Майк Германов – Черный свет (страница 62)

Тот промолчал. Он был с ней полностью согласен и даже употребил бы слово покрепче, но в целом девушка выразилась вполне емко.

Агни кормил рыбок и думал. На его лице собрались мелкие морщины, которые обычно были незаметны, но теперь набавляли ему сразу лет пять. Свет торшера высветил предплечье с татуировкой и рельефную мускулатуру, выступавшую под черной майкой без логотипов.

Форточка была распахнута, и в комнату врывался прохладный ветер вместе с шумом трамваев и автомобилей. Солнце почти село, только над крышами пятиэтажек разливалось розово-желтое закатное марево, и на его фоне раскачивались похожие на веники тополя.

Агни служил в морской пехоте, затем в спецназе, воевал, потом стал контрактником. Работал инструктором в разных горячих точках, получил три ранения, одно из которых – в бедро – давало о себе знать, особенно в ветреную погоду. Вот и теперь нога ныла, хотя и не слишком сильно.

Агни привык к этому, ощущения присутствовали на периферии сознания, он почти не обращал на них внимания. И все же боль напоминала о прошлой жизни – той, в которой он рисковал и получал за это деньги. Ему нравилось: он был наемником и сам выбирал, кому служить и за сколько. Теперь у него было много денег – он вложился в два прибыльных дела, ему повезло, бизнес процветал, и у Агни больше не было нужды наниматься к тем, кто вел войны.

Агни тосковал по опасности, но он был уже староват, и его теперь нанимали только в качестве инструктора, а это не давало того адреналина, который так был ему необходим. Правда, в последнее время адреналина было хоть отбавляй.

Агни машинально потрогал раненую руку. Пуля прошла навылет через плечо, не пришлось обращаться к врачу – сам зашил и перебинтовал. Не впервой.

Зазвонил мобильный телефон, на экране высветился знакомый номер. Агни подождал секунд десять, раздумывая, стоит ли отвечать, и сбросил вызов. Он не хотел слушать уговоры и увещевания: у него было дело, которое нужно было закончить. Так он считал, так решил, а когда он принимал решение, то шел до конца – всегда, не делая исключений.

Телефон зазвонил снова, и на этот раз Агни не стал его отключать. Он просто положил его на стол и сел на диван.

Мелодия звучала долго, но без толку. Адриано Челентано пел свою знаменитую «Soli». Агни едва заметно покачивал в такт головой. Это была «их песня». Так она всегда говорила.

Агни так и не ответил. Он думал о том, что еще не все следы подчищены, и предстоит кое-какая работа. Нужно было прикинуть, как ее лучше сделать. Потом, наверное, придется исчезнуть – благо деньги и опыт позволяли ему это сделать, потому что рано или поздно либо полиция, либо разведка выйдет на него, и тогда скрыться будет гораздо трудней.

Самсонов пил горячий зеленый чай и размышлял. К неуловимому убийце, помимо положенного по долгу службы, накопился немалый личный счет: рана в боку, обстрел возле Экспоцентра, необходимость работать под контролем конторы «серых». Конечно, следовало признать, что преступник не прикончил Самсонова, когда у него была возможность, и даже помог им с Дреминым в разрушенной лаборатории, пристрелив одного из китайцев. Поэтому старший лейтенант намеревался взять его по возможности живым.

Враг попался на этот раз вообще какой-то странный, непривычный: с одной стороны, одержимый своей идеей и готовый ради ее осуществления на любые зверства и в то же время способный остановиться и провести грань. Не похоже было, чтобы им владела одна только кровожадность: даже в жутких способах, которые он выбирал, чтобы расправиться со своими жертвами, угадывался прагматизм – необходимость получить нужную информацию, уничтожить опасные результаты исследований.

И все же, несмотря на это, чувствовалось в действиях убийцы и нечто патологическое. Огонь, бушующий повсюду, где он появлялся, кровь, льющаяся из ран, хирургическая и педантичная точность исполнения приговоров. Словно Самсонову противостояла совершенная и прекрасно отлаженная в прошлом, но теперь немного вышедшая из строя машина.

Мысли Самсонова вернулись к Дремину. Несмотря на то что ему нравилось работать с Марго, верного товарища по службе и, возможно, единственного друга ему не хватало.

Примерно час назад старший лейтенант позвонил в больницу узнать, как у Дремина дела. Медсестра сказала, что больной еще в реанимации, но идет на поправку. Ни о каких посещениях, конечно, не может быть и речи. Нет, она не знает, когда можно будет навестить.

