Майк Германов – Черный свет (страница 29)

– Значит, мы теперь работаем вместе?

– Похоже на то. Если ты, конечно, не против. Я не хочу создавать трудности.

– Никаких трудностей, – ответил он, пожалуй, чересчур поспешно. – Добро пожаловать в команду.

– Спасибо.

Самсонов откашлялся.

– Уже что-нибудь успела? – спросил он, переходя на деловой тон.

– Просмотрела дело сожженных. Сейчас еду домой, чтобы изучить материалы более подробно.

– Хорошо. Я проваляюсь в больнице до завтра, потом свалю.

– А тебя отпустят? – с сомнением спросила Марго.

– Никого спрашивать не собираюсь!

Марго улыбнулась. Самсонов весь в этом. Это и привлекало, и отпугивало. Хотя привлекало, конечно, больше.

– Тогда встретимся завтра? – сказала она.

– Да. Я тебе позвоню, как только вырвусь отсюда.

– Договорились.

– До завтра.

Марго повесила трубку и машинально поправила волосы. Она не могла не признаться себе, что была рада тому, что они с Самсоновым будут вместе работать.

Глава 7. За работу

Самсонов добрался до управления раньше, чем рассчитывал, и ему пришлось минут пять подождать Марго. Они договорились встретиться здесь, как только полицейский вышел из больницы. Добираться пришлось на метро, и пассажиры всю дорогу косо смотрели на забинтованного и заклеенного пластырем мужика, прислонившегося возле дверей.

Всю дорогу Самсонов пытался разобраться в том, как относиться к предстоящей совместной работе. С одной стороны, новости, которые ему сообщила накануне Марго, выбили его из колеи, но с другой, он был рад, что увидит ее.

Самсонов окинул свой кабинет взглядом, прибрал небольшой бардак, проглотил таблетку анальгетика и сел в кресло, поморщившись от боли в боку – там, где швы пришлось накладывать заново.

Марго вошла с папкой под мышкой и портсигаром в руке. Она села не в кресло напротив письменного стола, а на диван.

– Привет, – сказала она. – Выглядишь так себе.

– Чувствую себя примерно так же, – ответил Самсонов. – Ожоги – очень неприятная вещь, знаешь ли.

– Как твой друг?

– Выкарабкается.

– Рада слышать. Перейдем к делу? – Марго прямо посмотрела на Самсонова.

На лице у нее не было никакого выражения.

Самсонов подался вперед и облокотился о стол.

– Как скажешь, – проговорил он покладисто. Он чувствовал, что девушка смущена, и отлично ее понимал. – Давай сначала я расскажу тебе о том, что удалось выяснить.

– Не против, – Марго достала сигарету и закурила.

– Материалы по убийствам пациентов Горштейна я уже пролистал, – сказал Самсонов.

– Тем проще. Так я слушаю. И заодно не забудь в красках поведать о том, как ты получил шрамы. Ну, и про последнюю эскападу тоже. – При этих словах Марго слегка нахмурилась.

Самсонов криво и невесело улыбнулся:

– Думаю, об этом ты все знаешь не хуже меня.

– Все равно послушаю.

– Ладно. Начну с того, что, судя по всему, весь сыр-бор происходит из-за результатов каких-то медицинских исследований.

Самсонов рассказал Марго обо всем, что он делал, взявшись за работу над делом об убийстве сотрудников фармакологической компании.

Когда он закончил, прошло не меньше часа, и девушка успела выкурить три сигареты и выпить две чашки кофе.

– И какой план? – поинтересовалась Марго. – Есть мысли по поводу того, что нам следует предпринять теперь?

Самсонов вздохнул и бросил взгляд в окно. Он так делал, когда чувствовал, что дело начинает пробуксовывать. Иногда это помогало на время расслабиться, очистить голову, прояснить мысли. Но в этот раз мешало присутствие Марго.

Дождь становился все сильнее. Он лил как из ведра, уничтожая туман и заменяя его плотной завесой из водяных струй. Деревья превратились в размытые силуэты, дома слились в единую неровную темную полосу. За ними возвышались подъемные краны, похожие на гигантские буквы, выведенные на сером фоне.

Самсонов подумал о том, что встречает их буквально повсюду – город активно строился, расширялся, пытаясь вместить все новых жильцов. Он рос, подобно раковой опухоли, занимая каждый клочок свободного пространства. Дома втискивались во дворы, появлялись на пустырях и между прежними постройками. Они были высокими, необычными, комфортабельными, и квартиры в них стоили столько, что Самсонов никогда не смог бы себе позволить переехать ни в одну из них.

Самсонов усмехнулся: менять жилье он не собирался. Его вполне устраивала та квартира, в которой он жил. У него было все что нужно: любимая работа, коллекция музыки, коллекция чая, которую он не уставал пополнять, друг. Последний, правда, сейчас был в реанимации, но Самсонов верил, что Дремин выкарабкается.

Марго с треском смяла пустой пластиковый стаканчик и выкинула его в мусорную корзину.

– Пока мы расшифровывали послание Юкина, кто-то убил трех человек, указанных на флешке в качестве «ключей», – проговорил Самсонов, повернувшись к девушке. – Теперь на очереди четвертый. Возможно, он уже мертв, но нам это неизвестно. Возможно, преступник просто не может его найти. Мы, кстати, тоже. Первых трех отыскали быстро, но все равно слишком поздно. Теперь вопрос в том, кто первым найдет Мартышкина Бориса Велемировича.

– Это если убийца не знает, где находится Мартышкин, – заметила Марго.

Самсонов кивнул.

– Будем надеяться, что нет.

– Надеяться-то мы можем. А толку?

– Ладно, оставим это. Скажи лучше, у тебя есть предположения относительно личности преступника?

– Кое-какие соображения имеются, но никаких подозреваемых.

– Хотелось бы послушать, если не возражаешь.

– Как официально мы стали общаться! – усмехнулась Марго.

Ей вдруг показалось, что они с Самсоновым разыгрывают какой-то фальшивый спектакль.

– Извини, – Самсонов смутился. – Просто…

– Да ладно, забей! Вот что я думаю про убийцу: он выбрал этих людей в качестве жертв, потому что они все лечились у Горштейна. Он не пытал ни одного из троих, значит, ему не нужна была информация, как в случаях с учеными. Получается, его целью было сжечь их. И вот еще что: по крайней мере, один из погибших знал убийцу, причем неплохо. Ладонников впустил его в квартиру – это факт. Он не сопротивлялся, значит, не ожидал нападения. Кроме того, выдумал, будто его вызвали в школу из-за ребенка. И для него было важно встретиться со своим убийцей.

– Надо искать среди знакомых, – кивнул Самсонов.

– И обязательно потрясти Горштейна.

– Он маразматик.

– Может быть, не настолько.

– Думаешь, он прольет на дело свет? – В голосе Самсонова прозвучало сомнение. – Если он даже что-то знает и помнит, и вообще соображает хоть немного, это вовсе не означает, что он захочет говорить с нами.

– А вдруг?

– Нет, я согласен: пренебрегать нельзя ни одной возможностью. С Горштейном мы пообщаемся обязательно. Но надежды на него мало.

Марго пожала плечами.

– Что поделаешь?