Майк Гелприн – Самая страшная книга. Лучшее (страница 43)

– Женя, не воспринимай это так серьезно. Всего лишь кафе. Легкий диалог за обедом, как тебе?

Врач никогда мне не нравился. Чистюля с короткими пухлыми пальцами. Человек, который отобрал у меня очень много времени. Тут таймеры не помогали. По-честному, я до сих пор не знаю, зачем к нему ходил. Какие-то детские комплексы и желание сделать радостное маме. После того как отца, вмерзшего в плитку у автобусной остановки, увезли в морг, а какие-то люди выгнали нас из квартиры, размахивая документами и угрожая милицией, пожалуй, я стал по-другому относиться к матери. Можно назвать это детской любовью и уважением. Как только она умерла, уважение улетучилось. Очень, между прочим, быстро.

– Знаете, вы слишком нудный, – сказал я врачу. – Не вижу смысла снова сюда приходить. Мамы больше нет, я вам ничего не должен. Зато вы мне должны кучу времени. Считайте, что вы у меня в долгу, и расплатитесь только тогда, когда перестанете мне названивать. Идет?

Я поднялся, подхватил портфель и заторопился к выходу. Врач не стал догонять. Он пытался звонить – три или четыре раза. Потом дважды приходил. Затем я перестал открывать. А через месяц позвонил сам.

– Здравствуйте, – сказал я шепотом. Мне казалось, что кафельные стены в ванной комнате многократно отражают мой шепот. – Помните меня? Женя… да. Вы сможете ко мне приехать? Очень надо. Да. Я понимаю, что это проблема, но я не смогу приехать к вам. У меня сейчас купание. Ровно двенадцать минут. Потом я выйду на кухню и буду варить кофе. Мне надо стоять перед плитой и помешивать кофе в турке, чтобы он не убежал. Это занимает еще семь с половиной минут. И, наконец, мне надо будет вернуться в гостиную… что? Я не выхожу из дома. Это слишком затратное для жизни мероприятие. Даже сейчас я бы очень не хотел вам звонить. Теперь у меня будет меньше времени для того, чтобы нормально искупаться. Просто у меня нет выбора. Поймите же наконец! Мне кажется, что в моей квартире живет кто-то еще!

Он приехал через сорок минут, хотя я поставил таймер на полчаса. С людьми всегда так. Не берегут времени… Пришлось делать две чашки кофе.

– Проходите, – сказал я и провел врача в гостиную.

Он сел в кресло около журнального столика. Я устроился на диване, положив на колени свой любимый таймер – тот самый, старый, механический, который хранил еще со школы. Он всегда меня успокаивал равномерным тиканьем. Я знал, сколько времени в нем осталось, даже не глядя на белую треугольную стрелку, которая медленно передвигалась по делениям.

Сорок минут. И пять в бонус. Если ничего не случится.

Врач огляделся.

– Ты замечаешь все это… тиканье? – спросил он.

– Двадцать один таймер, – кивнул я, – время надо экономить, и за ним надо следить. Иначе как я пойму, что ужин уже готов, что пора включать телевизор или садиться за чтение? Странный вы…

– Я иногда позволяю себе выходить за рамки, – развел руками врач. – Зачем ты мне позвонил? Что-то случилось?

– Вы часто выходите за рамки, – слабо улыбнулся я, – как и любой другой человек, которому не жалко времени. А произошло вот что. Я думаю, в моей квартире живет кто-то еще.

– Ты его видел?

Я покачал головой:

– Он умеет скрываться. Думаю, все дело в моем расписании. Он знает, чем я буду заниматься с утра и до вечера, и поэтому очень ловко научился не попадаться мне на глаза.

Врач покачал головой и сомкнул пальцы в замок:

– Ты сейчас серьезно, да?

– Совершенно, – произнес я как можно тише. – Мое расписание. Я закончил составлять его чуть больше месяца назад, чтобы сэкономить время. Учтены все нюансы. Вы знаете, что плов с говядиной переваривается восемьдесят минут? Или, например, что если сначала завтракать, а потом чистить зубы, то экономится почти семь минут чистого времени? Человек как бы просыпается… А еще теплая вода надолго избавляет от жажды, и можно сэкономить три минуты из часа, если не ходить на кухню и не пить больше…

– К чему ты клонишь?

– Верно. Извините. Вот. – Я достал из заднего кармана лист бумаги, развернул, положил на столик перед врачом. – Мое полное расписание. С первого звонка будильника и до того момента, как сработает последний таймер. Я его называю «сонный таймер», потому что после него я ложусь и засыпаю.

– Так сразу и засыпаешь?

– Долго ворочаться и о чем-то думать не в моих приоритетах. Время для сна должно тратиться рационально.

Врач прочитал расписание и кивнул:

– И ты живешь так уже месяц?

– Тридцать семь дней, если точнее, – сказал я. – Идеальная экономия времени. Выигрываю у жизни… дайте-ка… каждый день почти двадцать минут. Если умножить на двенадцать месяцев, то выходит… ммм…

– Кажется, ты хотел рассказать о чем-то другом.

