Майк Омер – Гибельное влияние (страница 14)

– Прости. «Эбби» мне нравится.

– Мне тоже. Потому я его и выбрала.

– У тебя есть дети? – многозначительно спросила Иден.

– Двое, как и у тебя, – Эбби улыбнулась. – Мальчик и девочка.

Значит, Маллен точно знает, что испытывает мать похищенного ребенка.

– Замужем?

– Нет, разведена. А ты? Кто отец твоих детей?

– Один парень, с которым я когда-то познакомилась. Но у нас ничего не вышло. – Иден очень хотелось сменить тему. – Что случилось после того, как… как нас забрали у Уилкокса?

Неужели она зашла слишком далеко?.. Маллен застыла. Она явно не хотела говорить о прошлом: челюсти сжались, а глаза остекленели, словно вопрос пробудил неприятные воспоминания.

– Меня поместили в интернат, – наконец ответила Эбби. – А потом удочерили.

– Вот как? – Иден почувствовала укол ревности. – Хорошая была семья?

Эбби улыбнулась.

– Очень. Мама как раз сейчас присматривает за детьми. А что произошло с тобой?

– Меня не удочерили. Но пятый интернат и вправду оказался хорошим; я оставалась там, пока не окончила школу.

Собеседницы словно «наверстали упущенное». Теперь, когда они лаконично поведали о тех годах, которые провели вдали друг от друга, можно продолжать общаться как ни в чем не бывало.

– Как ты оказалась в Нью-Йорке? – спросила Эбби. – Я думала, ты живешь где-нибудь в деревне.

– Почему это? – Миссис Флетчер нахмурилась.

– Ты все время проводила в заросших цветами полях за фермой.

Внезапно возникшее воспоминание почти заставило Иден улыбнуться, но сразу нахлынуло чувство вины. Она тут ведет светские беседы, пока ее сына удерживают какие-то мерзавцы!

– Я совсем забыла об этом, – сказала миссис Флетчер слегка надломленным голосом. – Помнишь, когда Отец заметил, что я провожу там все время, то начал называть поля моими «райскими садами»?

Эбби кивнула.

– Они были прекрасны.

– Правда? – Иден не могла восстановить в памяти, как выглядели те поля. Она помнила лишь прикосновение шершавой земли к пальцам и запах влажной почвы после дождя.

– Правда, – лейтенант Маллен грустно улыбнулась.

– Мне на самом деле надо было поселиться в деревне. Какое-то время я жила там, но потом очутилась здесь. Если б мы жили в другом месте, Натана…

– Не вини себя.

Но миссис Флетчер уже понесло, и остановиться она не могла.

– Как думаешь, если б я сразу позвонила в полицию, когда впервые увидела того мужчину на улице, Натан сейчас был бы дома?

– Не знаю.

Иден должна была настоять, чтобы добавили автобусную остановку. Должна была поменять работу и оказаться дома к тому времени, когда сын возвращается из школы. Ужасные ошибки и моменты слабости сплелись воедино, а итогом стало похищение ее мальчика.

– Иден, – спросила Эбби, – я должна знать. Ты взяла мой номер у Исаака?

Миссис Флетчер немного поколебалась.

– Да. Когда я увидела тебя в новостях, то захотела пообщаться. Сначала Исаак не хотел мне давать твой телефон. Сказал, что ты решила забыть о прошлом и вряд ли будешь мне рада.

Маллен не стала ничего отрицать. Иден вздохнула и добавила:

– В конце концов я убедила Исаака дать мне твой номер. Но пообещала, что все хорошенько обдумаю, прежде чем звонить. Полагаю, я никогда бы не решилась… Я имею в виду, связаться с тобой.

Эбби кивнула.

– Мы каждую неделю с ним общаемся, – добавила Иден. – А до этого посылали друг другу письма. Он для меня вроде друга по переписке.

– Для меня тоже. Сначала я не хотела поддерживать связь. Однако Исаак присылал письмо за письмом, и в итоге я сдалась.

– Он прав, – сказала миссис Флетчер. – Семья – это главное.

– Ты же знаешь, мы не были семьей, – ответила Эбби.

– Для меня были, – с вызовом заявила Иден.

– Это ты себе внушила. Мы никогда не были семьей. – Тон лейтенанта Маллен опять стал резким. – А Моисей Уилкокс никогда не был нам отцом. Мы попали в секту, которую создал этот ублюдок. В конце концов именно он забрал всех с собой в ад.

