Матвей Забегаев – Указка судьбы: Путь мальчика, который спас Афганистан (страница 1)

Матвей Забегаев

Указка судьбы: Путь мальчика, который спас Афганистан

Указка судьбы

Путь мальчика, который спас Афганистан"

Глава 1

«Урок, который не забывается»

Утро в афганской деревне Ходжа-Бахауддин начиналось с крика петуха и запаха дыма из глиняных печей. Халид проснулся раньше всех – он всегда просыпался рано, будто боялся упустить что-то важное. Его мать, Захра, уже стояла на коленях, расстилая потрёпанный коврик для утреннего намаза.

– Халид, иди умывайся, – прошептала она, не прерывая молитвы.

Мальчик кивнул и выскользнул из комнаты, где спали его младшие сёстры. Во дворе было холодно, даже лёгкий пар шёл от его дыхания. Он зачерпнул ледяной воды из глиняного кувшина и сжал зубы, когда она обожгла лицо.

"Сегодня будет важный день", – подумал он.

Сегодня в школе объявят результаты теста по математике.

«Школа и указка»

Деревенская школа была маленькой, с облупившимися стенами и разбитыми стёклами, но для Халида это было место, где жила надежда.

– Кто может назвать столицу Пакистана? – спросил учитель, Сулейман-ага, мужчина с жёстким взглядом и вечной указкой в руке.

Класс молчал.

– Исламабад! – выкрикнул Халид, вскочив с места.

Тишина. Потом – резкий щелчок.

Указка ударила его по костяшкам пальцев. Боль пронзила, как игла.

– Кто тебе разрешил кричать? – прошипел Сулейман-ага. – Ты думаешь, ты самый умный?

Халид сжал кулаки, но не опустил глаз.

– Нет, ага. Но я знал ответ.

Учитель фыркнул.

– Знание – это не только ответы, мальчик. Это терпение. Уважение.

Но Халид не понимал: почему нельзя говорить правду, если ты её знаешь?

«Мечеть и мудрость»

После школы, когда другие дети бежали играть, Халид шёл в мечеть. Не потому, что был набожнее всех – а потому, что там говорили о мире.

Старик Абдулла, бывший учитель, сидел в углу, перебирая чётки.

– Опять указкой? – спросил он, заметив красные полосы на пальцах Халида.

– Да, – пробормотал мальчик.

– А ты знаешь, почему он тебя бьёт?

– Потому что я кричу.

Абдулла усмехнулся.

– Нет. Потому что он боится.

– Чего?

– Что однажды ты станешь умнее его.

Халид задумался.

– А что делать?

– Учись. Даже если бьют. Даже если смеются. Потому что однажды ты будешь тем, кто решает, бить ли других.

«Возвращение домой»

Вечером отец, Ахмад, сидел у огня, чиня старые башмаки.

– Ну что, учёный, опять наказание? – спросил он, не глядя.

– Да, – признался Халид.

Отец вздохнул.

– Может, хватит? Ты нужен здесь, в поле.

– Но я хочу знать больше, баба.

Ахмад посмотрел на сына. В его глазах была усталость, но и гордость.

– Ладно. Но если учитель сломает тебе пальцы – шить дыры в одежде будешь зубами.

Халид рассмеялся.

Но в ту ночь, перед сном, он поклялся:

"Однажды я изменю это место. И никто не будет бить детей за правду".

Тучи сгущались над Ходжа-Бахауддином не только в прямом смысле.

Халид бежал к школе, зажимая в руке потрёпанную тетрадь – сегодня должны были объявить результаты экзамена. Его пальцы всё ещё ныли от вчерашних ударов указкой, но он улыбался. «Я ответил лучше всех. Даже Сулейман-ага не сможет это игнорировать».

Но школа была закрыта.

Ворота – на цепи. На стене – свежая надпись: «Образование без веры – путь в ад».

У порога сидел мальчик лет десяти, свернувшись калачиком.

– Что случилось? – Халид схватил его за плечо.

– Пришли… – прошептал тот. – С оружием. Сказали: «Больше никакой науки. Только Коран».

Халид почувствовал, как огонь разливается у него в груди.

– А Сулейман-ага?

– Уехал. Бросил нас.

«Первая встреча с ними»

Он ещё не знал, что это Талибан.

Они приехали на ржавых пикапах, с бородами до глаз и автоматами на плечах. Самый высокий, с шрамом через бровь, говорил громко, словно Аллах дал ему право решать за всех:

– Школы развращают ум. Девочки – грех. Математика – безбожие.

Халид стоял в толпе, сжимая кулаки.

– Но как мы… – начал он, но сосед старик резко дернул его за рукав.