реклама
Бургер менюБургер меню

Майк Кэри – Порочный круг (страница 12)

18

— Лучше объясните все снова, — наконец выдавил я.

Мелани покачала головой, будто ее сознание автоматически блокировало неприятные воспоминания, даже если она сама хотела ими поделиться.

— Эбби погибла прошлым летом, когда они с классом ездили в Камбрию. — Голос миссис Торрингтон зазвучал еще глуше и сдавленнее, чем прежде. — Несчастный случай. Три девочки — Эбби и две ее подруги — упали в реку во время паводка. Они не справились с сильным течением…

— И их унесло на глубину, прежде чем подоспела помощь, — перехватил эстафетную палочку Стив, лицо которого пылало гневом. Похоже, он злился так долго, что самому стало тошно. — Как девочки вообще оказались у воды без сопровождения взрослых?! У них не было шансов. Ни единого…

Супруги замолчали, старательно пряча друг от друга глаза. Понятно: боль не стихла даже через год. Что же, она и по прошествии целой жизни вряд ли утихнет.

— Но она вернулась, — подсказал я.

Перед глазами вырисовывалась картина, мрачная и безрадостная, с преобладанием серой гаммы. Увы, веселых пейзажей мне почти не встречается.

— Да, вернулась, — кивнул Стив, — месяца через три после гибели. Мы были в ее комнате…

— Собирали вещи? — уточнил я, но Торрингтон категорично покачал головой.

— Нет, просто сидели, и я… я ощутил, что мы не одни, что появился кто-то третий и стоит рядом. Ничего конкретного не видел, а просто ощутил. — Улыбка Стива получилась очень слабой и усталой. — Помню, повернулся к Мел и спросил: «Ничего не чувствуешь?» или что-то в этом роде. Сперва она решила, что я сошел с ума, а потом кивнула. Да, она почувствовала то же самое. Поначалу происходило именно так: стоя в определенном месте, можно было почувствовать дочкино присутствие, а иногда даже расслышать звук дыхания. Примерно через неделю мы стали ее видеть. Заметишь краешком глаза, а обернешься — никого. Казалось, Эбби возвращается к нам медленно, будто издалека. Мы ждали, и дочка подходила все ближе. Потом мы начали слышать ее голос: по вечерам Эбби из своей комнаты желала нам спокойной ночи. Мы тоже кричали ей в ответ, словно…

Стив запнулся, но паузу тут же заполнила Мел. На долю секунды создалось впечатление, что супруги повторяют рассказ далеко не в первый раз. Интересно, к скольким изгоняющим нечисть они обращались, прежде чем прийти ко мне?

— …словно она была еще жива. Словно ничего не произошло.

— Со временем мы даже научились удерживать ее возле себя, — продолжал Стив. — Вечерами я мыл на кухне посуду, а Эбби возникала за спиной и заводила разговор. Я не оборачивался, а просто рассказывал, что случилось на работе и как живут друзья. Шутил даже…

Торрингтон зажмурился, а потом взглянул на меня так, будто ожидал вызова или насмешки, а через секунду по щеке поползла одинокая слеза. Судя по всему, плачет он редко, и я невольно почувствовал себя вуайеристом.

— Да, мистер Кастор, как ни странно, ее возращение вернуло нас к жизни. Мы снова стали семьей. — Он чуть заметно пожал плечами, но этот жест говорил красноречивее любых слов.

Я прекрасно понимал, как все получилось. В списке мест, куда любят возвращаться духи, лоно семьи идет одним из первых. Для них это те же небеса…

«Наверное, в этом и суть, — где-то в глубине сознания проговорил холодный беспристрастный голос. — Для призраков счастье — понятие двоякое».

Я постарался выразиться как можно мягче и деликатнее:

— Порой, даже зачастую, на земле призраков удерживает осознание того, что они не закончили какое-то дело. Иногда это связанные со смертью страх и боль, иногда сильные чувства вроде гнева. — Я намеренно придерживался такой линии, чтобы Торрингтоны воспринимали случившееся правильно, то есть как своеобразный хеппи-энд. — Итак, обычно причина кроется в отрицательных эмоциях, ибо большинство призраков страдает. Вот мне и думается: если вы окружили Эбби той же заботой и любовью, что и при жизни, она, вероятно, перешла на следующую стадию.

«Отправилась на небеса» я не сказал намеренно: в бога не верю, потому что, как уже упоминал ранее, просто не могу сопоставить его всесилие с несовершенством нашего мира. Любой сантехник бы лучше справился!

— Полагаю, ваша дочь сейчас там, куда должна была попасть сразу после смерти. Ее неожиданное возращение стало настоящим сюрпризом, счастьем, утешением, но, увы, заведомо кратковременным. Мертвые, как правило, недолговечны…

Я осекся. Стив очень выразительно, почти сердито покачал головой, но не проронил ни слова. Он выжидающе взглянул на Мелани, которая внимательно изучала мой убогий стол. Очевидно, следующую часть истории надлежало рассказать ей, и она, также очевидно, это знала.

— Есть еще кое-что, — нервно сглотнула миссис Торрингтон. — Три года назад я встретила мужчину… — Перепуганные глаза метнулись ко мне, пытаясь выяснить, как были истолкованы ее слова.

Я ответил непроницаемым взглядом: предпочитаю, когда люди расставляют все точки над i, а не говорят загадками.

— Он был… клиентом. Я представляла его интересы.

— Один из ваших коллег, — уточнил Стив.

— Изгоняющий нечисть?

— Да, именно, изгоняющий нечисть.

