Матвей Курилкин – Опасный Нижний (страница 44)

— Я уже перекинулась туда-обратно, — появснила яломиште. — И вовсе ничего страшного, потерпела. Гораздо хуже, если бы они меня опять чем-нибудь накачали, как тогда дорогие родственнички. Так что я думаю, Валера прав, нам никуда пока что бежать не нужно. Тем более, теперь, когда мы знаем, что с Валерой всё в порядке, и он даже подружку себе нашёл. Нужно действительно узнать, что они задумали, и кто такие эти «они», а для этого надо хотя бы допросов дождаться. Так что я предлагаю тут остаться пока. Валера, заковывай меня обратно!

Удивительно, но остальные, посовещавшись, поддержали Алису.

— Она права, — кивнул Демьян. — Боль можно и потерпеть, а проблему нужно решить здесь и сейчас. Я не надеюсь, что мы выведем их на чистую воду, но хотя бы узнаем, кто именно против нас злоумышляет. Ты же понимаешь, князь, что Максимилиан и прочие — это не наши враги, а только куклы, которыми манипулирует кто-то другой? Нас сюда привели намеренно. И мне очень хочется узнать, кто и зачем. Хуже всего, когда не знаешь, кто твой враг — невозможно защищаться. Так что ты всё правильно придумал, а сейчас поддаёшься эмоциям и готов сделать ошибку. Нам здесь пока что ничего не угрожает — вот и не будем торопить события. единственное, князь, — Демьян поджал губы, — ты мог бы и сообщить о некоторых своих возможностях заранее. Чтобы твои соратники не мучились неизвестностью!

— Да, Валера! Ты бы знал, какая я сейчас злая! Я всю дорогу думала, что мы попали в ловушку, из которой не сможем выбраться! А потом нас ещё и разделили! Так поступать — нехорошо!

Валерке было очень стыдно, и оправдание о том, что это сам подарок дивьих так действовал, чтобы он не болтал о нём лишний раз, не прокатило.

— Не надо списывать на колдовство собственную безалаберность, князь, — укоризненно покачал головой Демьян. — Посмотри, какой пример ты подаёшь ребёнку!

Ребёнок, к слову, не слушал, о чём болтают взрослые. Рыська была занята тем, что любовалась Алисой. Яломиште казалась Рыське просто воплощением красоты, особенно яркие рыжие волосы. Девчонка бесцеремонно забралась к Алисе на плечи, и осторожно перебирала пряди, любуясь их блеском в свете светильников. Девочка была совершенно довольна, и, такое ощущение, вообще не собиралась слезать с плеч яломиште.

Птицын же в конце концов согласился, что он — безалаберный раздолбай. Просто чтобы не тратить время на споры, а сам принялся мастерить для Алисы специальные накладки на кандалы.

— Я знаю, что ты можешь это потерпеть, — объяснил парень, — но зачем это делать, если можно просто обернуть руки и ноги чем-нибудь и не мучиться? И вообще, все эти наручники и ошейник прекрасно защёлкиваются без ключей. Ты можешь надеть их сама, завтра, а пока хотя бы поспишь спокойно!

Это было немного странно — запирать собственных друзей и любимую. И ещё более странно было утаскивать от Алисы Рыську. Ребёнок никак не хотел уходить, и даже напоминание о том, что её ждёт вкусная еда, не исправило ситуацию.

— Эх, ладно, — в конце концов, маленькая жительница подземелий всё-таки вняла уговорам. — Но так — нечестно!

Что именно нечестно она не объяснила. Зато потом всю дорогу шёпотом восхищалась, какие красивые бывают люди, и какие у них бывают красивые, медные волосы.

— А ты, получается, князь, дядя Валера? — вдруг уточнила девчонка.

Птицын кивнул. «Ну, конечно, не слышала она ничего. Вот ведь внимательный ребёнок! Демьян же всего один раз меня титуловал!»

— Понятно теперь, почему у тебя такая красивая женщина. Только ты плохо о ней заботишься. Такая красивая в тюрьме сидеть не должна, даже если эта тюрьма такая большая и просторная. Вот!

Глава 23

Валерку вербуют

Возвращаться в тесную, тёмную и холодную камеру было неприятно до тошноты, и даже тот факт, что Рыська и сейчас решила остаться с Валеркой, сильно настроения не улучшал. Нет, безусловно, без неё было бы совсем тоскливо, но парню хотелось на волю, а хорошая компания свободы заменить никак не могла.

— Какой хороший день! Какой замечательный день! — всё никак не могла успокоиться Рыська. — Лучший день моей жизни! Наверху побывала! Увидела красивую Алису! И сплю с настоящим князем! С тёплым! Наелась!

