Майарана Мистеру – Прятки с Вельзевулом (страница 44)

Пока мы с ним разговаривали о прошлом, за окнами начало вечереть. Я не волновалась, поскольку знала, что без ведома сагалита дракону ничего не сделают, а стоило только этим мыслям облачится в завуалированный вопрос, как в мою комнату постучали. Это страж принес Аргину папку с бумагами, после долгого изучения которой, он признался, что это протокол допроса моего супруга. И ладно бы на этом всё, но страж не смел двигаться пока правитель изучал бумаги, а стоило ему поднять голову для пояснений даже вопросов не стал дожидаться, а обыденным тоном отдал приказ.　

— Прилюдно казнить.　

В этот момент у меня было только одно словно:　

…/- впрочем оно было произнесено только в моей ошарашенной приказом голове, но, подозреваю, на лице итак всё было красноречиво написано.　

Аргин не отменил приказа, даже, когда я начала его убеждать в глупости данного поступка. Даже, когда сообщила, что, если с Велем что-то случится, я разгромлю весь Аиндаер, а его пущу по местным казематам с табличкой «Пни меня, я тебя сюда посадил». Всем своим существом он воплощал веселье и азарт.

— Хорошо, я дам тебе шанс. Не успеешь и больше никогда его не увидишь, Сава. — и фактически послал меня в пешее путешествие тыкнув пальцем (как мне показалось, наугад, ибо долго разглядывал стороны света) в нужном направлении.　

И он намеренно не предоставил мне портал, а сама я не могла, поскольку не знала, куда мне нужно. Пришлось бежать своими ногами.　

В мрачном настроении…　

Я исцарапала все свои конечности… Моё платье выглядит, как изодранное кошками сукно… Я вся перепачкана своей кровью из царапин и грязью… У меня колтуны в волосах, колит в боку и пересохло в саднящем горле… Но больше всего меня беспокоит то, что я могу не успеть, ибо даже не понимаю куда бегу, а главное, когда прибегу!　

Я всеми фибрами души возненавидела собственного отца, потому что в душу закрались нехорошие подозрения, от которых меня перекашивало бессильной злобой. Клянусь, если смутные догадки верны, то я лично… ЛИЧНО! Выдерну каждый волосок по отдельности из его густой смоляной шикарной шевелюры и… и таки пущу по казематом с этой табличкой лысым!　

Каждый удар сердца в груди был подобен маленькому взрыву. Я уже давно переключилась с бега на быстрый шаг и так и не пересилила себя снова переключится на бег. Когда этот кошмар закончится, я начну бегать по утрам, ибо у ведьмы не всегда под рукой есть метла, да и та слишком капризна, чтобы полностью доверяться. Нет, уж лучше ногами, но не задыхаясь и по привычке, чем вот так быть застигнутой врасплох.　

— Ай! Чертовы колючки! — истерично завопила я, напоровшись на очередной куст.　

Меня даже кошак жалел, глядя своей мордой, на которой отчетливо читалась грусть и скорбь.

Я бы уже давно лежала пластом где-нибудь позади, под деревом, бессмысленно глядя в ночное небо, приобщившись с природой. Но вперед меня вело непреодолимое упорство и страх за Веля, я сама себе не прощу, если что-то случится с моим драконом. Ведь, в том, что его нашли только моя вина. Если бы я промолчала, если бы подумала своей головой, что ему будет грозить хотя бы сотая часть того, что придётся испытать, я бы промолчала. Я бы даже думать своей глупой голове не позволила о том, что он здесь.　

Ай! Чертовы колючки…　

Зацепившись за очередную колючку, я споткнулась и повалилась на землю спиной, отчего из легкий вышибло воздух, а в глазах на краткий миг потемнело. Ну сколько можно?!　

Не могу больше.　

Тузя мягкой поступью подобрался ко мне и ткнулся влажным носом в щеку, пощекотав усами, а затем принялся вылизывать царапины с рук и ног, и я с удивлением обнаружила, что они перестали саднить.　

Обезболивающая слюна?　

Невесело хмыкнув, я дала себе ещё пару минут. Пару коротких, но вечных минут, от которых могла зависеть жизнь любимого.　

Любимого.　

Это даже в моей голове звучит необычно, но при этом так тепло и нежно, что я готова брать новые высоты.　

Нет, у меня нет времени лежать. Давай, Сава. Поднимай свою тушку и вперед.　

Попытка себя подбодрить была жалкой, но действенной. Всё же удалось подняться на дрожащие ноги и пуститься в бега. Открылось второе дыхание, не иначе.　

Где-то далеко впереди, сквозь густые заросли, уже виднелись огни. Я не знала, что меня там ждёт, но все же надеялась, что этот лес вывел меня куда было нужно… иначе я прибью отца.　

Ещё несколько заработанных царапин и вот оно… Огромный город, который обнимал свет ночных фонарей. Я находилась на возвышенности, поэтому прекрасно видела и черепичные ухоженные дома, и густые сады, но не это приковало мой взор, а площадь. Площадь, наполненная кагаитами и беловолосыми драконами. Или полудраконами? Не важно!　

