Матвей Курилкин – Звезданутые войны (страница 38)
— Ага, типа конституционной монархии, что ли? Как в Великобритании? — пробормотал себе под нос Лежнев. — Впрочем, неважно.
— Предлагаю проследовать в зал советов, где мы изложим наши обвинения и предложим способ выхода из этого конфликта, — сказал Катис. — А уважаемых представителей материнской расы мы попросим стать свидетелями и утвердить правомерность наших претензий.
— Катис, давайте не будем играть словами, — предложила Тиана, пока Герман набирал воздуха, чтобы разразиться бранью. — Никакие ваши претензии к Содружеству рассматриваться не будут. Вы совершили вероломное нападение и проиграли. Сейчас будут обсуждаться условия капитуляции. Причём быстро. Мы торопимся.
Герман был очень горд. О, это «мы торопимся»! Катис выглядел так, будто только что обнаружил в любимых домашних тапочках кучку кошачьего дерьма. Сдержался. Молча развернулся и прошествовал в администрацию. Или, может быть, дворец — Герман пока так и не выяснил, как это здание называть.
Их провели к парадной лестнице, оттуда, через анфиладу каких-то очень богато украшенных помещений компания прошла в аудиторию, в которой их ждали несколько десятков атлантов.
— Ого, сколько народа! — Желтоглазая восторженно оскалила клыки. — Скажи, атлант, все эти люди должны подтвердить мирное соглашение? Не слишком их много?
— Перед вами коллектив, занимающийся управлением нашим народом. Без общего согласия этих уважаемых атлантов никакого мирного соглашения не будет.
— Трудно будет добиться такого согласия, — хмыкнула Желтоглазая. — Но я слышала, наши уважаемые судьи торопятся…
— Мы и в самом деле торопимся, — перебил Герман. Парню стало немного тоскливо — заставить этих людей действовать быстро будет непросто. — Поэтому, Желтоглазая, давай ты для начала скажешь, какие именно требования у Содружества. Мы обсуждаем именно капитуляцию, а не мирный договор. Думаю, дело этих уважаемых атлантов только согласиться.
— Я понимаю — этот ренегат, — устало сказал Катис будто бы в пустоту, потом повернулся и посмотрел проникновенно на Тиану. — Но ты… ты ведь понимаешь, что наша связь велика, Тиана ди Сонрэ. Почему ты позволяешь с нами так обращаться какому-то быдлу? Почему ты вообще встала на их сторону? Ты — наша ближайшая родственница. Ты сестра моя!
— Сестёр не пытаются обмануть и ограбить, — ответила Тиана. — Не брат ты мне, таракан синеволосый. Желтоглазая, напоминаю, мы торопимся.
Василиска наблюдала за перебранкой с видимым удовольствием, даже глаза прикрыла, отчего стала только сильнее похожа на обычную земную ящерицу, пригревшуюся на тёплом камне. Когда Тиана повторила вопрос, представительница Содружества молча выдала заранее подготовленную бумагу. Герман на секунду подумал, что было бы неплохо ознакомиться с документом заранее — не дело так, продавливать подписание бумажки, которую не читал. Однако когда секретарь зачитал условия для присутствующих атлантов, парень понял, что ничего особенно унизительного или вовсе неприемлемого от атлантов не требуется. Отказ от армии — атлантам разрешено иметь только те силы, которые будут входить в силы самообороны Содружества, причём на ключевых постах будут опять-таки генералы Содружества. Собственной армии у атлантов больше не будет, однако Содружество готово за свой счёт построить военную базу в секторе атлантов и направить сюда часть сил самообороны в качестве страховки от внезапного нападения неизвестных. Ну и для контроля за самими атлантами, конечно же. Это главное условие, но есть и дополнительные. Нечто вроде контрибуции: безвозмездная передача ряда технологий, которые заинтересуют Содружество, список будет утверждён после. И, разумеется, финансовая компенсация потерь в результате боевых действий — большая их часть пойдёт именно василискам. В общем, на взгляд Германа — ничего сверхординарного. Тиана так даже удивилась, как мягко поступают с коварным врагом, но возражать не стала. А вот атланты попытались. Катис изобразил сначала жуткое возмущение. Даже обратился патетически к остальным атлантам:
— Слышали ли вы когда-нибудь ещё такую наглость, уважаемые коллеги⁈ — Явно приготовился биться за каждый пункт. Однако понимания, неожиданно, не встретил, и Герман прекрасно понимал, почему. Тиана как раз в этот момент тоже смотрела на собравшихся со скучающим, отстранённым видом, и ещё машинально поглаживала нейродеструктор на поясе. Адмирал со скрипом повернул свою клыкастую маску к бедным чиновникам. В тишине прозвучало пугающе. Герман заметил, что атланты вообще сторонятся технофанатика, стараются даже не приближаться. В общем, балагана не получилось, как бы того ни хотелось Катису. Единственное, чего ему удалось выторговать — это возможность изгнать в Содружество неблагонадёжных граждан, с которыми у них в последнее время начались проблемы. Забавно — в этом пункте сходились и атланты и представители победившей стороны. Одни хотели от лишних избавиться, другие, наоборот, лишними этих людей не считали, так что тут тоже прошло без сложностей. Война официально закончилась.
