Майк Омер – Долина снов (страница 31)
Гости разражаются аплодисментами, кто-то выкрикивает:
– Верно, верно!
Я сосредотачиваюсь на том, чтобы дышать ровно. И почти физически ощущаю исходящую от короля силу. Он усаживается на трон. Остальные тоже садятся.
Принц поднимает бокал:
– Ваше Величество, отец, уважаемые гости! Возможно, вы обратили внимание на жемчужину, которую я отыскал.
Я украдкой бросаю взгляд на Оберона. Он смотрит прямо перед собой, лицо застыло как у изваяния, рот сжат в тонкую линию. Интересно, он уже знает, что Талан собирается его позлить?
Принц поднимает бокал еще выше:
– Я хотел бы поднять тост за очаровательную Нию Вайланкурт из Лаурона, с которой мне посчастливилось познакомиться на охоте. Я пригласил ее в Периллос в качестве спутницы и близкой подруги. Воистину, ее остроумию и красоте нет равных в Корбинелле и, полагаю, во всем Броселианде. Мисс Вайланкурт дарит нам свою красоту и тем самым делает всех богаче. Давайте поприветствуем новую прекрасную гостью при дворе, которой я клянусь в вечной верности.
По залу разносится тихий ропот; собравшиеся перешептываются, прикрывая рты ладонями.
Красивая женщина с серебристыми волосами уставилась на меня. Ее щеки покраснели, губы яростно сжаты. На шее и в ушах поблескивают драгоценные камни. Грудь вздымается от гнева. Все смотрят в ее сторону. Не нужно быть опытным шпионом, чтобы догадаться: это графиня Арвенна Блайт.
Мало того что я – деревенщина, рассевшаяся на коленях у принца, так он еще и назвал меня несравненной красавицей…
На губах Талана играет легкая улыбка:
– Что ж, мы собрались здесь повеселиться, не так ли?
У меня пересыхает в горле. Ближайшие соседи по столу – знать, чьи кресла стоят рядом с королевскими – смотрят на меня с неприкрытой враждебностью. И дело не в ожерелье за миллиард долларов на моей шее. Это высшая аристократия, герцоги и графы. И вот из ниоткуда появляюсь я и угрожаю их влиянию на принца… Несколько минут назад они еще могли утешаться фантазиями, как принц трахает меня в грязи на глазах у солдат. Я была шлюхой в дорогих побрякушках. Но публичные комплименты… Клятва в вечной верности… Это совсем другое дело. Хоть я и любовница, но теперь Талан поставил меня выше Арвенны.
На лицах гостей за дальним концом стола появляется расчетливое выражение. Мелкие дворяне и купцы прикидывают, нельзя ли обратить неожиданный поворот событий в свою пользу. Некоторые с повышенным интересом поглядывают на Найвен, вдруг сообразив, что мы с ней как-то связаны.
Единственный, кто никак не отреагировал на представление меня Таланом, – король. Он с каменным видом смотрит прямо перед собой, не удостаивая взглядом ни сына, ни меня.
Талан поднимает бокал еще выше:
– Уверен, все вы желаете моей
Я улыбаюсь залу.
Гости аплодируют и поднимают бокалы, но никто не разражается приветственными возгласами и даже не улыбается. Талан – единственный из присутствующих, кто не боится навлечь на себя гнев своего отца.
Я задумываюсь, чем мне теперь это грозит, и содрогаюсь от ужаса. Я влипла. Король, разумеется, желает моей смерти.
Рука Талана обнимает меня за талию, его губы касаются моей щеки, и в этом месте я чувствую жар. У меня сбивается дыхание, когда я понимаю, как сильно он
– Во что я вляпалась?
Мускулы его руки напрягаются на моем животе. Губы касаются моего уха, его дыхание согревает.
– Будь осторожна, дорогая.
Большие пальцы снова поглаживают мне бедро, словно успокаивая, его магия покалывает кожу.
– Может показаться, что нас никто не слышит, – шепчет он, – но кое-кто из гостей весьма преуспел в чтении по губам, а у других слух усилен благодаря магии. Если хочешь обсудить, как я прислонил тебя к стене и жестко оттрахал по пути сюда, сейчас не самое подходящее время.
Я хорошо понимаю, о чем он.
Официанты расставляют перед нами бесконечные блюда. Здесь и тарелка с огромными устрицами, каждая из которых подается с жемчужиной, и тушеная морковь, и бутерброды, и сыр, и ягоды, и запеченный кабан. Сидя на коленях у Талана, я ем и потягиваю медовуху – ровно столько, чтобы не вызвать подозрений. Я здесь не для того, чтобы напиться.
Напряжение в зале окутывает как холодный туман, меня бьет озноб. Несмотря на вкусную еду, атмосфера мрачноватая.
Я периодически отрываюсь от еды и наблюдаю за собравшимися: запоминаю их лица, кто с кем беседует, и сохраняю эти подробности в укромных уголках сознания. Пытаюсь составить портрет каждого по его одежде и месту за столом. Вычислить его роль, положение в иерархии. Самые важные – те, кто ближе к королю, в том числе Арвенна. Здесь девятнадцать благородных родов, чьи представители входят в королевский консультативный совет. Четверо из них сидят по обе стороны от меня, и в их взглядах неприкрытая ненависть. Похоже, маленькая уловка Талана нарушила планы многих влиятельных персон Броселианда.
