существо тут же замерло и заговорило сдавленным андрогинным шепотом:

— Они встречаются по ночам. — Я уже готова была спросить о подробностях, но мальчишка, даже не переведя дух, продолжил вторым, более знакомым голосом: — С какой целью?

— Сопереживания ради. И еще, по-видимому, пьют чай.

— Очень любопытно. Как бы то ни было, недолго им осталось. Готовься.

— А можно мне забрать портниху?

— Зачем бы?

— Ради вас я облачаюсь в самые разные одежды. Мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь чинил их и латал.

— Как угодно, если исполнишь все, о чем мы говорили.

— Безусловно, мистер Уотли.

На этом мальчишка с замочными скважинами глаз умолк и начал погружаться в пол. Не желая упустить его снова, я намотала цепь на столбик кровати. Цепь туго натянулась, оковы на противоположном ее конце заходили ходуном, уходя в сплошной деревянный настил: мерзкое существо отчаянно пыталось высвободиться.

Невзирая на все прочие мои неудачи, я отчасти утешалась тем, что смогла-таки удержать пленника и теперь, если понадобится, вернусь в разрушенный замок и передам его хозяйке. Однако сколько проблем еще предстояло решить! Кто поможет мальчикам проститься с матерью? Кто защитит их от Дома-Сумеречья? На самом-то деле ответ был прост. Если меня уволят, то я расскажу мистеру Дэрроу о договоренности с его женой. Если Лили сказала мне правду, дверь между Эвертоном и Упокоением необходимо закрыть, и даже если мальчики возненавидят меня за это, я по крайней мере стану утешаться мыслью, что спасла их от того, чего не могла ни вполне объяснить, ни понять.

Подслушанный при помощи мальчишки с замочными скважинами глаз разговор подтвердил, что Уотли задумал недоброе, по крайней мере по отношению к Сюзанне. Что меня ничуть не удивляло, памятуя о том, что своих козней он, по сути дела, и не скрывает. Я немного утешалась тем, что хотя бы отчасти поняла его стратегию. Если в Эвертоне живет один из слуг Уотли, то остается лишь отослать Сюзанну прочь, чтобы уберечь молодую женщину от коварных поползновений, уж в чем бы они ни заключались. А если и впрямь связующее звено между Сумеречьем и Блэкфилдом — это я, тогда надо надеяться, что мой отъезд и исчезновение двери между двумя мирами отвлекут внимание Уотли от оставшихся представителей семьи Дэрроу.