22. Тиана ди Сонрэ, переговорщик
Наконец-то это отвратительное мероприятие закончилось! Тиана с гораздо большим удовольствием пережила бы ещё один недавний бой вместо того, чтобы общаться с этими заносчивыми моральными уродами. Полное отсутствие совести, и при этом абсолютная уверенность в собственной исключительности. И ещё пытался давить на родственные чувства, негодяй. Как же это отвратительно! А ведь когда-то она чуть не купилась! И чуть не потеряла из-за этого Германа. Последнее девушку пугало и расстраивало больше всего. За давностью забылось, а тут вдруг вспомнила, как тогда себя с ним вела, стало ужасно стыдно и обидно. «И как только он смог меня простить? — думала девушка. — Всё-таки я была невероятная дура, а Герман — очень терпеливый и мудрый человек. Нужно будет перед ним извиниться за тот случай!»
Настроение атланты портить умели. Уж казалось бы — ну чем они могут её задеть? Предателем девушка себя не считала точно. Как можно предать чужаков, которые ещё и злоумышляли против тебя? И всё равно оставалось какое-то неприятное чувство — как будто твой родственник публично опозорился. «Тебе просто неловко перед представителями Содружества и перед Максимом, — сказала себя девушка, — Хотя никакой неловкости быть не может — ты за этих существ точно не отвечаешь!»
— Какая отвратительная, извращённая пародия на наше общество, — так прокомментировал сложившуюся ситуацию и то, что он успел узнать об атлантах, адмирал, — долгая изоляция никогда не доводит до добра. Сколько раз мы находили осколки нашей цивилизации, ютящиеся на одиноких планетах или системах, и чаще всего увиденное выглядело отвратительно. Гротескная, убогая пародия на общество! Пока что я совершенно недоволен нашими потомками! Впрочем, возможно, это потомки вашей ветви, судя по тому, как они тяготеют к биотехнологиям.
Тиана могла бы поспорить, просто из вредности, но не стала. Ей было совершенно очевидно, что да. Это потомки именно их ветви. И это было обидно.
Настроение начало возвращаться в норму только когда они отправились обратно в столичную систему Содружества. Причём в этот раз они с Германом везли пассажиров — Желтоглазую и Максима. И ещё — технофанатиков, которые даже не скрывали своего любопытства — очень им хотелось пообщаться с Желтоглазой.
— Вы — крайне интересное существо! — восхищалась учёная. — У вас ведь есть какой-то природный механизм, заставляющий собеседника испытывать к вам доверие, я не ошиблась?
— Ты права, человеческая женщина, — скалилась Желтоглазая. — Этот механизм помогал нашим далёким, неразумным предкам в охоте. Гораздо легче поймать добычу, если она сама идёт к тебе навстречу, ведомая наведённой привлекательностью хищника, или хотя бы не убегает, парализованная страхом.
— Удивительно! На чём же основан этот механизм? Запахи? Нет, тогда это не действовало бы на инопланетян — слишком разная физиология. Тогда гипноз? Уже ближе. Но нет. Как известно, гипноз тоже основан на физиологии. В пределах одного биома существа могут влиять друг на друга гипнозом, но дальше идут слишком большие отличия. Тогда, получается, прямое ментальное воздействие? — Учёная явно увлеклась, и даже ответы ей не требовались — видно, хотелось самой во всём разобраться. Впрочем, интерес был обоюдным — технофанатиками Желтоглазая тоже очень заинтересовалась, так что полёт вышел весёлым.
— Знаешь, мне кажется, мы немного одичали, — пожаловалась как-то ночью Тиана. — Так непривычно долго видеть посторонних!
— Согласен, — кивнул Герман. — Надо бы как-то почаще разбавлять наше одиночество, а то так и рехнуться недолго.
Желтоглазой, впрочем, были интересны не только технофанатики. Василиска с удовольствием общалась как с Германом и Тианой, так и с Кусто. После разговоров с последним ящерица имела порой крайне шокированный вид. Тиана даже пыталась поинтересоваться как-то у тихохода, что он такое рассказывает василиске, но Кусто ответил непонятно:
— Мы с ней обсуждаем особенности психологии разных видов, и о том, как психология влияет на религиозное мировоззрение.
Девушка немного подумала и поняла, что не хочет знать подробностей. Кусто вроде бы слегка охладел к своей идее насаждать выдуманную религию, но, видно, не до конца. «Пусть с этим разбирается Герман!» Сама девушка поначалу старалась избегать общения с Желтоглазой. Очень трудно долго сопротивляться обаянию ящерицы. Обычно разумные вовсе не могут сопротивляться их воздействию, отчего поначалу в Содружестве к их виду относились с большим недоверием. Тиана и Герман, впрочем, по какой-то причине могли этому сопротивляться, что здорово удивляло Желтоглазую — раньше таких разумных она не встречала. Однако стоит немного расслабиться, и поневоле начинаешь выбалтывать вещи, которые предпочла бы не рассказывать постороннему. Под конец пребывания в гипере, правда, Тиана перестала нервничать по этому поводу. Разобралась более-менее в способностях Желтоглазой, и поняла, что даже тем, кто от них совсем не защищён, ничем особенным это воздействие не грозит. Ничего по-настоящему секретного девушка не рассказала, а некоторая излишняя разговорчивость, какая бывает, скажем, при общении с близким другом, не так уж и мешала. Даже наоборот — приятно было немного расслабиться, особенно после тяжёлого разговора с дядей Максимом.