Матс Страндберг – Кровавый круиз (страница 66)
– Скоростной спасательный катер, – отвечает Андреас. – Они…
– Я все равно ни за что не сяду на плот с кем-то из пассажиров, – перебивает Лисетт. – Что, если они заражены и начнут превращаться прямо в море?
– Это должно быть возможно, – настаивает финская шведка, – думаю, что просто…
– Это невозможно, – отвечает Калле. – Некоторые уже попытались спустить на воду спасательный плот. На него уселась куча народу. И один из охранников.
Теперь на него направлено внимание всех присутствующих. Филип смотрит на Пера. Единственного здесь охранника. Значит, Калле говорит о Хенке.
– Калле пытался их остановить, – говорит девочка. – Но охранник ответил, что лучше умрет, чем останется на борту. А потом он его ударил.
Филип снова рассматривает ссадину на лбу Калле. Просто невозможно представить себе все то, что они рассказывают. Но тем не менее это правда, все эти события действительно произошли сегодня ночью.
– Мы должны попасть в рубку, – говорит Пер, потирая глаза. – И нам нужно очистить корабль от этих проклятых монстров.
– Это не монстры, – возражает Раили, – Это люди, причем больные.
– Как ты можешь говорить такое, когда они убили твоего мужа? – спрашивает Пер.
Он тут же сожалеет о сказанном, понимая, что зашел слишком далеко. Но Раили не спускает с него глаз.
– Я согласен, – вступает Антти из магазина беспошлинной торговли. – Мы очистим «Харизму». Мы сделаем из монстров фарш и проникнем в рубку любым способом.
Филип смотрит удивленно.
Интересно, у них есть такое же ощущение, как он испытал в «Старлайте», что все происходящее просто кино. Такие персонажи, как Антти и Пер, всегда, наверное, мечтали стать героями боевика. Но им никак не понять, что главные роли им не достанутся. И никому из тех, кто здесь собрался, тоже. Главный персонаж на данный момент – «Харизма».
Альбин
Страсти накаляются, голоса звучат все громче, их становится больше и больше. В зале становится по-настоящему жарко. Он смотрит на Калле, как тот шепчет что-то своему другу-бармену.
Альбин хочет, чтобы Калле остался с ними. Он понимает, что Калле нужно найти своего друга. Он просто хочет, чтобы он не уходил.
– Нам нужно затопить корабль, – говорит одна женщина. – Тогда он хотя бы остановится, и мы сможем спастись.
Калле и его друг поворачиваются к ней.
– И утопить массу живых людей? – уточняет друг Калле.
– Лучше пусть хоть кто-то спасется, чем вообще никто.
Альбин видит краем глаза, как многие согласно кивают. Он представляет себе мамину инвалидную коляску в затопленных водой коридорах и ненавидит всех этих людей.
Где-то за пределами зала слышно, как закрывается стальная дверь. Кажется, это та дверь, через которую вошли они с Калле и Лу.
– И как мы, по-твоему, выберем, кого спасать, а кого нет? – спрашивает кто-то.
– Сначала женщины и дети, разумеется, и…
– Ага, и как это соотносится с понятием равноправия, о котором ты всегда разглагольствовал? – спрашивает пожилой мужчина в форме охранника.
Голоса становятся все громче, все кричат и перебивают друг друга.
– А мы можем выпустить топливо, чтобы заглохли моторы?
– Это ненадежно. К тому же довольно трудно и долго.
– Мы может погасить все огни или попытаться ими мигать… Если все лампы и фонари погаснут вместе, с другого парома можно будет понять, что у нас не все в порядке…
– Ты и правда хочешь оказаться в темноте вместе с этими?
– Но мы могли бы попасть в машинное отделение и залить водой электрооборудование. Если мы это сделаем…
– Я вообще не понимаю, зачем мы все это обсуждаем. Нам нужно попасть в рубку каким-либо образом, а по дороге просто нужно изрубить в фарш каждого монстра, который окажется на пути…
– Замолчи, Антти, ты такой же кровожадный, как они.
Друг Калле беспомощно разводит руками.
Альбин видит, что на его рубашке и жилете под мышками большие пятна от пота.
– Мы пока не знаем, что произошло на самом деле с этими людьми, – продолжает он. – Но это люди… они больны. И нуждаются в помощи.
– Ты и правда так считаешь? – раздается чей-то голос. – А я как раз считаю, что помощь нужна вам.
Все оборачиваются на голос. Кто-то вскрикивает. Альбину не хочется смотреть, но он тоже поворачивает голову к входу.
В дверях стоит Дан Аппельгрен. Но его почти не узнать. Весь опухший, глаза красные, с нездоровым блеском, будто стеклянные.
За его спиной толпятся зараженные. Они шумно принюхиваются, лязгают зубами. Будто чего-то ждут.
Альбин смотрит на Лу. Вспоминает, как они рассказывали друг другу страшные истории по ночам в летнем домике. Вот, настал тот час, когда он приоткрыл ту дверь, которую тогда представлял себе. Теперь он знает, что за чудовища там прятались. Вот они уже здесь.
Стулья с грохотом переворачиваются, пол начинает вибрировать, когда сидящие ближе к входу вскакивают с мест и бегут в другой конец зала.
Кто-то начал молиться,
Марианна
Несмотря на то что она спокойно сидит на диване, ее сердце бьется сильно и быстро. Будто в груди тикает мина замедленного действия, готовая разорваться в любой момент.
Во всяком случае, больше уже никто не бьется в дверь.
– А если мы утонем? – спрашивает Мадде, стоя у окна; ее взгляд устремлен за горизонт.
– Не утонем. – Винсент быстро делает глоток виски.
– Откуда ты знаешь? – Голос Мадде прерывается на полуслове. – А вдруг уже некому управлять этим паромом?
Марианна пытается побороть начавшийся приступ головокружения. Здесь, в номере люкс, который больше, чем ее квартира, он почти забыла, что они в море. Вдруг ее охватывает какой-то иррациональный страх. Будто Мадде своими словами навлекает новую катастрофу.
– Замолчи! – вдруг слышит Марианна собственный голос. – Просто помолчи, а?
Мадде долго не отвечает, а потом говорит:
– Представьте, что мы уже умерли и, по-видимому, попали в ад.
– Пожалуйста, хватит, – просит Марианна.
– Иди сюда и сядь, – предлагает Винсент. – Ты с ума сойдешь, если будешь вот так стоять и смотреть в окно.
– Мне кажется, что я сойду с ума в любом случае, – отвечает Мадде.
Винсент кивает в ответ, несмотря на то что Мадде его не видит:
– Мне кажется, в любом случае лучше отойти от окна. Если кто-то из них тебя увидит, то будет пытаться сюда проникнуть.
Марианне кажется, что рукава ее свитера так сжались, что не дают крови поступать в руки, а волосы на затылке встали дыбом.
– Я так не думаю, – возражает Мадде. – Они очень заняты сами собой.
– Но отойди уже оттуда, – шипит Марианна.
Винсент встает с дивана и тоже подходит к окну. Его взгляд пристально следит за происходящим за окном. Он ищет глазами своего друга.
Что он сделает, если вдруг увидит Калле? Уйдет от женщин? Однозначно да.
– Как ты думаешь, они понимают, что делают? – Мадде смотрит Винсенту в лицо. – Сандра… она была такой… будто внутри вообще нет человека… пусто…