Матвей Курилкин – Звезданутые на контракте (страница 50)

— Тиана, ты как?

— У меня не получилось прорваться, — сказала Тиана и так уже очевидное.

— Ага, это я уже понял. Ты подавай иногда голос, — сказал напарник. — А то я не знаю, что с тобой и переживаю.

— Меня пытались ловить какие-то ветки!

— А это стандартная защита, она автоматически сработала. Тут и внутри такой гадости полно. Всё, они, вроде, меня хорошо так потеряли. В смысле я сижу тут уже пару минут, а на меня никто не вышел, и не нападает. Скажешь, если ко мне какие-нибудь корабли приближаться начнут, ладно?

— Конечно, скажу!

— Так, Тиана, я тут подумал… ты пока не шуми, ладно? — снова проявился Герман. — Я тут языка захватил и слушаю переговоры. У них эта гребаная звезда смерти в режим параноидальной обороны перешла, потому что восприняла твои шалости как нападение извне. Нет, в целом-то она все правильно восприняла, но атланты уверены, что это ошибка и все дело в моих фантастических возможностях. Так вот, мне кажется, тебе сейчас не нужно сюда соваться. Думается, могут подловить даже несмотря на то, что не видят. Знаешь, я прям восхищаюсь этой штукой! Куда мощнее муравейника будет, да и масштабнее, что уж там.

— А как же ты?! — забеспокоилась девушка.

— Я пока затихарился, — бодро отрапортовал Лежнев. — Они меня тоже так-то особо не видят, благодаря покрытию из кожи Кусто. Так что, если не дергаюсь, меня не видят. Я тут на каком-то то ли складе, то ли ангаре запасном, и здесь особо никого нет. Найдут, конечно, и очень скоро, но сколько-то времени выдохнуть и подумать у нас есть. Я уже думал, не бросить ли Дятла. До слез, конечно, жалко, но он большой, а я маленький… только все равно найдут и завалят. Прикинь, их тут как тех пчел. Улей, блин, какой-то. Они похоже эту хрень готовили специально, чтобы продемонстрировать свое превосходство перед остальным содружеством. Ультимативное оружие, все такое… а самое паршивое, реактора, в который героический Люк Скайвокер запустит свою судьбоносную ракету тут просто нет. Оно, блин, само живет, хотя энергии лопает как Кусто плов. И до управляющего центра тоже не добраться…

Тиана почувствовала, что начала унывать. Она ощупывала станцию всеми органами чувств, пытаясь разглядеть ее как можно подробнее — вдруг появится мысль, как вызволить напарника. И такая стратегия имела успех. Во время очередного облета она заметила-таки пусть не слабое место, но шанс для напарника.

— Герман! Тут есть очень широкая полость, которая находится довольно близко к внешнему слою корней. Даже я смогу чувствовать себя в ней свободно, и она проходит почти через всю станцию. Я передала тебе карту, видишь? Это совсем рядом с тобой.

— Это не полость, они тут просто не до конца все построили, — после недолгого молчания сказал напарник. — Или вырастили, не знаю. Фигня в том, что слой корней там очень широкий с внешней стороны, видишь ведь! Ты его долго разбирать будешь, тем более теперь, когда у них защита в параноидальный режим перешла. Да и мне до этого пузыря добраться будет непросто… хотя другого варианта все равно нет. В общем, Тиана, я предлагаю дать им немного успокоиться. Меня… точнее, тебя они ищут внутри, но похоже я уж очень хорошее местечко нашел. Тут реально хрен найдешь.

— Надо дождаться, когда они успокоятся!

— Вот и я о том, — согласился напарник. — Они меня все равно внутри ищут. Вот пусть и ищут. Перекати-поле сейчас успокоят немного, тогда и будем решать. А я пока тут пешком, наверное, прогуляюсь. Есть у меня идея, как облегчить будущий прорыв.

— Герман, что ты задумал?! — насторожилась Тиана.

— Понимаешь, у них тут автоматики много. Точнее, не автоматики, а сама станция вроде как почти живая. Рефлексы у нее, по крайней мере, есть. А ресурсы не бесконечные. И она, эта штука, автоматически перераспределяет энергию на те участки, где этой энергии требуется больше. И мне тут подсказывают, что процесс не мгновенный. Короче, я думаю, что надо мне устроить небольшой тарарам где-нибудь подальше. Тут через сектор есть большой такой корабль… и, говорят, очень древний. Музей, что ли… Он аж четыре километра в длину, больше, чем Кусто сейчас! Короче, я хочу его взорвать к хренам, у него-то как раз реактор есть. И он еще работает. Используется как дополнительное питание всей этой конструкции. Вот, а как взорву, там на ликвидацию последствий должны все ресурсы направить. Ну а мы тогда попробуем под шумок выбраться.

— Герман, как ты взорвешь корабль? — не поняла Тиана.

— Ой, дурное дело не хитрое. Разберу несколько снарядов, прикручу систему подрыва, вот тебе и бомба. Главное, положить ее куда надо. Ну и оказаться подальше, когда рванет.

