Майк Омер – Долина снов (страница 46)

– Неужели?

Она вскидывает подбородок и принюхивается:

– Почему каждый раз рядом с тобой я чувствую тошнотворную вонь, как от полуфейри?

Кровь стынет у меня в жилах, но я притворяюсь, что пропустила замечание мимо ушей, и смотрю на пирог.

– У него какой-то неприятный привкус… – Я морщусь. – По-моему, с ним что-то не так.

Арвенна с улыбкой откусывает от своего пирога:

– По-моему, он замечательный. Не думаю, что с ним что-то не так. Я съем все целиком, даже если они забыли положить мою клубнику.

– Может, с ним всё в порядке… – Я хмурю брови. – Что ж, приятно было поболтать.

Машу рукой и неторопливо удаляюсь, откусывая еще кусочек. Возвращаюсь на свое место, сажусь и вытираю крошки с губ. Честно говоря, это один из лучших десертов, которые я пробовала.

Откинувшись на спинку кресла, я внимательно слежу за Арвенной. Через минуту-другую выражение ее лица меняется. Она бледнеет, морщит лоб, хватает стакан с водой, едва не опрокидывает его, но все же умудряется удержать трясущейся рукой, залпом выпивает и смотрит на остатки пирога. Ее глаза расширяются при виде бледно-розового блеска сверху пирога – там, где лежала нарезанная клубника.

Она поворачивается ко мне с отвисшей челюстью и вытаращенными от ужаса глазами и прикрывает рукой рот, словно ее вот-вот вырвет. Я беру бокал с медовухой и, оскалившись, салютую Арвенне.

Она выбегает из зала.

Возможно, у нее есть противоядие, но теперь она вряд ли предпримет новую попытку меня отравить. Хоть я и не благородного происхождения, эта сука поняла, с кем имеет дело.

Глава 27

Ныряю поглубже в ванну. Вода согревает кожу. Лунный свет льется в высокие окна, окрашивая завитки поднимающегося пара серебристым и красным.

Уже поздно, пора спать. Вместо этого я делаю глоток шампанского и расслабляюсь. После бегства Арвенны с банкета я отправилась искать Найвен, чтобы рассказать обо всем, что узнала на Высшем Совете. Но, увы, ее нигде нет. Вообще-то я не видела ее уже несколько дней. Возвращаюсь к себе, пишу донесение и прячу в нашем условном месте.

Но я искала Найвен не только поэтому. После вечеринки, на которой меня пытались отравить и оскорбляли, так хочется увидеть хоть одно дружеское лицо… Одиночество начинает действовать на нервы. Арвенна оказалась права, когда заявила, что мне здесь не место.

Мышцы напрягаются, дыхание прерывается при звуке открывающейся двери. Сердце колотится о ребра, я вылезаю из ванны и судорожно хватаю полотенце. Это Арвенна явилась убить меня… С бешено бьющимся сердцем заворачиваюсь в полотенце, приподнимаю плитку на полу и хватаю спрятанный под ней нож. Арвенна убедится, что я не так безобидна, как она думает.

– Ния? – доносится из комнаты глубокий бархатистый голос. – Где ты?

Я выдыхаю и быстро прячу нож обратно в тайник.

– Талан? Чем обязана визиту?

– Дело в том, что мы любовники и ни секунды не можем друг без друга. Знаю, как тебе не хватает моего лица, чтобы бросать на него восхищенные взгляды… И я не мог отказать тебе в этом удовольствии.

– Точно. – Я плотнее закутываюсь в полотенце и выглядываю в комнату.

Талан уже устроился в кресле с книгой на коленях. Он поднимает на меня глаза:

– Не ожидал увидеть тебя голой… Интересный сюрприз. Ты ведь знала, что я приду, правда?

Я комкаю полотенце:

– Вы никогда не задумывались, кем были бы, если б не родились невероятно богатым, красивым и в окружении тех, кто исполняет все ваши прихоти?

– Возможно, стоял бы сейчас по колено в грязи на поле с гнилым луком и с ностальгией вспоминал золотые времена, когда уродились яблоки. Если б судьба сыграла со мной столь злую шутку.

– Возможно, это научило бы вас смирению.

