Майк Гелприн – Настоящая фантастика – 2019 (страница 73)

Его серые глаза смотрели открыто и пытливо. Взгляд мальчишки из того беспечного времени, когда курение не убивало, а лишь вредило здоровью.

– Всех вас? Нет, конечно. Только тебя.

– Меня? – Юрия обескуражила такая честь. – И что, смогла бы?

Волчица глянула исподлобья.

– Верю… – медленно кивнул он. – Тут у вас на находки, поди, каждый день покушаются?

– Что?

– Ну… – Волонтёр глянул на её обмётанные коркой губы. – Не сама же ты себе такой макияж сделала, а?

– Несчастный случай… – кончиками пальцев Мира коснулась «макияжа», но в подробности вдаваться не стала.

– По опыту, каждый несчастный случай имеет имя, место жительства и пару при… – Он поперхнулся. – Причин своего несчастья.

– И море, как хорошее вино, либо сглаживает, либо усиливает любую причину, – согласилась Мира.

Они подошли к расстеленному брезенту. Юрий присел возле находок.

– Года два тому на Акре золотую серёжку нашли. Я такие в Эрмитаже видел. Скручена по-хитрому, с львиной мордой. Это ж получше, чем булыжники всякие?

Смотри, какой прыткий! И часа не пробыл, а уже золото подавай.

– Лучше, – Волчица была безмятежна.

– И чем же?

– Чем булыжники.

Заферман фыркнул, вспомнив бородатый анекдот.

– А всё же?

Мирослава Волкович – в любой ипостаси – терпеть не могла риторические вопросы. Не отвечая, она зачерпнула ладонью воду и смочила волосы. Головные уборы она любила ещё меньше риторики.

– Смотрите, смотрите! – замахал рукой бритый. – Дельфины!

Марина, уронив на брезент мраморную рыбину, вскочила и бросилась к воде. Туда, где пять или шесть красавцев играли среди волн, дразня грифельными спинами.

Обняв подругу, крепыш повернулся к археологам:

– Гляньте на стервецов! Хорошо идут, а!.. Девушка, ну что с вами? У вас такие находки клёвые, а вы такая смурная!

– А вы, юноша, в них разбираетесь? – спросила Мира.

– Не! – Бритый широко улыбнулся. – Мне Юрген сказал, он шарит.

Марина ткнула его кулачком в плечо. Он засмеялся, шутливо закрываясь руками.

– Ну, в общем, покеда? Юрген, мы с бухты сниматься не будем. Может, заглянем. Или вы к нам. Давай, братан, сигналь, если чё!

Парни ещё лупили друг друга по загорелым спинам, а Марина, напоследок улыбнувшись Мире, танцующе двинулась прочь.

На склоне возник Тихонов. Он бодро спускался по тропинке, на ходу скидывая рюкзак.

Волчица вполголоса помянула пьяных осьминогов, оказывавших прабабке своевольного археолога знаки внимания вперехлёст через клюз.

– Давай покажу, где приткнуться, – не проверяя, слышит ли её новенький, она вышла из воды.

Увидев незнакомца, Тихонов чуть не выронил рюкзак.

– Э-э-э… День добрый! – Он уставился на Юрия. – И кто тут у нас?

– Юра Заферман, волонтёр! – сказал тот, старательно не замечая перевязанной головы археолога. – Замена вашему беглецу.

– Волонтёр?.. – Тихонов вытаращился на начальницу. – Мир Лексеевна, а у меня от Костяя пропущенный! Я пытался перезва-а-анить, но номер га-а-ародской…

– Он и мне звонил… – остановившись перед свободной палаткой, Мира вновь достала телефон. Пошли гудки. – Известил, что вернётся через неделю.

– Пансионат «Бригантина», слушаем вас! – донеслось из трубки.

Мира уставилась на телефон.

– Что, что такое? – встрепенулся Санька.

Она объяснила.

– Пока меня врачи мурыжили, он рядом ныкался? – напрягся Тихонов. – А если бы решил подка-а-араулить и да-а-абить?

– Не подкараулил же, не ной.

Однако совпадение Мире не понравилось. В пансионате аврал, всех постояльцев не упомнишь. Прийти со стороны моря, подняться по склону, отсидеться в тишине и покое. Затем отзвониться и… Что потом?

Мира дёрнула шнуровку свободной палатки.

– Та-а-ак… Так что н-а-ам делать?

– Во всяком случае, не вызывать полицию, – сказала она. – Работаем дальше.

– Ну и ладушки! – Тихонов сел на песок и по локоть погрузился в рюкзак.

– А! – Юрий наморщил лоб. – Это звонил… тот, кому я «спасибо» должен?

«Посейдоновцы» кисло переглянулись.

– И что, у вас так принято? Сбегать в начале экспедиции?

Разъяснять волонтёру тонкости мировоззрения Шиловского никого не тянуло.

– Знаешь, как в Крыму говорят? – В безмятежности Миры бликами на воде плескалась насмешка. – Зимой работать холодно, а летом – стыдно. Людям с тонкой душевной организацией здесь несладко…

– Значит, работаете и стыдитесь?

– Мы давно стыд потеряли… Сань, признайся. Ты врачам взятку дал или смылся по тихой воде?

Подчинённый одарил её взглядом раненой лани.

– Мир, да в порядке я! На мне па-а-ахать можно, да! – Он смешно и очень похоже передразнил заведующего медпунктом «Бригантины».

– Как плуг раздобуду, впрягу. А по жаре ты со своей головой ногами шёл?

– Не… Меня до-о-обрые люди до ра-а-а-звилки подбросили…

Тихонов вытащил из рюкзака ком глины и взвесил на ладони.

– А чё? – Любопытные взгляды его не смутили. – Тётка говорит, глина ха-а-арашо кожу чистит. Отдыха-а-айки вмиг сметают. Всё равно де-е-елать нечего. С песком смешаю, скраб выйдет…

При вынужденных экспедиционных простоях Санька всегда находил занятие. Прочёсывал металлоискателем берег, убирал пляж от мусора, собирал мидии, катал детвору на гидроцикле…

– Не прогадаешь! – поддержала Мира. – Дома делают из говна и палок. А косметику – из песка и глины…

Прежде чем войти в палатку, она потёрлась ногой о ногу, стряхивая песок.

Юрий снял очки и повертел в руках. По очереди оглядел археологов, затем воззрился на лагерь. Словно пожалел, что напросился в экспедицию.

– Слушайте, я не дурак. Понимаю, в команду непросто влиться. Если не подойду, то уеду, и точка! – Взгляд его метался между «посейдоновцами». – Ну, если совсем не подойду…