Принц ослабляет объятия, приподнимает меня за талию, снимает с колен, встает и поднимает бокал:
– Как я мог забыть? Я должен сделать
На его губах играет зловещая улыбка.
Мое сердце замирает. Что дальше? Это не фальшивые отношения под прикрытием, как в Башне Авалона, – я понятия не имею, что у принца на уме.
В зале повисает напряженная тишина, нарушаемая лишь эхом шагов Талана, пока он с волчьей грацией перемещается вдоль столов и останавливается в дальнем конце в нескольких шагах от Найвен.
Я замираю. В воздухе ощущается холодок опасности.
Все смотрят на принца, в зале становится холодно и темно, свечи в канделябрах гаснут. Талан перестал притворяться, что наслаждается моим обществом. Теперь его взгляд ледяной, как воздух вокруг. Смертоносный. Я чувствую озноб.
В зале такая тишина, что принцу не нужно повышать голос:
– Среди нас предатель.
Глава 18
Мир качается под ногами, я вцепляюсь в подлокотники кресла. Мне приходится собрать все свое самообладание, чтобы
Бросаю быстрый взгляд на Найвен и замечаю, как ее пальцы стискивают бокал.
Талан наклоняется вперед и опускает руку на плечо фейри с волнистыми черными волосами, густыми бровями и в белом галстуке:
– Лорд Аэл шпионил в пользу людей. Его знакомый охранник освободил одного из наших заключенных. Шпиона-полуфейри по имени Рафаэль.
Найвен на секунду задерживает на мне взгляд, ее глаза слегка округляются. Я по-прежнему не могу перевести дыхание.
Лицо лорда Аэла становится такого же цвета, как его галстук.
– Ч-что? – заикается он. – Я никогда… это из-за синего дракона…
Движения Талана настолько быстрые и плавные, что почти неуловимы. Кресло лорда опрокидывается, и следующее, что я помню, – как принц приподнимает Аэла, держа за горло, словно этот фейри-аристократ невесом. Глаза лорда лезут из орбит, лицо краснеет, ноги дергаются, пока он пытается сделать вдох, цепляясь за руки Талана.
– При дворе Его Величества существует только
Свободной рукой он вынимает из внутреннего кармана кинжал. Лезвие сверкает в свете свечей. На мгновение принц отпускает горло Аэла и наносит удар кинжалом, проткнув шею насквозь. Простой изящный взмах – и кровь струится по каменным плитам. Фейри падает на пол, сучит ногами, держась за горло и издавая ужасное бульканье. Я смотрю на него и хочу, чтобы это поскорее закончилось. Время тянется мучительно медленно; алые ручейки текут по полу, расползаясь пятнами по изящному вышитому ковру.
Женщина рядом с лордом – видимо, его жена – зажимает рукой рот, пытаясь заглушить рыдания. Наконец тело Аэла замирает, зеленые глаза безжизненно смотрят в потолок, где в подвесных канделябрах мерцают свечи. Вокруг трупа блестит кровавая лужа. В зале воцаряется мертвая тишина, прерываемая только женскими всхлипами.
Лишь король Оберон жует кусочек кабана как ни в чем не бывало. Я почти уверена, что все это время он не прерывал свою трапезу.
Талан втыкает кинжал в стол и поворачивается к собравшимся. От его ядовитой улыбки по телу пробегает озноб.
– Ну как? Это было увлекательно, правда?.. Здесь ужасно тихо. Как насчет музыки? Бога ради, сыграйте что-нибудь веселенькое.
Он кивает музыкантам, берет бокал лорда Аэла с медовухой и осушает одним глотком. Леди Аэл плачет, закрыв лицо руками и стараясь не шуметь.
Два скрипача и волынщик начинают играть веселую мелодию, их лица бледны от страха. Несколько слуг поспешно уносят труп лорда.
Я наблюдаю за Таланом, который неторопливо возвращается к своему креслу и с ослепительной улыбкой протягивает мне руку:
– Потанцуй со мной.
Все смотрят на меня, а я – на едва различимые пятна крови на его темном камзоле.
– С удовольствием. – Встаю и беру его за руку.
В Башне Авалона обучают танцам фейри, и все же я почему-то чувствую, что не готова. Одно дело – танцевать с Сераной или Дариусом в ярко освещенном репетиционном зале. И совсем другое – с Ловцом Снов через несколько секунд после того, как он перерезал чужое горло и выпил чужую медовуху.
Я оказываюсь в тесных объятиях Талана, и он увлекает меня в танце. Неловко задираю голову и прижимаю к его груди. Принц танцует грациозно, не сбиваясь с шага и с легкостью заставляя меня двигаться в такт. Он из тех танцоров, чьи партнеры чувствуют себя умелыми, даже если это не так. Я просто позволяю ему вести.