Спрашивать, опасно ли это, Тиана не стала — и так знала. Очень хотелось спросить, что они будут делать, если у Германа не получится. Но от этого девушка тоже удержалась. Нет у них запасного плана. Однако сидеть сложа руки и ждать, когда Герман исполнит свою задумку разведчица не собиралась. Если подумать, отвлечь ресурсы станции от них можно ведь разными способами. Так зачем полагаться исключительно на задумку Германа? Идея, пришедшая ей в голову, была настолько простой, что она удивилась, почему раньше не догадалась. Система почти пуста — здесь всего две планеты, кроме улья. Но планеты ей и не нужны, а вот астероидов, если постараться, можно набрать довольно много за короткое время.

— Герман, подожди. Тебе не нужно ничего взрывать! — сказала девушка. — Я просто запущу в сторону перекати-поля несколько астероидов. Пусть она остается в режиме защиты, ей все равно придется тратить ресурсы на защиту от них.

— Хорошая идея, — после короткого молчания согласился напарник. — Только я все равно им корабль взорву, чтобы уж наверняка. Давно я вандализмом не занимался, а ты же знаешь, нам, варварам, первое дело какой-нибудь музей взорвать!

— Герман, если из-за твоего любопытства и желания посмотреть музей, мы не сможем тебя оттуда вытащить, я тебя сама убью! — сказала Тиана. — Еще не знаю, как я это сделаю, но я тебя оттуда все равно вытащу, и убью!

— Да при чем здесь любопытство, — вяло запротестовал напарник. — Ладно, если я облажаюсь, то можешь убивать. Даже возражать не стану. Просто понимаешь, это вроде как тот корабль, на котором они притащились в эту галактику. То есть там, вроде как, должен был маршрут сохраниться…

«Да плевать мне на маршрут!» — хотелось закричать девушке, но она промолчала, потому что уже достаточно знала Германа. Он уже не передумает.

Следующие несколько часов разведчица занималась тем, что ловила камни разных размеров и запускала их к улью с максимальной скоростью. Издалека — за пределами обнаружения датчиков атлантов. Траекторию и расстояние с помощью Кусто рассчитать было совсем не сложно, так что камни должны были ударить почти одновременно, и все — с противоположной стороны от той полости, через которую она надеялась вытащить напарника. Труднее всего было не отвлекаться каждые пять минут, чтобы посмотреть, как там дела у Германа. Особенно когда приходилось удалиться за пределы действия передатчика скафандра. Каждый раз в таких случаях она предупреждала его и просила быть особенно осторожным, как будто то, что она за ним приглядывает, как-то помогает беспокойному землянину не быть обнаруженным!

Хотелось переспрашивать, что именно он сейчас делает, каждые несколько минут, но она сама прекрасно понимала, что только будет его отвлекать своими переживаниями. Как только Герман будет готов — обязательно скажет. Вот только почему так долго?

— Тиана, когда там твои камешки прилетят? — наконец спросил напарник.

— Первый — через девяносто минут. Остальные десять с небольшим интервалом, — сказала Тиана. — атланты их пока не видят, они еще слишком далеко.

— Вот и отлично, — обрадовался напарник. — Я тогда на час будильник поставлю. Чтобы они твои камни не посбивали.

Герман Лежнев, крыса в лабиринте

Когда Герман, уже не совсем уверенный, что он — это он, ввалился в кабину Дятла, механические часы, отсчитывающие время для тех, кто передвигается сквозь гиперпространство показывали, что он провел снаружи десять часов. Спасительное четверостишие из Гражданской Обороны успело за это время настолько въесться в мозг, что даже когда люк отрезал его от чуждых образов и голосов, продолжало крутиться в голове, перебивая мысли. С чувством выполненного долга Герман завалился спать, выставив будильник на десять минут до выхода из гипера. Но даже во сне его преследовала строчка про мертвых. Возможно, именно поэтому он не смог сразу сориентироваться и понять, почему по выходу из гипера его корабль начал выписывать дикие кульюиты. Уже потом выяснилось, что ползая по обшивке он пропустил целых два троса, так что задумка атлантов почти удалась.

Они вышли в обычное пространство очень близко к ловушке. Каких-то сто тысяч километров. Всего через несколько секунд его поводыри начали резко замедляться. А вот Герман на команду Катиса начинать торможение не отреагировал, за что и поплатился. Те два троса, которые он не нашел, были прикреплены к правому борту. В результате его и еще два корабля атлантов закрутило вокруг центра масс, и в мешанину корней, закрывающую звезды, они влетели невнятной кучей.

Трудно действовать адекватно, когда внезапно все начинает мелькать перед глазами со скоростью калейдоскопа, а в динамиках шлема невнятные вопли, перемежающиеся с приказами и требованиями. Герман попытался было разобраться, что происходит, но через секунду понял, что это бесполезно, и просто врубил двигатель. Резко дернуло, в динамиках заверещали еще более злобно, на секунду показалось, что корабль освободился, а потом его бросило вперед да так, что он чуть не оторвал телом ремни. Зато движение прекратилось — Герман обнаружил, что перед ним какой-то широкий проход — как раз Дятлу пролететь, еще и по сторонам место останется. Вот только Дятел не висит в воздухе, а застрял в стене, которая представляет собой переплетение крупных и мелких ветвей.