Критерии, по которым девчонка определяла удачность дня Валерку, конечно, поражали, но он больше думал о другом: что, если его и завтра допрашивать не захотят? Решат, допустим, помариновать ещё недельку без еды и в холоде. Ждать развития событий столько времени парень не хотел категорически. Вспоминая сегодняшний день, Птицын чётко понимал — повторить такое не получится. Когда тюремщик на пятом этаже очнётся, поднимется тревога. Будут искать нарушителя, который его вырубил. Наверняка опросят заключённых и кто-нибудь обязательно расскажет — никакие угрозы не помогут. Конечно, Валерка перед уходом прошёлся по камерам, и попытался всех убедить, что лучше молчать. Не гнушался обещать всякое нехорошее тем, кто проговорится. Вот только постояльцы тюрьмы, как ни крути, обычно не самые покладистые люди. Кто-нибудь обязательно захочет выслужиться и рассказать о происшедшем. И хорошо, если угроз и уговоров хватит хотя бы на какое-то время, а если нет? «Ну и чёрт с ним, — решил Птицын. — Если раскроют — будем прорываться силой. Замки меня не удержат, наверху я точно смогу переходить с одной стороны на другую, и жалеть персонал тюрьмы я точно не буду. Сами напросились. Пусть попробуют меня остановить!»

Весь остаток ночи парень ждал, что за ним придут. Представлял себе, что вот сейчас там, наверху, ушибленный конвоир рассказывает начальству о происшествии, по этажам начинает бегать в поисках нарушителей дежурный наряд, как начинают опрашивать заключённых, и вот, к нему уже спускается отряд конвоиров, и сейчас придётся бежать или драться, потому что принимать наказание Валерка не собирался. Но никто так и не приходил.

О том, что наступило утро, парень узнал только благодаря Рыське, которая сначала завозилась за пазухой, потом выползла. Зевнула так заразительно, распахнув пастишку и вытянув длинный язычок, потом быстренько перекинулась в человека.

— Там уже идёт кто-то, не спится им! Я бы ещё спала и спала, — немного разочарованно сообщила девочка. — Так тёпленько! Много идёт, целых три человека. Теперь прятаться придётся. Всё, я пошла. Только я совсем уходить не буду, а то с тобой весело и классно. Они уйдут, и я тогда снова вернусь, ладно?

— Возвращайся, конечно! — немного нервно улыбнулся Птицын. Идут-то явно по его душу, и парень гадал, с какой целью.

Рыська быстренько превратилась обратно в крысу, и юркнула в приоткрытую дверь, которую Валерка за ней тщательно запер. Потом нацепил на себя кандалы, и даже честно их защёлкнул. Решил, что втроём его убивать точно не собираются — либо побольше народу прислали бы, либо, наоборот, кого-нибудь одного. А значит, пока можно изображать беспомощного пленника. Потом чертыхнулся, скинул кандалы, сбросил с себя полушубок и, позвав Рыську, передал его девчонке. Обломок меча решил оставить — припрятал под одеждой. Не такой уж он большой, если не станут обыскивать, не найдут. Уже слыша приближающиеся шаги, снова нацепил кандалы и устроился на куче сена.

Скрипнул засов, затем щёлкнул замок двери и в комнату заглянул незнакомец. Седовласый красавец, с аккуратной испанской бородкой и подкрученными усами, модный пиджак из явно очень дорогой ткани и лакированные ботинки. Большего Валерка разглядеть не смог, потому что целиком пройти в камеру мужчина не захотел. Он некоторое время разглядывал Птицына, чуть приподняв фонарь, чтобы не мешал, потом улыбнулся:

— Ну как вы тут, господин проводник? Нравится? Не замёрзли, не проголодались?

— Всё в порядке, спасибо, — ответил Валерка. — Благодарю за гостеприимство. А вы, собственно, по какому вопросу?

— Каков наглец, а? — мужчина оглянулся на кого-то за пределами камеры. — И явно упрямец. Понимаю, почему с ним оказалось так сложно!

Посетитель снова повернулся к Валерке. Кто-то, остававшийся в коридоре, передал мужчине маленький раскладной стульчик, который тот аккуратно установил перед входом и с комфортом уселся. После чего опять стал рассматривать узника. Явно ждал, что Птицын начнёт задавать вопросы, но парень решил не вестись на такую простую манипуляцию и просто ждал. Посетитель не выдержал первым.

— Вы отлично держитесь, молодой человек, я искренне восхищаюсь вашим упорством. Верите ли, мне довелось однажды провести целые сутки вот в этой самой камере. И к концу своего срока пребывания я не был так спокоен!

Мужчина снова помолчал немного и спросил:

— Как вы думаете, зачем я вас навестил?

— Допрос какой-нибудь проводить, — пожал плечами Валерка.

— Логичное рассуждение, но вы ошибаетесь. Это от недостатка информации. Вы, должно быть, уверены, что вас обвиняют в каком-то преступлении, и ждёте, что обвинения вам будут предъявлены, после чего начнётся суд, который и определит степень вашей вины и, соответственно, наказание. Так вот, вынужден вас разочаровать — вы здесь не поэтому. Обвинения в грабеже — это только повод, чтобы привезти вас сюда. Впрочем, вы ведь это уже поняли?

— Ну да, трудно было не догадаться, — хмыкнул Валерка.

— И в этом ваша ошибка. Вы всё поняли, но не попытались ничего изменить. Не попытались сбежать, и даже не ушли в другой мир, хотя у вас, я это доподлинно знаю, была такая возможность буквально до того момента, как вы приехали сюда. Человек вы, вероятно, достаточно смелый и решительный, но слишком доверчивый, не так ли? Верите в государство, верите в закон… Так вот, хочу вас разочаровать. Здесь у нас закон не работает. И государству нашему на вас наплевать, точно так же, как наплевать на вас государству верхнего мира. Вы один, Валерий, и вы упустили свой шанс.