В глазах Мел, устремленных на супруга, читались смирение, покорность и мольба. Не он ли поставил ей этот синяк в ходе семейной ссоры, которая вышла за обычные рамки? Три года назад… Интересно, для Торрингтонов это забытое прошлое или вполне актуальное настоящее? На домостроевца и поборника бытового насилия Стив не похож… впрочем, большинство таких мужей кажутся кроткими, как ягнята.

Будто упрекая меня за крамольные мысли, Торрингтон обнял жену за плечи, притянул к себе и легонько поцеловал в макушку, потому что ближайшая к нему сторона ее лица была помята.

— Не надо себя мучить, — тихо сказал он, так тихо, что я едва расслышал. — Я тебя не виню. Ты же знаешь, я тебя не виню.

Не отрывая глаз от пола, Мел кивнула.

— Не хочешь подождать в машине?

Мелани Торрингтон встала.

— Надеюсь… — начала она, пронзая меня безумным взглядом. — Мистер Кастор, я надеюсь, вы нам поможете.

Несчастная судорожно пожала плечами и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Повисла тяжелая тишина, и я решил, что прервать ее должен Торрингтон.

— Его звали Деннис Пис, — мягко начал Стив, но почему-то мягкость казалась обманчивой. — Знаете такого?

Я покачал головой. В памяти возникли какие-то ассоциации, но ведь специалисты по изгнанию нечисти в профсоюзы не объединяются. Даже встречаясь, мы редко представляемся и вынюхиваем подноготную друг друга. Хотя ассоциации были любопытными: какая-то драка или потасовка с плохим концом… Однако уточнение пришлось отложить на потом: Торрингтон продолжал рассказывать:

— Его обвиняли в неудачном изгнании нечисти: не обездвиженный должным образом призрак нанес огромный урон дому, в котором обитал. Пис заявил, мол, дух сорвался с эктоплазменных катушек. Дескать, как ни осторожничай, такое время от времени случается.

Я снова почувствовал твердую почву под ногами и мгновенно обрел уверенность.

— Для этого и существует типовой договор, — согласился я. — Изгоняющий нечисть отвечает лишь за повреждения, которые наносит непосредственно он, но не за то, что творит дух во время обездвиживания. Думаю, суд прошел без особых сложностей: Пису следовало показать договор и дело с концом.

Хорошо мне рассуждать — сам я о юридических тонкостях никогда не беспокоюсь, хотя прекрасно понимаю: когда запахнет жареным, подстраховка не помешает.

— Никакого договора не было. Уверен, окажись все, как вы сказали, проблем бы не возникло. Но насколько я понял, Пис ограничивался устными соглашениями, то есть работал на доверии к клиенту. В итоге получилось куда хлопотнее, но Мел взялась его защищать и решила сыграть на том, что истец знал неформальные правила. Мол, он и раньше прибегал к услугам изгоняющих нечисть и хорошо представлял существующий у них порядок. Она проиграла. Однако, готовясь к процессу, Мел проводила с Писом довольно много времени. — Голос Стива зазвучал строже и суровее. — Из ее рассказов я сделал вывод, что ей нравилось с ним беседовать: еще бы, Пис принадлежал к миру, с которым она прежде не сталкивалась. Не подзащитный, а герой голливудского блокбастера! В общем, у них завязался роман, но ненадолго. До секса дошло всего раз, я абсолютно в этом уверен. Даже встречаясь с ним, Мел понимала, что поступает неправильно, и через пару месяцев решила положить интрижке конец. Произошла сцена, довольно неприятная и болезненная, но, в конце концов, Пис смирился с тем, что она больше не хочет его видеть. А через некоторое время, как следует обдумав случившееся… — Торрингтон сделал большую паузу. — Через некоторое время она призналась во всем и попросила прощения. И я простил, причем от чистого сердца, потому что Мелани была кристально честна. Мы решили больше не вспоминать тот инцидент.

Я терпеливо ждал: вероятно, рассказ об измене скрывал в себе тайный смысл, но какой именно, мне пока выяснить не удалось.

— После гибели Эбби, ну, точнее, когда она вернулась… — Стив в очередной раз запнулся, а потом заговорил так тихо, что приходилось вслушиваться: —…Мел совершила глупость: позвонила Деннису и спросила, как себя вести.

— Почему глупость? — удивился я.

— Потому что Пис уловил в звонке намек на то, что Мелани желает возобновить отношения. — Торрингтон скептически покачал головой. — Наша дочь только погибла, Мел была на грани нервного срыва, а он настаивал на встрече и даже забронировал номер в одном из паддингтонских отелей. По плану Мелани следовало наврать мне: дескать, идет вызывать дух Эбби, а самой провести с ним ночь. Моя жена послала его в задницу. — Неожиданно в голосе Торрингтона появились резкость и хрипотца, как нельзя лучше соответствующие настроению момента. Стив то и дело моргал, будто борясь с непрошеными слезами. — Но он и слышать не хотел об отказе, постоянно звонил, назначал встречи в кабинете судьи, которые Мел приходилось отменять, несколько раз караулил у офиса. Твердил, что они должны обсудить «будущее их отношений». Мел отвечала: «Никаких отношений нет», просила оставить в покое. Тогда Пис пригрозил рассказать обо всем мне, но ведь я давно был в курсе! Со временем Мелани начала волноваться, что у Писа произошел нервный срыв. — Торрингтон перехватил мой взгляд и, демонстрируя глубокое отвращение, скривил губы. — Она не на шутку перепугалась.