– Верно. Смотрите. – Я взял расписание, провел пальцем по таблице. – Мне кажется, тот, кто живет в моей квартире, тайком прочитал или даже переписал мое расписание и пользуется им, чтобы находиться в других комнатах. Есть слабые точки, которые я не учел. Например, вот, двенадцать минут ванны. Или когда я смотрю в окно шесть минут. Или когда читаю книгу вон в том кресле. Понимаете, неизвестный точно знает, где я буду находиться в то или иное время. И пользуется этим. Перемещается в другую часть квартиры.

Врач смотрел то на меня, то на лист. С сомнением кивал головой. Потом спросил:

– Жень, ты уверен? Ты видел какие-то, я не знаю, доказательства?

– Сколько угодно. Но сначала вы могли бы сделать мне одолжение? Осмотрите комнаты. Пожалуйста.

Не сказать чтобы я боялся. Мне было сильно не по себе от осознания того, что кто-то еще живет в квартире и прячется от меня. Поэтому пришлось сказать «пожалуйста». Трата моего времени иногда обходится очень дорого.

Врач осмотрел все комнаты, заглянул на балкон и в ванную с туалетом. Никого не обнаружил. Естественно. Я и не рассчитывал. Незнакомец наверняка успел скрыться.

Мы снова оказались в гостиной.

– Зачем ему это надо? – спросил врач.

– А разве люди задумываются, когда что-то делают? – удивился я. – Но это не фантазия, точно вам говорю. Слушайте.

Сначала я стал замечать, что в квартире открываются окна и форточки. Вообще, я не идиот и прекрасно помню, где и что открывал. Морозный весенний воздух проникал в квартиру, когда я купался, – незнакомец хотел освежиться или просто намекал, что он здесь, он в квартире? Я закрывал окна, а они открывались вновь, стоило выйти в другую комнату.

Потом я потерял зубную щетку. Вернее, она исчезла из зеленого пластикового стаканчика. Не мог я ее потерять, потому что опять же знаю, что и куда положил… Я обнаружил ее за стиральной машинкой, среди пыли и паутины. Следовало размахнуться и швырнуть щетку, чтобы она оказалась в том месте.

И так далее, по пунктам – кто-то нагревал чайник до моего пробуждения. Вскрывал нетронутую до этого упаковку сыра. Пользовался посудой. Забывал закрывать шкаф для одежды. Время от времени я слышал, как кто-то проходит по коридору, – и я вскакивал, тратил лишние минуты, выбегал из гостиной, но, естественно, никого не видел. Незнакомец прекрасно понимал, что дальше порога я не пойду, иначе мне будет безумно обидно за растраченное время. Он включал телевизор, когда я готовил завтрак. Он вытряхивал ложки и вилки с полки на стол, когда я находился в спальной комнате. Он открывал входную дверь, стоило мне пройти по коридору и зайти в гостиную…

– Он молодец, – говорил я врачу, – знает мою слабость к времени. Я не выйду из ванной до того, как сработает таймер. Это не рационально, понимаете? К тому же… привык. Я не смогу сделать меньше трех тостов с маслом на завтрак, чтобы впустую потратить две с половиной минуты на осмотр комнаты. В этом случае мне надо будет идти по коридору и возвращаться обратно, а это займет слишком много времени. Господи, да я почувствую, как седеют мои волосы!

Врач молчал и поглядывал на меня то ли с жалостью, то ли с сочувствием. В какой-то момент я понял, что зря позвал его. Чем он вообще может помочь?

– Ты знаешь, кто это может быть? – спросил врач.

Я покачал головой:

– Понятия не имею.

– А как он мог проникнуть в квартиру?

– Да мало ли способов?

– И все же я не понимаю, зачем ему это все нужно? Ну, бросать твою зубную щетку, хлопать входной дверью?

Я пожал плечами:

– Вы считаете, что это мое воображение? Что я псих, да?

– Нет, ты не псих, совершенно точно. Просто… имеются, понимаешь, некоторые отклонения от нормы. Эти твои таймеры…

– Я понимаю. Вы считаете, что экономия времени и есть отклонение. Это несущественный фактор, на который можно не обращать внимания. Да? Вы думаете, что я должен жить, как все, наплевав на свою жизнь! Я должен растратить минуты на то, чтобы почесать живот и посмотреть неинтересные передачи, собрать крупицы сахара со стола подушечкой пальца и полюбоваться красивым закатом! То есть совершить все те непонятные и нелогичные поступки, которые в итоге лишают нас жизни!

Я вскочил. Мне все стало ясно. Очередная ошибка – позвонить кому-то в надежде, что он поймет и поможет! Идиотское слово – надежда. В нем столько бесполезного, столько пустого.

– Уходите. Разберусь сам!

– Ты уверен? Не думаю, что в твоем состоянии…

– Мое состояние? О, с ним все будет хорошо. Не тратьте мое время. Пожалуйста.

Врач поднялся, не сводя с меня взгляда. Сделал шаг, взял меня за руку:

– Жень. Позволь помочь тебе!