Майк Германов – Черный свет (страница 71)

Короткая пауза.

– Точно?

– Абсолютно!

– Ладно, – проговорил Поленов слегка изменившимся голосом. – До скорого.

Марго подумала о том, что полицейский, наверное, обиделся, но тут же четко осознала, что ее это почти не волнует. Во всяком случае, с ним она всегда сможет разобраться. Сейчас ее ждали куда более важные дела.

Самсонов тем временем попрощался с Башметовым и, развернувшись, выжидающе смотрел на девушку.

– Ну, что там? – спросил он.

– Ничего, – Марго достала сигарету. – Это личное.

– Башметов сказал, что удалось установить место, где китайцы держат ученых.

– Как?

– Одна бдительная старушка решила сообщить куда надо о подозрительных «нелегалах», как она их назвала.

– Она позвонила в полицию?

– Да.

– И что? Почему об этом сообщили нам?

– Петрович как-то путано распространялся на эту тему. Думаю, не обошлось без Валентина. Информация до нас дошла очень быстро – всего за полтора часа. Главное, что у нас есть адрес, и группа захвата выезжает через десять минут, – Самсонов взглянул на часы. – Собственно, вон там я вижу их тачку. – Он указал на серый минивэн метрах в двадцати справа. – Если мы собираемся отправиться с ними, надо успеть надеть бронежилеты.

– Чего мы ждем?

Самсонов взглянул на дымящуюся в руке девушки сигарету.

– Пока ты докуришь, наверное.

Марго демонстративно затушила окурок о стену управы.

– Пошли надевать броники.

Через десять минут оба сидели в тесном минивэне вместе с членами группы захвата. Все спецназовцы были вооружены «М-16», одеты в бронежилеты и шлемы со стеклянными забралами. Помимо этой машины к месту, где засекли китайцев, направлялись еще два фургона, в одном из которых располагался подвижный штаб, оснащенный по последнему слову техники.

Марго и Самсонов ехали молча, остальные изредка обменивались малозначащими фразами и шутками. В целом разговор не клеился.

– Мне не нравится, что мы возьмем их до того, как Горштейн и Шварц попытаются связаться с ними, – проговорил Самсонов спустя несколько минут после того, как группа захвата выехала. – Так обрывается единственная ниточка к ним и результатам «Ультрафиолета».

– А тебе очень хотелось бы их заполучить, да? – тихо спросила Марго. – Для Валентина?

– Нет, но и оставлять их в руках Горштейна и Шварц я считаю неразумным.

– Может, ты думаешь, что контора Валентина использует их не так же, как китайцы? – В голосе Марго прозвучала ирония. – Или ты считаешь, что наши враги заслуживают… забыть о том, как выглядит солнце?

Самсонов усмехнулся:

– Наши враги? Ты о ком?

– Было бы оружие, а враг всегда найдется, – тем же тоном ответила ему Марго.

Следующие десять минут они ехали в молчании. Затем Марго сказала:

– Если к тебе в руки попадет копия – мало ли, вдруг произойдет чудо, – не пытайся ее уничтожить, ладно? Просто отдай ее Петровичу и забудь. Пусть он сам разбирается с Валентином. Не строй из себя героя и борца за мир во всем мире.

Самсонов удивленно взглянул на девушку.

– С чего ты взяла, что я собираюсь это сделать?

Марго пожала плечами:

– Говорю это просто на всякий случай.

Самсонов отвернулся. Он и сам не знал, как поступил бы, окажись копия «Ультрафиолета» у него. Наверное, если бы не было свидетелей и никто не знал…

Впрочем, это нереально: Валентин ни за что не поручит поиски столь ценной информации одному человеку, особенно если этот человек не из его ведомства. Возможно, этим вообще займется кто-нибудь другой, а миссия Самсонова завершится освобождением ученых. Конечно, если они еще живы.

Такой поворот вполне возможен: чтобы искать Горштейна и Шварц, не нужны способности следователя. Требуется разветвленная сеть агентов, стукачей и осведомителей, которые будут глядеть в оба, пока парочку не засекут в аэропорту, на вокзале или в супермаркете. Самсонов не имел представления, насколько широко и глубоко запустила свои щупальца контора «серых».

А вообще, скорее всего, Валентин лично явится искать данные по «Ультрафиолету», чтобы не рисковать. Не вводить, как говорится, во искушение.

Три машины остановились в квартале от заброшенного склада, где, по словам жившей в доме напротив старушки, обосновались китайские «нелегалы». Фургоны загнали во двор, чтобы их не было видно с улицы.

Небо очистилось от последних туч и теперь было прозрачно-лазоревым. До самого горизонта – ни облачка. С севера продолжал дуть ветер, он налетал резкими порывами, напоминавшими удары невидимого кинжала.

Самсонов зябко поежился. Марго тоже явно чувствовала себя неуютно. Из-за погоды или нервозности – сразу и не разберешь.

Оперативники, ведшие наружное наблюдение, подошли к автомобилю-штабу, где собрались все члены группы захвата.