– Вот скукотища…

Я не взяла в ванную смену одежды, поэтому приходится появиться в комнате в одном полотенце. По дороге к шкафу чувствую на себе взгляд принца и принимаю беспечный вид. Вода с волос стекает по спине и плечам, намачивая полотенце. Я рывком выдвигаю ящик и хватаю первое попавшееся нижнее белье и ночнушку. Возвращаюсь в ванную и вижу, как Талан подливает себе вина. Он здесь как дома.

Закрываю за собой дверь в ванную и обнаруживаю, что прихватила прозрачную ночнушку и узкие трусики с черным кружевным поясом. Ночнушка тоже черная и совершенно прозрачная, соски просвечивают насквозь. Но даже в столь откровенном наряде, выставляющем всё напоказ, нужно казаться абсолютно расслабленной и непринужденной. Делаю глубокий вдох и представляю, что на мне джинсы и футболка. Открываю дверь ванной и обнаруживаю Талана, сидящего на моей кровати без рубашки.

Я стараюсь расслабить плечи и сохранять безмятежное выражение лица. Но на самом деле чувствую совсем другое.

На занятиях по культуре фейри нас учили непринужденно относиться к своему телу. Но не учили, каково это: предстать полуголой перед самым, наверное, могущественным фейри в королевстве, принцем, который вселяет абсолютный ужас во всех вокруг. Или как трудно мыслить трезво, когда он тоже полуголый, а его тело – само совершенство. Потому что мозг понимает, что принц – чудовище, но пульс по-прежнему учащается от извилистых татуировок в виде ивовых ветвей на его рельефных мышцах. Я никогда не представляла себя в таком виде перед потрясающе красивым мужчиной, чьи глаза темнеют при виде меня.

Талан стискивает челюсти, его тело сковывает пугающая неподвижность, свойственная только фейри. Глубокий бархатистый голос словно звучит у меня в голове.

Я увлек бы тебя в темные объятия ночи и довел до самой грани…

Отблески свечей играют на его мощном теле. Когда он отводит глаза, встает и одним плавным движением расстегивает ремень, мое сердцебиение учащается.

Я перекатываюсь на другую сторону кровати и натягиваю одеяло.

– Вы же не собираетесь спать в моей постели голышом?

Он переворачивается на другой бок, подпирая подбородок ладонью:

– Моя любовница опять такая напряженная… Когда ты расслабилась на целую секунду, мне даже стало любопытно, куда подевалась настоящая Ния. Но не переживай, я останусь в трусах.

На мгновение мой взгляд задерживается на его губах, полных, слегка изогнутых. Волнующе чувственных.

– Хорошо.

– Подозреваю, ты не ручаешься за себя, а не за меня. – Бархатистый голос ласкает мою кожу. – Ты только что назвала меня красивым.

– Неужели?.. Ладно, хватит разговоров. Мне нужно выспаться.

Талан действительно пробуждает во мне тревогу и раздражительность. И, как ни странно, ему это нравится.

Я украдкой смотрю на его мощную грудь и плотнее закутываюсь в одеяло.

– Ты когда-нибудь бываешь довольна, Ния? Хоть когда-нибудь?

– Я не такая уж несчастная. Однажды я была влюблена.

– И что с ним случилось?

Я с трудом сглатываю ком в горле. Ложь должна выглядеть как можно правдоподобнее.

– У него была дурная привычка прятаться от всего. В том числе от меня. Он дважды разбил мне сердце.

– М-м-м… – Глухой шепот. – Может, стоит подвергнуть его пыткам и казнить?

О дорогой мой Талан… Опять за свое.

– Нет, – возражаю я. – Он вообще-то неплохой парень, но его работа оказалась важнее меня.

Талан усмехается:

– Скука смертная.

– А вы любили когда-нибудь?

Отблески свечей пляшут на его рельефных мускулах.

– Для меня существует только одна женщина, и она – плод воображения, голос в моей голове.

– За столько веков – и ни разу не любили? Неужели это из-за убийств? Они мешают романтике?

– На любовь остается не так уж много времени, когда есть объекты для пыток.

– Похоже, не только мой бывший помешан на работе…

Принц смотрит на меня, и на секунду в его улыбке сквозит легкая грусть.

– Если б ты видела то, что я вижу в чужих снах, то поняла бы, почему я никого не люблю.