Матильда Старр – Добро пожаловать в кошмар (страница 22)

– Завернись, – хмуро сказал он и с явным усилием отвел от меня взгляд.

Я юркнула в пиджак, который оказался достаточно большим, чтобы скрыть все стратегически важное. Запахнула его покрепче, окинула себя взглядом и вздохнула. Все-таки пиджак Демьена был недостаточно длинным, а поэтому открывал мои голые ноги ну очень уж высоко. Выглядело, прямо скажем, развратно. Демьен бросил на меня взгляд и вздохнул.

– Кажется, стало еще хуже.

– Вези меня домой, – велела я, – скорее!

И машина сорвалась с места. Он гнал по ночному городу так быстро, как будто мы участвовали в каком-то безумном ралли. С легкостью отрывались от преследователей, и стремились поставить какой-то рекорд, поэтому не сбрасывали скорость. Меня вдавливало в боковое стекло на поворотах или швыряло к водительскому сиденью. Впрочем, поездка была недолгой, в нашем городке особо негде разгоняться для настоящего ралли. Как только мы остановились у дома, я схватилась за дверную ручку.

– Куда? Я тебя провожу, – крикнул Демьен мне вслед.

– Не надо, – серьезно сказала я. – Лучше уезжай от греха подальше. Пока можешь.

Он упрямо помотал головой.

– Если ты в таком виде столкнешься с кем-нибудь в подъезде, то даже и без всяких приворотов… Пошли.

Он решительно вышел из машины и поволок меня в подъезд. А у меня сердце заходилось, тело предательски дрожало, а перед глазами стояли совершенно неприличные картины на тему того, что интересного можно сделать в подъезде, если из одежды на тебе только пиджак да белье. Ох, вот уж не ожидала от себя такой изобретательности. Я украдкой посмотрела на Демьена и как-то в одно мгновение поняла, что картины, которые рисует его воспаленное воображение, куда более неприличные. И тут меня сорвало. В середине лестничного пролета я схватила его за плечи и рывком прижала к стене. И буквально набросилась, совершенно не контролируя себя, жадно целуя в губы и забрасывая ногу ему на бедро, задыхаясь от страсти и едва сдерживая стоны. Нужно было быть железным, чтобы на это не реагировать. Да ладно, я домогалась его так страстно, что и железяку бы растопила. Но кажется Демьен был изготовлен из какого-то куда более прочного металла. Он рывком оторвал меня от себя и буквально поволок к двери. Вырвал у меня из рук сумочку, быстро достал ключи, открыл дверь, не слишком то деликатно втолкнул меня в дверной проем, зашвырнул мою сумочку с ключами следом и захлопнул дверь. И, кажется, только после этого перевел дух, во всяком случае его вздох облегчения я услышала довольно явственно. Он постоял немного у двери, явно боясь с искушением нажать кнопку звонка и исправить глупость, которую только что сотворил. Но это длилось недолго, и тишину сменили быстрые удаляющиеся шаги.

Ну надо же, кремень-человек. Это какая ж сила воли должна быть или… От догадки, которая меня осенила, сердце больно кольнуло. А может, ему не нужна такая уж сила воли, может, в своем нормальном, не привороженном состоянии я ему настолько не нравилась, что даже приворот эту ситуацию не очень-то изменил. Это было обидно. Так больно и обидно, что на глазах выступили слезы.

Я наклонилась, чтобы поднять сумочку и ключи, но передумала и села рядом с ними. И разрыдалась, отчаянно и в голос. Как же это больно. Может, меня потому так и накрыло этим приворотом, что куратор мне и раньше нравился. Я вспомнила капельки, которые стекали по его обнаженному торсу и то, как заворожило меня это зрелище еще до всяких приворотов. И разрыдалась еще громче. Гадость эти привороты, никогда их не буду делать, ни за какие деньги. Даже когда стану всамделишной ведьмой, опытной и могущественной. Почему-то подумалось о несчастном дяде Лёне. Вот уж у кого судьба тяжелая. Сначала приворожили, не спросив, потом еще ведьма прокляла, сделала из красавца пузатого дяденьку, а в довершении всего еще и супруга, к которой его магически привязали, бросила и ушла к новому красавцу. Вот уж кому должно быть еще обиднее, чем мне.

Я поднялась с пола. Пусть со своим приворотом я ничего сделать не могу, но хотя бы попытаться помочь несчастному дядь Лёне просто обязана.

Открыла книгу с четким запросом: как снять приворот, наложенный другой ведьмой. Раскрыла на первой попавшейся странице и… очень удивилась. Такого еще не было. Книга выдала вполне себе разборчивый текст вместо всякого там «дырбырбыр», да только видно его было очень плохо. Он то становился бледнее, то мерцал, как огни в ночном клубе, то появляясь, то пропадая. В общем, намучилась я пока прочитала. А сам рецептик оказался очень даже простой: растереть в пальцах сухую полынь, приговаривая при этом несложное заклинание. Никаких фотографий или вещей от привороженного не требовалось, достаточно было знать его имя. Легкотня же.