Я рванула вперёд, краем глаза заметив, как Тузя приободрился. Воздух со свистом и болью вырывался из груди. У меня из него, наверное, и кровь уже течет, поскольку чувствую привкус металла, но я не останавливалась. Не бежала, а практически летела вниз, стремясь, как можно скорее добраться в город и не допустить того, что перечеркнёт всю мою жизнь.

Практически последние рывки, позволили мне добраться до города, пробежать через ворота, ни разу не удивлённых моим появлением стражей, которых я отметила на посту лишь краем сознания. И стремглав промчаться по центральной улице, а когда, наконец, добралась до толпы, надрывным, почти дьявольским голосом потребовала народ расступиться.　

И те послушно разошлись, с огромным любопытством разглядывая меня во все глаза. Пока я медленно пробиралась к центру, где Вельзевул стоял возле плахи со скованными какими-то браслетами руками, а рядом с самой плахой находился страж с мечом в руке.　

Они хотели отрубить ему голову!　

В душе взыграло такое негодование, что я не обратила внимание на стоявшего в пяти шагах от сцены действий отца, ни на самого Веля. Потому как, в данную минуту, мои глаза начала застилать пелена ярости.　

Убью…　

И я просто отключаюсь от мыслей.　

Меня окружает гробовая тишина, хотя вид у меня располагающий к молчанию, ибо чревато. Нет, я не собираюсь причинять зло всем присутствующим, даже несмотря на то, что они пришли на ЭТО поглазеть. Меня сейчас волновали только две фигуры…　

Шаг. Я поднимаю глаза, полностью переключаясь на любимого дракона. Я скорее не вижу, а слышу, как дергается кадык стражника с мечом, его же он поспешно и убирает обратно в ножны.　

Ещё шаг. Взгляд Веля скользит от моих исцарапанных ног до глаз, там и замирает, и я замечаю, как яростно начинает биться венка на его правом веке. Как сжимается челюсть, и он поворачивает голову куда-то в сторону.　

— Вы же обещали, что с ней всё будет нормально, что ей это легко дастся! — Почти прорычал мой недодемон.

Ещё шаг.　

— Ну жива же… — слишком неуверенно для сагалита произнес Аргин.　

Если откровенно, я сейчас была похожа на оживший труп ведьмы. Такая же взлохмаченная, перепачканная кровью и грязью, на голове чёрте что, а в глазах жажда убийства… В глазах, которые не отрываются от того единственного, которого убивать совершенно не хотелось, но мне нужно было убедится, что всё в порядке. А чуть позади меня шагал такой же злой норг, чутко улавливающий моё настроение.　

— Сава… — Вель делает шаг в мою сторону, но его будто что-то пригвождает к месту. Смею предположить, это был мой взгляд, но не факт.　

Ещё шаг. Вот он. Протяни руку и дотронешься.　

Ещё шаг.　

— Савёныш…　

Я делаю глубокий вдох, отмечая, что этот запах, запах моего мужа, сейчас особо важен для меня. Именно его присутствие, заставляет верить, что я успела, что не опоздала. Они могли отрубить ему голову, могли лишить меня этого запаха, этого твердого, но нежного голоса, этого теплого и, абсолютно точно, мне принадлежащего мужчину… А затем я резко разворачиваюсь и даже не подумав формирую самое страшное заклинание в арсенале кагаитов, которое доступно моему знанию, и направляю его туда, где стоит сагалит в окружении стражи. Оно должно было расщепить всё, что встретиться на пути на мелкие песчинки, если не атомы, стереть с лица земли.　

— Убью! — и швыряю огромный шар, размером с крупную лошадь туда где стоит существо, назвавшееся моим отцом. — Старый маразматик! Чтоб ты провалился!　

Каким-то неведомым образом шар растаял в воздухе, а меня обвили крепкие руки и прижали к твёрдой груди. В ухо зашептал нежный, немного весёлый голос, от которого до меня медленно, но верно начало доходить, что кто-то, действительно, пойдёт лысым по казематам.

— Ну всё-всё, злая страшная ведьма. Здесь я, никто не собирался меня убивать, просто твой отец решил подтолкнуть тебя к важному решению. Правда… С испытанием во вступление в семью он, конечно, перегнул.　

Устремила взгляд на отца, почувствовала, как дёргается теперь уже мой глаз. Тот совсем не был похож на перепуганную жертву, что меня сейчас категорически не устраивало…　

— Отпусти — прохрипела я кровожадно.　

— Савёныш, если ты сейчас убьёшь своего отца, нас не выпустят из Аиндаера, а я знаешь, как устал? Я не готов прожить здесь до конца жизни, я домой хочу, хочу твоё тело под собой, твои нежные губы между своими зубами, твой язычок в своём рту, твои ножки, разведенные в стороны… — а дальше на ухо шептались такие откровенности, что обо всём на свете позабыла, густо заливаясь краской во всё лицо. — Обещаю, Сава, я тебе чуть позже обо всём расскажу, а сейчас давай отдохнём, у нас с тобой был долгий и очень напряженный день, который я провёл за разгребанием старых ошибок своих предков. И, клянусь, если бы не требование твоего отца, мы бы ещё несколько часов назад лежали в постели и предавались нежностям.