– За последние двадцать минут никто не выходил, – докладывал приземистый опер в кожаной куртке, свободных штанах и берцах на липучках. Его напарник стоял рядом, заложив большие пальцы за широкий ремень. Самсонов не узнал его: парень был не из «Серийного отдела». Похоже, конторе Валентина людей давали куда более охотно, чем Петровичу. – Подъехала «Хонда», из нее вышел китаец, – продолжал опер. – Ему открыли двери, и он загнал машину внутрь. Сейчас он в здании.

– Сколько там всего человек? – спросил Тарасов, начальник группы захвата.

Самсонов хорошо знал его, им не раз приходилось работать вместе. Возраст – около сорока, в отличной форме, бывший спецназовец, контрактник, спец по охранным системам и различным видам оружия, инструктор и сапер. Короче, ценный кадр, не случайно ставший командиром.

– По нашим сведениям, в данный момент внутри находятся четыре человека, – ответил опер. – Я имею в виду боевиков. Заложников мы не видели. Заглянуть внутрь здания не удалось, поскольку окна расположены на высоте пяти метров, а стекла закрашены изнутри. Разбитые – заложены фанерой.

– Мы выяснили, чей это склад, – проговорил Тарасов, кивнув операм. – Владелец не знает о том, что в его частной собственности кто-то поселился. Он приобрел здание под снос и не появлялся здесь с позапрошлого месяца.

– Ты ему поверил? – не выдержал Самсонов.

Тарасов поднял на него серьезные голубые глаза. Брови у него были светлые, жесткие – как и короткий ежик волос, исчезающий на затылке и возле ушей.

– Конечно, нет. Уверен, он получил деньги, а теперь врет, чтобы избежать неприятностей. Но вряд ли он знает, что делают на складе его «квартиросъемщики», так что это не имеет значения.

– Не думал же он, что они там рыбок разводят, – заметила Марго.

– Ясное дело, нет.

Тарасов перевел взгляд на план здания, который успел за время разговора разложить на складном столе (Самсонов брал такой на пикники, когда они с Марго выезжали на природу), давая понять, что заниматься пустой болтовней некогда.

– Вот здесь, – Тарасов ткнул коротким пальцем в бумагу, – находится основной вход, а тут – запасной. Просто дверь, в которую может пройти один человек за раз. Она железная и запирается изнутри – в отличие от центрального входа, имеющего и внешний замок. Сейчас он отсутствует, поскольку объекты находятся в здании. Таким образом, обе двери, конечно, заперты. Мы можем протаранить главный вход фургоном или взорвать один либо же сразу оба входа при помощи пластита, – при этих словах Самсонову показалось, что взгляд Тарасова загорелся. – Я лично считаю, что предпочтительнее штурм с двух сторон, благо личного состава для этого у нас достаточно, – он красноречиво обвел глазами столпившихся вокруг спецназовцев. Те дружно закивали. – Но есть проблема, – продолжил Тарасов, выдержав небольшую паузу. – Вероятно, объекты ведут наблюдение за входами. Нам не удалось обнаружить камеру, но это ничего не значит: ее скрыть проще простого. Если же ее нет, они, конечно, следят за входами сами. Словом, чем быстрее мы войдем, тем лучше.

– Где держат ученых? – спросил Самсонов, воспользовавшись тем, что Тарасов замолчал на пару секунд.

– Мы считаем, что здесь, – палец Тарасова переместился левее. – В плане это помещение отмечено как комната для персонала. Здесь туалет и душевые, так что засунуть пленников сюда во всех отношениях было бы удобно. Но возможно, что ученые находятся в другом месте, – командир группы снова провел пальцем по бумаге. – Справа располагаются три помещения, разделенные перегородками.

– То есть мы не сможем бросить все силы в одном направлении, когда войдем в здание, так? – подвел итог Самсонов.

– Именно. Поэтому нам придется разделиться. Я предлагаю, чтобы две группы вошли в здание по возможности одновременно, взорвав двери пластитом, после чего каждая из них разделится еще на две, которые направятся влево и вправо – к местам вероятного содержания ученых. Таким образом, мы сможем захватить оба помещения практически сразу после проникновения внутрь.

– Это если нас не засекут раньше, – вставил Самсонов.

– Я думаю, это произойдет в любом случае, – ответил Тарасов. – Так что примем как факт, что нас обнаружат на подходах. Чайные церемонии разводить не станем: для прикрытия бросим в окна световые гранаты. У нас забрала с затемнением, так что нам они не помешают. Я хочу, чтобы у этих китайцев глаза разбежались, когда мы начнем, ясно?!

Ответом было дружное мычание.

Самсонов чувствовал, что план не идеальный, но возражать не стал. Конечно, он понимал, что было бы лучше дождаться, пока кто-нибудь из «объектов», как их называл Тарасов, выйдет, взять его и выяснить, что делается внутри, но где гарантия, что тот скажет правду или что за это время ученых не перебьют.