Матс Страндберг – Кровавый круиз (страница 45)
Пия. Дан вспомнил ее лицо. Ее внимательный взгляд, изучающий его и Адама.
– Кроме того, что она не хотела нас отпускать? – спрашивает Дан.
Это было подобие шутки. Но Адам не смеется. Дан пытается сосредоточиться, понять, куда Адам клонит. Он как-то не обратил внимание на эту старую стерву. Он хотел только, чтобы она поскорее убралась. Но что-то в ней показалось необычным.
– Она боялась.
– Да, – подтверждает мальчик. – Она на пути к тому, чтобы стать одной из нас, но она еще не поняла этого. Она пока в самом начале пути. Видимо, ранка была неглубокой. Она только знает, что что-то не так, и пытается с этим бороться.
– Видимо, он и ее укусил. Тот, что заразил меня.
Дан вспомнил, как охранники выводили сумасшедшего из караоке-бара. Глубоко внутри его зарождается смех. Интересно, они с Пией теперь что-то вроде брата с сестрой, семья вампиров?
– Может быть, и он. На борту есть еще такие же, как он. Сейчас они как новорожденные дети. У них только чувства и инстинкты. Они голодные. Им нужна кровь. Пройдет несколько часов, а у кого-то дней или месяцев, прежде чем они снова обретут способность думать.
Дан смотрит на Адама. Вдумывается в его слова:
– Это будет хаос. – Он смотрит вперед невидящим взглядом.
Сотни вампиров. Крики. Паника. Щелканье зубов.
– Именно. – Адам улыбается все шире и шире. Восторженно. Возбужденно. – Но ты не такой. Ты уже миновал стадию новорожденного. Ты как будто создан для этой силы.
Дан кивает. Он знает в глубине души, почему преодолел эту стадию.
В отличие от Пии и того сумасшедшего, который укусил его, Дан с радостью воспринял перемены. Он не испугался. Не сопротивлялся им. Он просто оседлал волну.
– Я даже не надеялся обрести такого союзника, как ты. Если ты мне поможешь, то сегодня ночью мы изменим уклад мира. Мы снова станем избранной расой. Сможем ходить с гордо поднятой головой и прямой спиной.
– Что от меня требуется? – Дан не сомневается в своем решении ни секунды.
– Ты знаешь, как все работает на пароме. Я хочу, чтобы он привел нас в порт. Как «Деметр» достиг берегов Англии с Дракулой на борту[14]. Это было бы очень трогательно, правда? Представь, легенда становится реальностью…
Адам смеется, опять показывая желтые зубы, и Дан пытается сделать вид, что понимает, о чем идет речь.
– Тогда хаос захлестнет весь мир всего за пару недель, – продолжает Адам.
Дан снова кивает. Представляет мысленно их всех. Всех, кого он так ненавидит на борту: Филипа, Пенни, капитана Берггрена, Биргитту из Грюксбу, охранников.
Армия новорожденных. Живые мертвецы. Напуганные. Отчаянные. Голодные.
Он и этот мальчик, который вовсе не мальчик, поведут их за собой.
Наступит новый мировой порядок.
Всю свою жизнь Дан знал, что предназначен для чего-то великого. И вот это что-то настало.
Дан проходил инструктаж по технике безопасности, как и весь остальной персонал на «Харизме». Он знает, что делать в чрезвычайной ситуации. Если корабль окажется в настоящей опасности, то капитан сообщит об этом на землю. Запросит помощь.
У них с Адамом не так много времени, чтобы сделать свое дело. И войти в порт Турку как настоящая чертова бомба.
Корабль придет с грузом!
Адам смотрит на Дана большими глазами.
– Я знаю, с чего мы начнем, – говорит он.
«Балтик Харизма»
В одной из кают на девятой палубе над раковиной наклонилась девочка Лира. Она держится за фаянс и плачет без слез. Она выплевывает окровавленные зубы, которые падают в раковину один за другим, аккуратно трогает языком белые зачатки новых зубов, появившиеся в лунках десен. Они такие острые, что ранят кончик языка. Кровь имеет сладковатый и металлический привкус, Лира знает, что ей должен быть неприятен этот вкус, но это не так.
Мама Лиры открывает дверь в туалет, видит свою бледную дочь на полу, кровь и зубы в раковине и начинает кричать.
