Маурин Ли – Счастливый билет (страница 44)
— Как развиваются военные действия? — осведомился мистер Гринбаум.
Лиза и Брайан были женаты уже шесть недель.
— Как вам сказать… Положительные герои — то есть моя сторона, — ответила она, — находятся в более выигрышном положении. А отрицательным не удалось захватить плацдарм.
Но потом Лиза вспомнила, как по ночам Брайан неподвижно лежит рядом с ней, боясь пошевелиться, сколь бы усердно она ни старалась его соблазнить. Под крышей материнского дома его влечение к Лизе растаяло без следа. Но, разумеется, рассказать об этом мистеру Гринбауму она не могла. Говоря по правде, отрицательные персонажи под покровом темноты продвигались вперед медленно, но неуклонно.
— Брайан, мы с тобой были бы намного счастливее, если бы жили отдельно, — заявила как-то Лиза мужу, когда они возвращались домой после работы. Вагон метро был переполнен, и оба держались за петли, раскачиваясь взад и вперед в такт движению в окружении плотной массы тел. Место для беседы было выбрано не лучшим образом, но теперь они редко оставались наедине. Даже в постели Брайан крайне неохотно поддерживал разговор.
— Ох, Лиза, не начинай все сначала, — обиженно отмахнулся он.
Она удивленно уставилась на него — раньше он никогда не разговаривал с ней таким тоном.
— Я всего лишь раз заикнулась об этом, да и то это было давно.
Но он не выказал к ее словам ни малейшего интереса. Иногда Лизе казалось, что она теряет его; сейчас она была в этом уверена. Она
— Брайан, я не чувствую, что мы с тобой женаты. Я совсем не ощущаю себя твоей женой.
— Ш-ш, — прошипел он, оглядываясь по сторонам. — Тебя могут услышать.
— Но где же мы можем поговорить, чтобы нас никто не услышал? — требовательно спросила она. — В доме твоей матери мы не можем разговаривать даже в постели.
— Мы могли бы поговорить в обеденный перерыв, — язвительно заметил Брайан, — но ты ведь предпочитаешь ленч в обществе Джекки. Мама считает это предательством с твоей стороны.
В глазах Лизы вспыхнуло негодование.
— Обсуждать такие вопросы со своей матерью — еще большее предательство, — парировала она.
На его лице отразилась неуверенность.
— Послушай, Брайан, — торопливо продолжала она. — Твоя мать отказывается признавать, что у тебя
— Большинство девушек были бы только рады этому, — презрительно фыркнул Брайан.
— Но я не девушка, я твоя жена, — упорствовала Лиза. — У нас с тобой нет личной жизни, нет своего угла. Мы не можем даже поговорить наедине. Как бы я ни старалась аккуратно заправить постель, твоя мама каждый раз перестилает ее по-своему. На туалетном столике после себя я оставляю полный порядок, но она и там все переставляет. Она забирает грязную одежду, чтобы выстирать на выходные, даже если я убираю ее в ящики комода. Она роется в наших вещах, Брайан!
— Но это ее дом и ее мебель, — запротестовал Брайан.
Рядом освободилось место, и Лиза опустилась на него. Она устала и исчерпала все доводы, и ей не хотелось продолжать этот бесполезный спор. Несколько недель назад она предложила сходить в кино, но когда Брайан упомянул об этом в разговоре с матерью, та заявила, что тоже с радостью пошла бы с ними, так что теперь они все вместе по средам посещали кинотеатр, и каким-то образом миссис Смит всегда ухитрялась сесть между сыном и невесткой. Вместо того чтобы получать удовольствие от фильма, Лиза кипела от негодования. В последний раз она попросту отказалась идти, сославшись на головную боль, так что Брайан отправился в кино вдвоем с матерью. «Совсем как в старые времена», — довольно закудахтала миссис Смит.
Лиза вспомнила, как один из ее братьев, Джимми, страстно мечтал о луке со стрелами. Много недель он экономил каждый пенни, пока не насобирал нужную сумму, а когда вернулся с покупкой из «Вулвортса», то буквально сиял от гордости. Но, поиграв с луком несколько часов, он бросил его на заднем дворе, где однажды нашла игрушку Китти, обнаружив, что с ней забавляются малыши, и спрятала ее. Джимми ничего не заметил. Именно так Лиза чувствовала себя с Брайаном — словно она была игрушкой, которую он увидел и возжелал на Рождество, которую домогался со всей страстью и отчаянием, но, заполучив ее, утратил к ней всякий интерес.
Пассажиров в вагоне стало меньше, и Брайан опустился на сиденье рядом с Лизой.
— Я понимаю, что тебе нелегко, — неуверенно заговорил он, с трудом подбирая слова. — Но я пообещал маме, что мы останемся у нее на год. Она обидится, если мы переедем раньше. Осталось всего девять месяцев, и тогда у нас будет достаточно денег, чтобы купить собственный дом.
