Матс Страндберг – Кровавый круиз (страница 48)
Двое детей, спрятавшихся под лестницей на одной из палуб, уснули. Они не замечают, что Дан и Адам скоро закончат все приготовления. Он ломают радиооборудование в спасательных шлюпках и плотах. Выбрасывают сигнальные ракеты за борт. После этого не останется способа покинуть судно или связаться с землей. Весь оставшийся путь до порта Турку «Харизма» пройдет на автопилоте. К этому моменту все находящиеся на судне будут мертвыми или новорожденными, и никто за его пределами не поймет размера катастрофы, пока не станет слишком поздно. Дан вдыхает запахи моря, машинного масла и стали. Думает о Берггрене и его офицерах в рубке, как они, должно быть, жалеют, что не уважали его. Ветер треплет его волосы. Интересно, они продолжат расти? Разве волосы и ногти не растут после смерти? Он смотрит на свои руки и улыбается. До конца этой ночи сотни телефонов и фотоаппаратов наполнятся фотографиями и видео.
Он проследит, чтобы они распространились по миру. Это будет мировая революция.
Пия и Ярно идут по коридорам шестой палубы примерно в центральной части парома. Они кивают друг другу, перед тем как разделиться. Пия идет осматривать левую сторону, Ярно – правую. Они не обнаруживают ничего особенного и идут в кормовую часть.
На капитанском мостике старший штурман слышит движение за спиной. Он оборачивается. Видит, что Берггрен открыл глаза. Он подбегает к нему, опускается на колени. Берггрен подмигивает. Протягивает руку к его лицу, растягивает губы. Стонет от боли. Это больно – родиться заново.
Пия
В длинном коридоре из дверей некоторых кают выглядывают любопытные лица.
– Здесь было ужасно шумно, – рассказывает мужчина с огромными усами.
– Я поняла, – бросает Пия через плечо. – Мы наведем порядок.
Иногда она сама удивляется тому, насколько уверенно звучит ее голос.
Она заходит в один из коротких боковых коридоров. С надеждой смотрит на рацию. Только бы Мики позвонил и сказал… что? Что все на капитанском мостике просто пили кофе одновременно?
Пия заходит в очередной боковой коридор. Он немного больше остальных и расширяется в конце, чтобы дать место лестнице. Отсюда хороший обзор вплоть до правой стороны, совершенно идентичной той, где Пия сейчас. Она ждет, что там появится Ярно. Он машет ей рукой и снова исчезает. Они идут к корме каждый по своей стороне.
Голова болит все сильнее. Но самое неприятное ощущение в придаточных пазухах носа. Пия пытается не думать об опухолях мозга и инсультах.
Одна из дверей неожиданно открывается. В коридор выходит красивая темноволосая женщина примерно одного возраста со старшей дочерью Пии. Она голая, если не считать кружевных трусов розового цвета. На плече татуировка подружки Микки Мауса. Следы рвоты в волосах.
– Мне нужно вызвать уборщика. Кто-то был в моей каюте, и его вырвало.
Пия невольно улыбнулась:
– Вот, значит, как? Очень странно – идти в чужую каюту, чтобы тебя вырвало.
– Я не поняла. Ты, что ли, думаешь, что это была я? – Девица поднимает свои нарисованные тушью линии, заменяющие брови.
– Мне неважно, кто это сделал, – отвечает Пия. – Я только…
– Ты что, думаешь, что лучше других просто потому, что на тебе надета долбаная униформа?
Краем глаза Пия видит Ярно в конце коридора и подзывает его жестом.
– Я могу помочь вызвать уборщика, но сначала я хотела бы знать, кто тут бегал по коридору и стучал во все двери? Нам поступило несколько жалоб.
– Так же точно, как ты непричастна к рвоте, правильно?
Глаза девицы сузились.
– Что, черт возьми, с тобой такое? Тебя что, давно не трахали? И поэтому ты ходишь тут и изображаешь мамашу?