Недалеко от этого места Дан закрывает за собой и Адамом дверь и идет по коридору к капитанскому мостику. Маленькие детские руки крепко обнимают его за шею. Мальчик почти невесомый. Кажется слабым. Но Дан только что видел, на что Адам способен. Доказательством этому брызги крови на стенах машинного отделения. В ушах Дана все еще звучат крики пострадавших от зубов Адама, они живут в его голове, кровь жертв вампира теперь принадлежит ему, она бежит в его жилах и делает его сильнее. Каждый раз, когда сердце толкает кровь в артерии, Дан чувствует, как тело захлестывают волны жизни. Адам говорит, что его мать будет пытаться их остановить, когда поймет, что происходит.
– Тогда мы остановим ее, – шепчет Дан, подсаживая мальчика выше.
– Ты не можешь ей навредить, – отвечает Адам.
Дан на эти слова не реагирует и идет вверх по узкой лестнице. Штурман оборачивается, когда Дан и Адам входят в рубку. Адам смотрит на множество экранов, мигающих лампочек, горящих кнопок.
– Берггрен искал меня, – сообщает Дан. – Сейчас я готов беседовать, пусть кто-нибудь сходит за ним.
На другой палубе в своей каюте неподвижно лежит шофер грузовика Олли. Йоран лежит рядом с ним. Только одна его рука незаметно дергается. Глаза, которые так нравились Марианне, закрыты.
Марианна
Он уже не смотрит на нее так откровенно испытующе, поэтому она решается поглядывать искоса на его лицо. Он стильный. Почти что приторный красавчик. Такая внешность напоминает героев классических старых фильмов. Если, конечно, не считать татуировок. Интересно, как это все будет выглядеть, когда кожа станет морщинистой. Хотя, с другой стороны, мужчины не стареют так резко, как женщины. Очередная несправедливость жизни.
Они сидят в кафе «МакХаризма». Здесь на удивление спокойно. Все жаждущие развлечений танцуют в дискобарах. За дверями кафе они видят поток людей, направляющийся в бар «Харизма Старлайт» и обратно.
– Так что же ты на самом деле делала на палубе? – спрашивает мужчина.
Марианна судорожно глотает. Пытается придумать что-то вразумительное.
– Ты выглядела так… словно ты в плену своих мыслей, – продолжает он. – Мне даже показалось, что ты… собиралась сделать большую глупость.
Тут Марианна понимает, почему новому знакомому вдруг так сильно захотелось выпить с ней. От стыда она даже покраснела.
Чтобы выглядеть невозмутимой, ей требуется приложить очень большое усилие. Она хотела, чтобы ее увидели, но забыла, как неприятно бывает посмотреть на себя глазами окружающих.
– Я не собиралась прыгать за борт, если ты думаешь об этом. – Но все же эта мысль так привлекательна. Что это может сказать о Марианне? Достаточно много, чтобы ей хватило ума промолчать об этом. – Я просто пыталась обрести какую-то ясность в том, что происходит в моей жизни. В первую очередь разобраться в самой себе.
– И я в общем-то занимаюсь тем же самым, – говорит мужчина с горестной улыбкой.
Марианна делает глоток красного вина:
– И как? Получилось разобраться? Я, например, так и не поняла, что делаю и зачем.
Мужчина улыбается шире. Если бы она была лет на тридцать – сорок моложе, эта улыбка однозначно свела бы ее с ума.
– Я думал, что с годами приходит мудрость.
– Единственное, что приходит, это сожаление о том, что сделано или не сделано.
Собеседник так весело рассмеялся, что Марианна тоже невольно улыбнулась.
– Винсент. – Он протянул ей руку.
– Марианна, – представилась женщина, пожимая ее.
Она замечает кольцо на безымянном пальце его руки. Кованое серебро или белое золото, она не видит разницы. Массивное. Должно быть, дорогое.
Винсент, кажется, поймал ее взгляд, он вытянул руку вперед и начал рассматривать кольцо.
– Я сначала согласился. Я не знал, как сказать «нет».
Марианна снова отпивает из бокала. Выжидает.
– Там было много других людей, а я не хотел никому делать больно. Хотя в результате все равно сделал.
– Наверное, еще хуже было бы пожениться только из чувства жалости. И, к сожалению, за такое самопожертвование не дают медаль. Это я могу гарантировать.
Марианна вдруг осеклась. Не надо было приоткрывать эту горькую завесу. Но Винсент только кивает с задумчивым видом.
– Мне надо было попросить время подумать перед тем, как отвечать… Но я так растерялся.
– Я понимаю. – Марианна слегка замялась, до того как продолжить. – Я, наверное, слишком старомодна, но мне кажется, что делать предложение подобает мужчине.