– Ну и чего ради было так выпендриваться? – спросила я у книги и направилась в кухню.

Там я аккуратно извлекла из полотняного мешочка пару веточек нужной травы, растерла ее в пальцах и без труда повторила заклинание. А потом… Потом в глазах потемнело, ноги подкосились и кажется, я рухнула на пол. Впрочем, не уверена. К тому времени, как это произошло, темнота захватила меня полностью.

Это была очень долгая темнота. Она не желала рассасываться и меняться. Кажется, прошла целая вечность, когда в этой темноте появилось кресло-качалка, в котором восседала Ангелина Генриховна. Кресло плавно покачивалось, хотя ни на чем особо не стояло, просто висело в темном пространстве.

– Дура ты, девка, – возвестил скрипучий голос. – По всем статьям дура.

– С чего бы это вдруг? – вяло отмахнулась я.

Спорить не хотелось. Честно говоря, ничего не хотелось.

– Подарок мой отбрасываешь. Никак принять не можешь. А мужика-то я тебе подобрала загляденье, и самой небось нравится.

– Из-за приворота нравится, – возразила я, впрочем, без особого энтузиазма.

– Ну да, ну да, повторяй себе это почаще, – хмыкнула старая ведьма. – Но это хоть и дурость, но небольшая. А вот хвататься снимать мои заклятья – это уж ты совсем ум потеряла. Хоть бы у куратора спросила для приличия, вместо того, чтоб его к стенкам прижимать, раз уж в койку тащить не собиралась.

– А что такое? – спросила я почти равнодушно.

– Так сила-то у тебя моя. А пользоваться ты ею, как я, не можешь.

– И что с того?

– А то, что валяешься ты сейчас без сознания и скорее всего помрешь, – она вздохнула. – Вся работа насмарку. Пока искала тебя, пока мамашу твою уламывала. Давно бы уже могла отдать силу первой встречной. Так нет же, думала пусть родная кровь. А ты вот чего натворила. Дура – она дура и есть.

Я вздохнула. Ну раз ведьма так говорит, может, и правда дура. Да что уж теперь.

– А кстати, – спросила я ее вдруг, – кто за книгой охотится? Беспорядки у меня в доме устраивает. И вообще безобразничает.

– Так тебе ж твой красавчик сказал: ведьмы. Точнее, одна ведьма. Но весьма гадкая.

Она поморщилась и настроение у нее явно ухудшилось.

– А как мне от нее защититься? Ну если я выживу.

– Защититься? Тьфу! Совсем малахольная!

Старуха была явно недовольна мною. Ну да и черти с ней… Я тут, может быть, вообще умираю. Какое мне дело до ее симпатий.

– А что надо делать? – спросила я скорее из любопытства, чем из желания что-то там делать.

– Шарахнуть ее заклинанием так, чтобы и думать забыла к твоему дому приближаться.

Почему-то эта мысль мне очень понравилась. Шарахнуть! Да, это было бы здорово. Но вслух я сказала другое.

– Чтобы шарахнуть, ее еще найти надо.

– Вот, хоть что-то путное в голове появилось, – проворчала старуха. – Может тебе почаще надо ею о пол шмякаться? Найти-то можно, отчего же нельзя.

Она вздохнула и посмотрела на меня почти с сочувствием.

– А что не так? Это кто-то из моих знакомых? – похолодела я. Шарахать, к примеру, Маринку или ту же Лизавету мне совсем не хотелось.

– Тьфу на тебя, совсем дурная. Неужто ты думаешь, что я в своем городе еще одну ведьму потерпела? Среди приезжих ищи.

– Родственники ваши тоже вот приезжие, – зачем-то сказала я. – А сын даже книжку стал искать, чтоб отдать кому-то.

Старуха засмеялась.

– Ну да, искатель. Уж от этих двоих, сына и внука, я ее хорошо заколдовала. Даже если носом уткнутся, не увидят. Ты ерундой не занимайся, настоящую ведьму ищи.

– Если выживу, – напомнила ей я.

– Ага, так и есть.

Кресло-качалка растворилось в темноте, а в следующее мгновение все мое тело пронзила резкая невыносимая боль. Хотя нет, не все тело, а только руку до локтя. И тут же в мои уши ворвался нечеловеческий вопль, такой жуткий, что я открыла глаза и подскочила. Вопль исходил от моего новоприобретенного кота, а сам кот…

– Брысь, брысь! Ты что делаешь, негодник! – закричала я на него. Потому что это мохнатое чудовище вцепилось в мою руку зубами и передними лапами, а задними драло ее изо всех сил.

Кот отскочил в сторону и удалился, а я стала осматривать раны. Да уж, с десяток глубоких кровавых полос красовались на моей руке и жутко саднили. Я вздохнула, поднялась с пола и снова поплелась к книжке.

– Как быстро залечить кошачьи царапины? – спросила я и открыла ее наугад.

Моему взору открылся с десяток рецептов, а в самом низу страницы крупными буквами было приписано: «Если, конечно, это не ведьмин кот». Я вздохнула. Боюсь, эти рецепты мне никак не помогут. Поэтому я закрыла книгу и устало спросила: