Майк Гелприн – Русская фантастика 2010 (страница 90)

Я изменяю параметры своего видения, произвожу быстрый спектральный анализ эфира. И поздравляю себя с успешным переходом в следующую фазу расследования — от определения злобного умысла к поиску виновника.

Вокруг пилильщиков клубятся тончайшие нити синего эфира. Нити испещрены узелками — несомненно, аналогом логических блоков программы. Конечно, здесь постарались наши добрые друзья кинеты. Их высшая каста, менталы, всегда стремилась управлять сознанием не только своих подданных, но и других существ. Раньше у них не очень выходило с порождениями Синтеза, мешала разница в организации логических потоков. Налицо прогресс. Прогресс, движение — высшая ценность кинетов.

Что же, на этот раз они выбрали неверное направление.

— С сегодняшнего дня объявляется полная изоляция мира Кремний-230. Полная изоляция означает двустороннюю блокировку эфирных врат. Ни кванта материи не прибывает извне, ни кванта не поступает наружу.

Передо мной шестьдесят четыре синтета серии «Охотник». Это новая серия, ей всего двести восемнадцать поколений. Но я о ней самого высокого мнения. Гибкие тела из полимерных сплавов, встроенное оружие, совершенные рецепторы. Все Охотники оснащены парящими носителями «манта» — летающими металлическими скатами, которые понесут их над скалистым пейзажем Кремния.

— Состояние изоляции будет продолжаться до того момента, пока не будет обнаружен враждебный инфильтратор. Предположительно кинет. Предположительно высшей касты. Внимание! Следует опасаться попыток контроля сознания со стороны противника. В случае обнаружения аномалий в поведении других синтетов или в своем собственном — немедленно сообщить координатору группы. Прочесывание будет вестись поквадратно с полным охватом территории. Координаторы отчитываются мне каждые шестьсот квантов местного времени. Удачной охоты.

Шестьдесят четыре пары имплантированных визоров отвечают мне алым блеском. Ревя движками, «манты» срываются с мест и, низко стелясь над равниной, приступают к прочесыванию.

Я же отправляюсь на прогулку.

Со стороны может показаться, что я, как какой-нибудь хаот, предаюсь безделью. Это не так. Я проверяю одну из своих рабочих гипотез.

Моя прогулка приводит меня в расщелину, в которой пасутся мехомы. Эти существа — одни из самых безобидных и покорных тварей Кремния-230, за ними даже не нужен присмотр. Внешне они похожи на металлических болванчиков, карикатуры на совершенство наших синтетических тел. Мы используем мехомов как грузчиков, слуг, разнорабочих, не как воинов. На время изоляции их даже не стали помещать в загоны, они все равно не опасны.

Я прохожу по краю расщелины, оглядывая пасущихся тварей. Своего носителя типа «скорпион» я оставил, чтобы прогулка выглядела убедительней. В правой руке у меня посох-активатор, входящий в штатную комплектацию моей серии. Надеюсь, со стороны я выгляжу достаточно безобидно.

Мои эфироспектральные анализаторы обшаривают расщелину. Да, моя гипотеза подтверждается. Не меняя темпа, я спускаюсь вниз по каменистому склону, лавирую между шарахающихся от меня мехомов. Мне уже очень трудно притворяться прогуливающимся, поэтому я беру посох наперевес и заступаю одной из тварей дорогу.

— Рад приветствовать тебя на Кремнии-230, кинет, — говорю я.

Тело мехома расплывается. В работе с иллюзиями они тоже шагнули далеко. Но скрывать природу эфирных манипуляций, к счастью, не научились. Я искал мехома с синей аурой кинетского лазутчика. Я нашел.

На месте мехома стоит женщина-кинет. На ней привычное одеяние ее народа — облегающая металлическая ткань. Белые крылья трепещут за спиной. У нее необычные волосы — каждые несколько мгновений по ним пробегает всполох, полностью меняющий их цвет. Также изменчивы ее глаза. Я неплохо разбираюсь в эмоциях несовершенных, но выражение этих глаз я понять не в состоянии.

— Ты очень сообразителен, — говорит она. — Для синтета.

Высокомерие кинетов. Они считают нас тугодумами. То, что мы предпочитаем стабильность бесконтрольному развитию, для них признак косности мышления.

— Я принимаю твои слова как комплимент, — говорю я.

— О! — удивляется кинетка. — Механизм с чувством юмора.

Ты продолжаешь меня удивлять, синтет. Ты не похож на других из твоей серии.

— Твои попытки оскорбить меня не затрагивают мой эмоциональный блок, — извещаю я шпионку. — Ты также напрасно тратишь время, пытаясь отвлечь меня разговором. Я в боевой сборке. Мои рефлексы превосходят твои на семьдесят процентов. Мой посох-активатор заряжен серией готовых заклинаний. Атакуй — и ты узнаешь разрушительную мощь Синтеза.

— Я не собираюсь атаковать, — говорит она. — Я ждала тебя здесь, чтобы познакомиться. Не каждый день встречаешь синтета, подобного тебе.

Мой логический блок запинается на миллиардную долю секунды.

— Я один из многих, — говорю я. — Моя серия производится ежедневно тысячами. Судьи служат Синтезу на всех мирах.

— Я была на многих ваших мирах, синтет. Но только на одном из них ты нашел меня.

«Разведывательно-подрывная деятельность ведется длительное время», — отмечаю я.

— Хаот сказал бы, что мне повезло, — говорю я. — Для них миром правит случайность.

Она качает головой.

— Я не верю в случайность, синтет. Течениями эфира управляет Воля. Она направила тебя ко мне. Предопределила нашу встречу и ее исход.

— Каков же будет исход? — спрашиваю я.

— Ты меня отпустишь, — уверенно говорит она.

Я запускаю процедуру проверки работы всех своих блоков. Сбоев не наблюдается, контрольные суммы совпадают. Если она и пытается влиять на меня, как на пилильщиков, то у нее не очень хорошо выходит.

— Я не вижу причин тебя отпускать, — говорю я. — Мы не находимся с кинетами в состоянии войны, но то, чем ты занималась, едва ли можно классифицировать как мирную деятельность.

— Можешь считать, что я вас изучала.

— Мы оперируем разной логикой. Твою я считаю ошибочной.

Она как будто не слышит меня.

— Неужели ты никогда не задумывался о тупике, в котором мы все находимся? Вы, синтеты, мы, кинеты. Виталы с хаотами не меньше. Мы замкнулись в собственной природе, в наших целях, наших мотивах. Синтез, Прогресс, Хаос, Жизнь. Почему мы решили, что части целого могут существовать отдельно?

— Для лояльного кинета ход твоих мыслей необычен, — замечаю я.

Она смотрит на меня в упор.

— А ход твоих мыслей разве обычен для синтета? Ты хочешь сказать, что кто-то из твоих братьев догадался бы отказаться от методичного прочесывания всей поверхности мира в пользу визита к жестяным зверушкам? Догадался бы искать врага у себя под носом? Как давно ты был на инспекции, синтет? В твоих блоках немало мусора, который твои вышестоящие сочтут опасным. Нешаблонное мышление в вашем мире эталонов и образцов! За это могут и разобрать на запчасти.

Ее логика не совсем ошибочна. Просто до крайней степени парадоксальна.

— Я признаю за тобой частичную правоту, — говорю я. — Действительно, по возвращении с Кремния мне необходимо пройти рутинную инспекцию. В последние годы работы было так много, что я ею пренебрегал. Возможно, в моих мыслительных процессах есть аномалии.

— Возможно, это просыпается твоя душа.

Я решаю, что достаточно выслушал ее доводов.

— Нам придется продолжить разговор в другом месте, — говорю я.

— Несомненно.

— Нет, ты не поняла меня. Я сопровожу тебя к эфирным вратам, и мы отправимся в один из тюремных миров.

— Не думаю, — она качает головой. — Мое время здесь истекает, синтет. И я никуда не пойду с тобой.

— Не заставляй меня принуждать тебя к подчинению.

Она смеется. От смеха ее волосы и глаза чернеют. Хроматическая волна перекидывается с волос на крылья, и они тоже перекрашиваются в черный цвет.

— Ты! — ее голос грохочет, отражаясь от стен расщелины. — Ты хочешь подчинить меня?!

Мои рецепторы трубят тревогу. Рефлекторно я отпрыгиваю назад. Посох-активатор выстреливает заготовленным оборонным заклинанием — вокруг меня пляшет силовая стена искажений.

— Ты так долго смотрел в землю, синтет! — грохочет она. — Так подними теперь голову и взгляни вверх!

Я поднимаю глаза к небесам. Из иллюзорной пустоты над расщелиной проступают исполинские очертания парящего замка кинетов. Его башни готовы обрушить на меня разрушительные сальво заклинаний. Юркие силуэты гарпий и мантикор кружатся над моей головой.

Эфирный аккумулятор в моей груди работает с утроенной мощью, прокачивая черную энергию Синтеза. Посох подрагивает и искрит в моих руках. Но я понимаю, что схватки с летающим замком мне не выдержать. Махина кинетов забивает помехами все каналы — я не могу даже вызвать помощь.

— Запомни нашу встречу, синтет, — говорит она. — Мы, кинеты, превыше всего ценим изменения — и они последуют. Для вас важна связь. Мы с тобой связаны теперь. Меня зовут Диаманта. Как твое имя?

— Тета-IV-3402 «Судья».

— Тета, — повторяет она. — Я запомню.

Взмахнув черными крыльями, Диаманта поднимается в воздух и устремляется к замку. Спустя мгновения замок распахивает свои собственные эфирные врата и исчезает.

Единственное, что у меня остается, — ее имя и лицо в блоке памяти. «Повышенная важность», помечаю я ячейки, в которых они хранятся.

2

Мир: Магний-12. Место назначения: Цитадель Синтеза. Цель прибытия: переговоры с делегацией хаотов. Реальная цель прибытия: установление истинных намерений хаотов. Исполнитель: Тета-IV-3402 «Судья».