Потом Самсонов набрал номер жены Дремина. Она держалась, хотя слышно было по голосу, что опасается самого худшего. Полицейский постарался подбодрить ее как умел, но большого опыта у него в делах подобного рода не было, поэтому вышло скомканно и невнятно.

Почувствовав это, Самсонов поскорее попрощался.

Старший лейтенант сделал последний глоток чая, отставил пустую чашку и отправился к Марго в конференц-зал, где она обосновалась.

Девушку он застал за компьютером.

– Чем занята? – спросил он, садясь в одно из кресел, окружавших стол.

В воздухе буквально висел табачный дым, несмотря на то, что девушка открыла окно, чтобы проветрить.

– Проверяю еще раз досье подозреваемых, – ответила Марго. – Решила копнуть поглубже.

– Куда уж глубже?

– В прошлое. Дальние родственники, даже погибшие. Иногда обнаруживаются неожиданные вещи, связи, которых прежде не замечал. А ты чего заявился?

– Думал о похищениях. Как китайцы могли провернуть все в общественных местах, да еще среди бела дня?

– Понятия не имею, – Марго устало откинулась на спинку кресла и потерла глаза указательными пальцами. Потянулась к пачке сигарет, но передумала: в горле уже першило.

– Шантаж и устрашение – обычные в подобной ситуации методы, – ответил Самсонов.

– Хочешь сказать, ученые сами сдались китайцам? Под угрозой… скажем, расправы с близкими?

– Почему бы и нет?

Марго пожала плечами:

– Нам это не поможет найти ученых. Мы лишились свидетелей.

– Один остался, – заметил Самсонов.

– Кто? Горштейн? – девушка усмехнулась.

– Нет, Роман Шварц.

– Что ты хочешь у него еще узнать?

– Пока не знаю, но думаю, он нам может пригодиться. Надо его попридержать у нас.

Марго встала.

– Пойду пройдусь. Сделаю перерыв, а то спина болит уже. – Она сделала круговое движение головой, разминая шею. – Заодно перекушу.

– Составить тебе компанию? – предложил Самсонов.

– Нет, у меня уже есть компания.

– Извини, – выпалил от неожиданности Самсонов.

Он ощутил укол ревности – словно кто-то неожиданно ткнул в солнечное сплетение иголкой.

– Ничего, бывает. – Прихватив сумочку, девушка направилась к двери.

– Можно я тогда посижу у тебя за компом, поизучаю личные дела? – спросил полицейский, чтобы сменить тему.

– Да ради бога! – Марго вышла из кабинета и, обернувшись, махнула рукой. – Адье!

Самсонов несколько секунд посидел за столом, затем встал и пересел в вертящееся кресло. Он был уверен, что убийца не мог появиться из ниоткуда.

Интуиция подсказывала, что этот загадочный человек должен быть тесно связан с кем-то из ученых – иначе он не смог бы ни узнать о биологическом оружии, ни провернуть то, что провернул. И еще – он был профессионалом. А это значило, что умение оставаться незаметным усвоено им отменно, и придется хорошо покопаться, чтобы найти хотя бы его след.

Самсонов взялся за мышку. Интересно, с кем Марго пошла перекусить? Не его это дело, конечно.

И все же…

Марго встретилась с Григорием Поленовым в небольшом ресторанчике. Они расположились на плюшевом диване в укромном уголке, где никто не мешал беседовать. Судя по запаху жасмина, в помещении регулярно зажигались то ли ароматические свечи, то ли палочки. Марго не считала себя поклонницей этой традиции, но аромат был вполне приятным, а вскоре и вовсе перестал ощущаться так явно – принюхалась.

В окно было видно, как мимо автобусной остановки с рекламным баннером шагают прохожие с зонтиками. Небо прояснилось на севере, поскольку ветер гнал последние тучи на юг, постепенно открывая голубой купол. Однако вода продолжала падать – дождь смывал остатки тумана, еще таящегося по углам города.

– Что будем пить? – поинтересовался Поленов, пролистав меню в коричневой обложке. Он взглянул на часы. – Может быть, вина?

– Да, пожалуй, – отозвалась Марго. – Красное сухое.

Через пять минут они сделали подошедшей официантке заказ и, когда она ушла, взглянули друг на друга.

«Можно было сразу заговорить о делах, но обстановка настраивала на приятельский лад, так почему бы не начать издалека», – подумала Марго.

Она откинулась на мягкую спинку дивана.

– Григорий, сколько вам лет?

– А что, я выгляжу слишком молодым? – усмехнулся полицейский.

– Нет, мне просто интересно.

– Двадцать девять.

– Скоро на повышение?

Поленов кивнул.

– Надеюсь.

– Нравится работа?