Глава 15

Когда Иден ушла в спальню, Эбби открыла ноутбук и продолжала сидеть, недвижно уставившись в монитор. Сознание наполнилось давно забытыми воспоминаниями. Перед ней мелькали отдельные обрывки: миска супа в общей столовой, смех ее биологических родителей, когда она сказала что-то забавное, белоснежное праздничное платье, лежащее на кровати… Но Эбби знала, что в сознании таились и другие воспоминания. То, что она не забыла, а вытеснила в темный угол. Теперь плотина треснула, и прошлое хлынуло потоком.

Достаточно было упоминания о «райском саде», чтобы Эбби вспомнила сладкие запахи цветов, за которыми ухаживала Иден. Как они назывались, эти фиолетовые кустики? Лаванда? Но к их аромату что-то примешивалось, какая-то непонятная вонь… Корм для цыплят. От внезапной догадки у Маллен перехватило дыхание. Секта Уилкокса располагалась недалеко от фабрики, где производили корм для домашней птицы. В зависимости от направления ветра иногда в воздухе пахло забродившим зерном. Как там? Пахнет…

…как подмышка скунса, – бросает мама. – Вокруг цветы, а я чувствую лишь эту ужасную химическую вонь.

Она идет через поле и несет две большие корзины, на поясе закреплены ножницы. Делает несколько шагов, останавливается, срезает цветы, кладет в одну из корзин, а затем продолжает путь.

Эбигейл следует за матерью, зажав в кулачке букетик цветов. Ей нравится собирать их. Девочка знает, что потом из растений сделают букеты, а папа отвезет их в соседний город, в цветочный магазин, принадлежащий Семье. Отец Уилкокс иногда говорит, что у мамы талант по части создания красивых букетов и сочетания цветов. И каждый раз, когда Эбигейл это слышит, ее распирает от гордости.

Девочка срывает еще один желтый цветочек и добавляет в свой букет. Вокруг гудят пчелы. Несколько недель назад Эбигейл ужалила пчела, и потом малышка отказывалась идти в поле, пока отец Уилкокс не сказал, что нужно. Он объяснил, что пчелы, как и люди, выполняют волю Господа и распространяют красоту по миру. И если девочку ужалила пчела, значит, таково было веление Бога. Возможно, это небольшое наказание из-за неспособности Эбигейл сохранять чистоту помыслов.

Эбби сжала кулаки, когда на нее нахлынули воспоминания. Она забыла, что у Семьи был цветочный магазин. Прекрасная ширма, чтобы скрыть то, чем действительно занимались на ферме. И ее собственные биологические родители помогали возводить эти декорации. В секте Уилкокса каждый вносил лепту, у всех были обязанности. Даже у детей…

…Игра в прятки. Иден громко считает, уткнувшись лицом в большое дерево. Эбигейл замерла, она не знает, куда деться, – подруга всегда быстро ее находит. Кто-то хватает Эбигейл за руку.

– Бежим! – Исаак тянет ее, широко улыбаясь и обнажая кривые зубы.

Девочка бежит за ним сквозь заросли цветов, мелькают разноцветные пятна: фиолетовый, желтый, красный, розовый. Эбигейл спотыкается, стараясь не отстать от друга. Он всегда так быстро бегает! Тягаться с ним – все равно что пытаться догнать ветер.

Исаак приводит подружку к группе высоких цветков, выше ее роста. Эбигейл колеблется, но мальчик уже нырнул в заросли, и растения полностью его скрыли. Зеленая стена обступает их со всех сторон. Сделав несколько шагов, они останавливаются, и Исаак ложится на спину. Эбигейл устраивается рядом, всматриваясь в голубое небо и розовые цветы, которые шуршат на ветру над их головой.

– Думаешь, она нас найдет? – шепчет девочка.

– Весь день искать будет и ни за что не найдет. – Исаак широко улыбается, а затем хмурится. – Что это?

Он протягивает руку и вытаскивает какую-то штуку, которая застряла в земле рядом с головой Эбигейл. Девочка изучает ее. Маленький металлический цилиндр. Одна часть его коричневая, а другая – золотая и сверкает на солнце.

– Может, это священная древняя реликвия? – говорит Эбигейл. – Как те, что у Отца.

– Это не священная реликвия, глупышка, – отвечает Исаак, катая цилиндр между пальцами.

– Почему?

– Она не древняя. Это пуля, Дамбо.

Девочка начинает шмыгать носом. Мало того, что ее назвали глупышкой, так еще и Дамбо… И подумать только, кто? Исаак…

– Эй, прекрати, Иден услышит. – Мальчик протягивает ей пулю. – Вот, возьми. Положишь к своим сокровищам.

Эбигейл громко выдыхает, вытирая глаза.

– Правда? – Она не отрывает глаз от маленького гладкого предмета. – Она из золота?