Матвей Дебров – Звездный странник. Книга 1. Начало пути (страница 5)

Данная информация меня заинтересовала, поэтому, открыв сайт Вооруженных сил Харданской Монархии, стал изучать доступную информацию, что же за зверь такой – инженерно-логистическое подразделение Флота. Как следовало из самого названия подразделения и найденной информации, основным профилем работы был монтаж / демонтаж / обслуживание космических станций, их блоков и модулей, систем вооружения и защиты, установка и траление минных полей, доставка военных грузов, эвакуация или утилизация поврежденных боевых кораблей с мест сражений и т. д. Срок контракта составлял восемь лет. Рост социального рейтинга по десять процентов ежегодно. Начальная ежемесячная заработная плата десять тысяч кредитов, к этому добавлялись выплаты за боевые вылеты и стоимость захваченных в них трофеев.

Там же можно было ознакомиться и с минимальными требованиями к кандидатам: наличие инженерного минимума, наличие баз знаний уровня специалиста-пилота и техника-специалиста. Работа начиналась с первой, обязательной ступени – минирование и утилизация.

А ну-ка! Использовав функцию нейросети «звонок», я связался с Карсом Тужем, консультантом отдела кадров Флота, который вел нашу группу землян. Спустя двадцать секунд нейросеть открыла окно видеозвонка, в котором я увидел лицо Тужема.

– Здравствуйте, нур (уважительное обращение) Тужем! У меня возник вопрос: есть ли возможность дополнения заключенного мной контракта в части получения еще одной специальности и, соответственно, частичной смены места службы?

– Здравствуйте, нур Громов. Дополнение контракта возможно, но я должен четко понимать, чего вы хотите.

– Меня заинтересовало инженерно-логистическое подразделение Флота. Я хотел бы сменить профиль с пилота (АКИ) на минера-демонтажника. Какие условия и что для этого надо?

– Ну, судя по всему, условия работы вы знаете, в конкретно вашем случае срок контракта будет увеличен и составит десять лет. Все остальное без изменений. Если вы согласны, то я прямо сейчас готов внести соответствующие уточнения в контракт.

– Да, я согласен, – ответил я, а сам подумал: «Не знаю почему, но я принял правильное решение».

– Хорошо. По прибытии на станцию отправляйтесь в медсекцию, там вам загрузят базы техника. Медиков я предупрежу. Учебный план также будет скорректирован, но предупреждаю сразу, нагрузка будет большой – вам нельзя будет отставать от своей группы. Если у вас есть еще вопросы, говорите.

– Нет, все ясно.

– Тогда всего доброго. – После чего Карс отключился.

Довольный собой, я откинулся в кресле-ложементе и, подключившись к камерам внешнего обзора шаттла, с интересом наблюдал за полетом оставшиеся сорок минут до прибытия на станцию.

Спустя указанное время, пробив тонкое защитное поле открытого шлюза станции, предназначенное только для удержания воздуха, шаттл выпустил опоры и сел на палубу. Тут же по громкой связи всех пригласили на выход, а на нейросеть упали данные о планировке станции, месте размещения моего кубрика, столовой, учебных и тренажерных аудиторий.

Первым делом я отправился в медсекцию и уже через десять минут был на месте. Вот тут я «подвис» на пару минут – дежурный медик, красивая девушка, которую нейросеть идентифицировала как капрала-медика Зайру Нор, что-то увлеченно отслеживала на терминале. Девушка была чудо как хороша, поэтому я в открытую ею залюбовался.

Ощутив на себе пристальный взгляд, красавица подняла на меня глаза.

– Вы что-то хотели, курсант, или решили просто поглазеть? – приятным звонким голосом она задала мне вопрос.

– Прошу прощения. Курсант Громов, прибыл для установки баз. И хотел бы сделать Вам комплимент – вы необычайно красивы! – включил я образ ловеласа.

– Одну минуту. – Судя по виду, капрал проверяла мою информацию.

– Да, все верно. Проходи, левый коридор, вторая дверь направо, кресло номер пять. – Последовавшая за этим улыбка дала мне понять, что комплимент принят.

Следуя указаниям, я быстро добрался до нужной мне комнаты, где стояло десяток кресел. Заняв нужное, я опустил запястья и шею с выходами нейросети на контактные части кресла и приготовился ждать. Буквально через несколько секунд на нейросеть поступило предложение подключиться к учебному терминалу «Репетитор-24 / 8». Подтвердив поступивший запрос, я ощутил, как по телу пробежала волна мурашек – начался процесс загрузки баз. Через десять минут пробежала еще одна волна мурашек, что означало окончание загрузки.