Лиза ничего не ответила. Ее не покидало ощущение, что, где бы ни находился их новый дом, он окажется в пределах досягаемости свекрови. Перед тем как выйти из вагона, она предложила:
— Может, мы устроим себе маленький отпуск и съездим куда-нибудь на выходные?
Брайан нахмурился.
— Разве мы можем себе это позволить?
— Двое суток в гостинице с завтраком стоят не так уж дорого. Мы могли бы поехать в Брайтон, это ведь совсем недалеко.
Мистер Гринбаум говорил, что Брайтон — самый космополитичный город в Англии, с массой развлечений и увеселительных заведений. Много лет назад они с Мириам ездили туда каждое воскресенье, пока такие путешествия не стали для него слишком утомительными.
— А что, неплохая идея, — задумчиво протянул Брайан. — Небольшое разнообразие пойдет нам только на пользу.
Лиза пришла в такой восторг, что поцеловала его в щеку, а ее муж лишь растерянно заморгал в ответ. «Он не понимает, чего лишился, — весело подумала она. — Он совсем забыл, каким был наш медовый месяц». Она возьмет с собой черную кружевную ночную сорочку и купит новое белье, а потом покажет ему, что заниматься любовью — это лучшее, что может быть на свете. Вернувшись, Брайан перестанет обращать внимание на то, скрипит кровать или нет. В противном случае она будет настаивать, чтобы они немедленно переселились в свой дом.
Оказалось, что у мистера Гринбаума есть друг, который владеет небольшой гостиницей на эспланаде[61] в Брайтоне.
— Позвони ему, — сказал он Лизе на следующее утро. — Скажи, что старый Гарри Гринбаум рекомендует тебя, и тогда он предоставит тебе скидку.
Лиза перезвонила немедленно и заказала двухместный номер на следующие выходные. Они поедут в Брайтон в субботу, сразу же после того, как она закончит работу, и вернутся в понедельник утром.
Она рассказала Брайану обо всем по дороге домой.
— У нашей комнаты есть маленький балкончик, который выходит прямо на пристань. Ох, Брайан, если бы ты знал, как я жду этой поездки!
Она должна была стать поворотным моментом их брака.
— А какую комнату ты забронировала для мамы? — спросил он. — Надеюсь, это не какая-нибудь кладовка.
Мистера Гринбаума не было в магазине, когда Лиза позвонила в гостиницу, чтобы аннулировать заказ. Когда он через несколько дней сам заговорил об этом, она ограничилась тем, что сказала:
— Просто мы решили, что не можем себе этого позволить, вот и все.
Старик внимательно посмотрел на нее, и на его умном лице появилось понимание, но он ничего не сказал.
Лиза не стала спорить с мужем, справедливо рассудив, что это будет напрасной тратой времени. Несколькими днями позже она обронила, что поездка в Брайтон и впрямь была неудачной идеей, а потом многозначительно добавила:
— Эти деньги пригодятся нам для покупки собственного дома.
Утром в ту субботу, когда Лиза должна была уехать в Брайтон, она была в магазине одна. Ее распирало от негодования, и она отчаянно старалась придумать, как бы спасти свой брак.
«Может быть, мне переехать
Вот только согласится ли он? Ее не покидало тревожное ощущение, что он может и остаться, уж слишком цепко держала его в когтях мать.
Лиза даже обрадовалась, когда зазвонил телефон, прерывая череду безрадостных мыслей. Это была Джекки.
— Ты можешь прийти? — дрожащим голосом спросила она. — У меня ужасные неприятности, Лиза.
— Приду сразу же, как только закрою магазин, — пообещала Лиза.
Брайан по субботам не работал, а это означало, что она не могла предупредить его о том, что задержится, — телефона в доме миссис Смит не было. Впрочем, Лизу это не беспокоило. Подруга отчаянно нуждалась в ее помощи, и только это имело значение.
У нее все еще оставался ключ от дома номер пять на улице Куинз-Гейт, и, отдуваясь после подъема на самый верх, от которого она уже успела отвыкнуть, Лиза почти вбежала в квартиру и обнаружила Джекки лежащей ничком на кровати. Лизу сочли незаменимой, посему новая соседка, которая могла бы навести порядок, так и не появилась, и в обеих комнатах повсюду опять была разбросана одежда и прочие предметы домашнего обихода.
— Я беременна! — крикнула Джекки и залилась слезами.
Лицо у нее опухло, глаза покраснели от слез. С тех пор как Лиза вышла замуж за Брайана, Джекки изрядно прибавила в весе. Ямочки на ее щеках утонули в складках жира.
— Что-то в этом роде я и подозревала, — сказала Лиза. — А что говорит Гордон?