Майк Германов – Черный свет (страница 14)
– Больше они ни для чего не нужны? – спросил полицейский.
Полтавин помолчал.
– Кажется, еще в дерматологии, – проговорил он через полминуты.
– Для чего?
– Точно не скажу, но вроде бы для диагностики кожных заболеваний.
– Спасибо, Федь.
– Не за что? Может, скажешь, что было в послании Юкина?
– Конечно. Он сказал: «К О П И Я П О Д Я Б Л О Н Е Й Э Т О К Л Ю Ч И Ч Е Р Н Ы Й С В Е Т».
– Под яблоней уже смотрели?
– Само собой.
– У него в огороде?
– Именно там.
– Что нашли?
– Флешку в банке из-под огурцов.
Криминалист усмехнулся.
– Что на ней?
– Сведения о четырех людях. Не знаю пока, кто такие и какое отношение имеют к черному свету и ключам. Может быть, они знают какой-то шифр.
– Будешь их искать?
– Конечно.
– Ладно, держи меня в курсе. Если что, я на связи.
– Спасибо.
– Ты действительно думаешь, что есть шифр? – спросил Дремин, когда Самсонов отключился.
Тот пожал плечами:
– Не знаю. «Ключи» же есть.
– Надо отдать Коровину эти файлы. Он свяжется с криптологами. Может, и сам что-нибудь найдет.
– Так и сделаю, – кивнул Самсонов. – Но едва ли шифр содержится в файлах. Я думаю, все сложнее.
Самсонов позвонил Коровину и объяснил, что от того требуется.
– Присылай все, – сказал Коровин. – Сейчас зайду на свою электронную почту.
Через две минуты файлы уже были у следака.
– Получил? – спросил Самсонов, на всякий случай позвонив еще раз.
– Да, все в порядке. Сейчас займусь. Ты действительно думаешь, что есть какой-то шифр?
Самсонов легко представил удивленные мальчишеские глаза Коровина.
– Не уверен, но надеюсь, – честно ответил он. – Удачи.
Отключившись, он поморщился и машинально погладил швы на животе.
От волнений и тряски в машине они неприятно заныли – словно кто-то тянул их в разные стороны крошечными щипцами.
– Может, поедим? – предложил Дремин.
– Ехать никуда неохота, если честно.
– Какие проблемы? Закажем сюда. Ты что предпочитаешь?
Самсонов немного подумал.
– Давай что-нибудь китайское. Неподалеку открылся ресторан, вроде неплохой.
– Я там был, мне понравилось, – Дремин достал мобильник и отошел к окну.
Пока он делал заказ, Самсонов вошел в интернет и нашел сводку происшествий за последние две недели. Он предполагал, что тот, кто пытается уничтожить все, что связано с программой «Ультрафиолет», должен был позаботиться и о лаборатории. Самсонов искал сообщения о пожаре, взрыве или еще о чем-нибудь в этом роде.
– Что ты делаешь? – поинтересовался Дремин, подходя. – Еда будет через полчаса. Я заказал курицу в пряном маринаде и грибную лапшу.
– Отлично. Я ищу лабораторию.
– Какую лабораторию?
– В которой проводились секретные исследования на деньги «Фармасьон Прайвит Энтерпразис». Едва ли проектом «Ультрафиолет» занимались на базе датской компании.
– И как ты ее ищешь?
Самсонов объяснил.
– Ну что, это дело, – одобрил Дремин, правда, без особого энтузиазма. – Попробуй. И знаешь, кого я бы еще проверил? – добавил Дремин, садясь на диван. – Горштейна.
– В смысле? Он же маразматик.
– Ну, он не всегда им был, верно?
– Надо думать.
– Так вот, когда-то он был видным ученым и явно сотрудничал с этими твоими… из «Фармасьон Прайвит Энтерпразис».
– В том-то и дело, что нет, – отозвался Самсонов.
Дремин скептически усмехнулся:
– Если об этом нет записей, это еще не значит, что этого не было!
– Если руководство «Фармасьон Прайвит Энтерпразис» действительно замешано, то это может оказаться следом, – согласился Самсонов. – Но пока у нас есть основания считать, что в курсе происходящего с серверами был Жарков. Остальные…
– Да не важно! – перебил Дремин. – Главное, что Горштейн был в теме, а значит, он мог где-нибудь устроить лабораторию. С его-то старыми связями. Понимаешь?
Самсонов кивнул: Дремин был прав.
– Да, это надо проверить, – сказал он.
Дремин просиял, а Самсонов снова позвонил Коровину и попросил заняться связями Горштейна.
– И чем конкретнее, тем лучше, Жень, – добавил он напоследок. – Нам надо точно знать, что и где искать.
– Башметов, кстати, велел тебе передать, что сегодня похороны Жаркова, – заметил Дремин, когда старший лейтенант закончил разговор. – Сейчас только вспомнил.
– Во сколько?
– В шестнадцать ноль-ноль. На Центральном кладбище.