Довольный собой, я поднялся из кресла и, сверившись с планом, отправился к своему кубрику, правда, с маленькой задержкой у стойки дежурного медика, с целью немного пофлиртовать и закрепить знакомство, на перспективу, так сказать…

А вот по прибытии к месту дислокации меня ждало крайне неприятное знакомство с флаг-командором Рори Гофтом…

Гофт был определен куратором нашей группы и находился в крайне раздраженном состоянии в отношении моей персоны по причине ее отсутствия на общем построении.

Не буду пересказывать все услышанные эпитеты, которые Гофт озвучил в мой адрес, но их суть сводилась к тому, что нашелся только один единственный тупой дикарь, который, вместо того чтобы сразу прибыть к месту размещения подразделения и доложиться руководству, отправился гулять по военной станции, как последний турист.

На мою попытку доложить о причинах моего отсутствия, флаг-командор впал в еще большую ярость! Столько матерных слов я давно не слышал… и все они пришлись в адрес инженерно-логистического подразделения Флота (далее – ИЛПФ). Меня же просто назвали хитрым пронырливым хоршем, пообещали веселую жизнь на период обучения, а также «теплое» место будущей службы.

О причинах столь «теплого» отношения я узнал несколько позже – единственный сын флаг-командора погиб на мостике своего линкора, до последнего прикрывая в одной из систем эвакуационный транспорт, во время прошедшей войны с архами (раса паукообразных негуманоидов). Как оказалось, ИЛПФ в том районе не только не смогли грамотно организовать эвакуацию граждан из системы, но даже не удосужились или не успели прикрыть ее минными полями и системами стационарной защиты. Вот Гофт и затаил обиду на всю службу за погибшего сына.

Гонял он нас жестко, особенного меня. Поэтому учеба по двум специальностям далась мне тяжело. Чтобы не отстать от своей группы, я изучал базы вместо увольнительных. Расплатой за это было депрессивное состояние, которое приходилось снимать в медкапсуле, совмещая этот процесс с дополнительным разгоном, но, как говорится, нет худа без добра. Я работал на результат – получить место в ИЛПФ.

Как итог, я достиг своей цели, добавив к имеющемуся статусу «специалист-пилот малых кораблей» и простого «космодесантника» (чуть выше уровня планетарной пехоты) статус «техника-специалиста», изучив в совокупности тридцать две базы: двадцать третьего и двенадцать второго.

Все эти базы позволяли: управлять любым кораблем малого класса – военными, транспортными и гражданскими; стрелять из всех видов малого корабельного оружия, использовать защитное оборудование (энергетические щиты и системы РЭБ), провести среднего уровня скан звездной системы или тактическую работу на уровне звена (до трех кораблей), устранить технические поломки и повреждения легкой и средней тяжести на кораблях, станциях и различных модулях, устанавливать-снимать минные поля, оборонительные и локационные системы, при контрабордаже через мыслесвязь управлять двумя боевыми дроидами и даже самостоятельно выступить в роли слабенького космодесантника, используя скафандр-доспех легкого и среднего классов, а также все виды легкого и среднего оружия.

Но, как говорится, нет худа без добра; на выпускном экзамене потока я стал в рейтинге третьим, что считалось очень хорошим показателем и принесло мне маленький материальный бонус: пятерым лучшим выпускникам предлагали пройти ментокопирование полученных знаний и за это выплачивали пятикратный оклад.

Поскольку копирование проводила Зайра (с которой у нас установились дружеско-интимные отношения, по-русски говоря – любовники без обязательств, только секс и приятное время препровождение), то по моей просьбе она мне скопировала и воспоминания из моей земной жизни. Память штука такая, все хранит: рыбалка с дедом на берегу реки, отца, читающего мне сказку на ночь, обнимающую и целующую меня маму… Я хотел помнить ВСЕ ДО ПОСЛЕДНИХ ДЕТАЛЕЙ!

Пока я предавался воспоминаниям и размышлял, стройные шеренги курсантов распались – сегодня состоялся три тысячи семьсот девятый выпуск – больше четырех тысяч человек: пилоты, космодесантники, аналитики, снабженцы, медики, техники, ну и т. д.

Уже через шесть часов все мы разлетимся к будущим местам службы.

– Ну что, парни, отметим выпускной? Кто со мной в «Кормовую турель» посидеть? – предложил свежеиспеченный космодесантник, шотландец Роберт МакДуган.

Хм… неплохая идея. Сомневаюсь, что мы еще когда-нибудь увидимся полным составом землян, мелькнула у меня мысль. Война – дело такое…

Большая часть ребят выразила готовность пропустить по стаканчику перед отлетом, но меня вызвал к себе Гофт… о чем я сразу и сообщил ребятам, вызвав их сочувствующие улыбки.

– Ну давай, Гром. Если что, знаешь, где нас искать! – пробасил МакДуган.

Не откладывая дело в долгий ящик, я вышел из актового зала и отправился к флаг-капитану Гофту.