В убежище глубоко запрятанных чувств Пии словно вдруг появилась новая дверь. Или скорее новая яма, даже пропасть, темная и бездонная, и она летит прямиком в нее.
Она вдруг представляет, как убивает эту девицу. Рвет ее на куски. Превращает в жидкую массу это красивое насмехающееся лицо. В голове стучит, будто туда прилила вся ее кровь и она вот-вот взорвется…
Пия встряхнулась. Перед глазами темно. Когда приступ прошел, она видит, что девица ретировалась в каюту. Смотрит на нее испуганно.
– Что с тобой такое? – спрашивает она.
– Пия! – зовет вдруг Ярно. – Пия!
В его голосе слышится паника. Когда Пия смотрит в коридор, его уже нет.
По спине Пии пробегает дрожь. Она кричит его имя в рацию, но в ответ слышит только треск помех.
– Что, черт возьми, происходит? – спрашивает девица.
Пия только качает головой:
– Иди в каюту и запри дверь.
На лице девицы сомнение.
– Но там воняет, – ноет она.
– Закрой дверь на замок с той стороны. Сейчас же!
Пия бежит в кормовую часть. Звуки шагов мягко тонут в ковровом покрытии, на поясе позвякивает связка ключей. Несколько дверей открываются, и за ними показываются заспанные лица.
– Да, тут было чертовски шумно, – кричит далеко позади мужчина с огромными усами.
– Все по каютам! – орет Пия. – И запереть двери!
Ее скользкая вспотевшая рука судорожно сжимает рацию.
– Мики, – шипит она. – Буссе что-нибудь видел?
Ответа нет. Она снова вызывает Мики, ее испуганный голос шипит как последний воздух, выходящий из сдувшегося шарика.
Пия вздрагивает, когда рация начинает трещать. Слишком громко. Она убавляет громкость и оглядывается вокруг.
– Да, я слышу тебя, – отвечает Мики. – Буссе молчит уже несколько минут, и я так и не услышал ничего из рубки.
Пия пытается успокоить свои мысли. Буссе не выходит на связь уже не в первый раз.
«Чертов недоделанный мерзкий старикашка, – думает она. – Небось сидит, как всегда, над кроссвордом или дрочит на что-то увиденное на экране. Как он не понимает, что от него может зависеть чья-то жизнь?»
Злость на Буссе и его пустые глаза за стеклами постоянно запотевших очков так сильна, что придает женщине силы. Пия не хочет ее отпускать: злость заглушает тот хорошо знакомый голос, который говорит, что она никчемная, что она ни на что не годится и что то, что она отвечает за безопасность других людей, не более чем насмешка.
– Я не знаю, что случилось с Ярно. Но я только что слышала его крик, – шепчет Пия. – Он был в кормовой части с правой стороны, а теперь он пропал. Я бегу туда.
– Вызвать туда Хенке с Пером?
Пия уже не бежит, а идет. Скоро она будет в конце коридора. Осталось всего десять или двенадцать метров до поворота налево в коридор, идущий вдоль кормы. Здесь она видела Ярно в последний раз.
Дверь в каюту 6518 приоткрыта.
– Нет, не надо, – отвечает Пия тихо. – Нужно сначала узнать, что происходит в рубке.
– Хорошо, – соглашается Мики. – Дай знать, если понадобится подкрепление.
Пия смотрит на приоткрытую дверь и угол, за которым начинается боковой коридор. Она колеблется. Всего сотую долю секунды, но этого достаточно, чтобы внутренний голос опять заговорил:
Она нажимает кнопку на рации и вызывает Ярно. Но в ответ слышит только эхо собственного голоса.
Сквозь треск и шуршание оно доносится из приоткрытой двери.
Пия подходит ближе. Чувствует из каюты 6518 запах, который вызывает отвращение и влечет одновременно.
Там очень тихо. Пия оглядывается. Кажется, что чувства ее обманывают.
– Пи-и-ия… не… ди… сюд…
Слабый стон раздается из каюты 6518. Он слышен также в ее рации.