Матильда Старр – Добро пожаловать в кошмар (страница 19)

– Может, тогда придумаем стоп-слово? – снова взяла я слово после минутного размышления. – Пусть оно будет сигналом к прекращению всякого… ну… этого…

– Стоп-слово? – усмехнулся Демьен. – Ну надо же, сексуальное просвещение добралось и до глубинки. Не ожидал обнаружить у тебя такие познания. Может, мне и не стоит отказываться от приворотного действия? Кто знает, как ты еще меня удивишь.

Колдун явно был намерен развить тему и дальше, но я метнула в него такой злой взгляд, что он притих.

– Но идея в целом неплохая, – уже гораздо более серьезным тоном признал он. – Давай попробуем.

– Отлично! – кивнула я, все еще сердясь на него. – Может, тогда это будет слово нахал? А то я как представлю кого-то с короной выше Эйфелевой башни, так у меня сразу либидо до нуля падает.

– А что сразу нахал – парировал куратор. – Может, недотепа? После такого и я не боец.

– Недотепа, значит? А как тебе хам, наглец или самовлюбленный гад? По-моему, это тоже довольно отвратительно.

– Равно как неумеха, дуреха или мокрая курица!

– Ах, вот как! Тогда предлагаю «ладан». Говорят, от него такие как ты шарахаться должны, – с вызовом бросила я.

– И такие как ты тоже, – рассмеялся Демьен.

Пара мгновений мне понадобилась на то, чтобы вспомнить, что я и сама вроде как теперь принадлежу к отряду нечистых сил.

– Ну вот, давай тогда остановимся на «ладане», – захохотала я вслед за ним. – Хотя, знаешь, сейчас уже кажется, что не такой и сильный этот приворот. Вон мы сколько с тобой здесь сидим и вообще ничего.

– Ну-ну, – процедил куратор и отвернулся.

Я тоже спокойно откинулась на спинку сидения. И только в этот момент почувствовала, что мой бюстгальтер расстегнут и некрасиво топорщится со всех сторон. Вот ведь ловкий этот колдун! И когда только он успел?

Я поерзала, стараясь придать кружевному предателю какое-то равномерное положение на моем теле, но он только еще сильнее скособочился и начал выпирать сразу со всех сторон. Я изловчилась, извернулась и поерзала посильнее. Но и этот маневр не принес ожидаемого результата.

– Застегнуть? – неожиданно раздался над моим ухом голос Демьена.

Вместо ответа я злобно на него зыркнула, но куратора это вполне ожидаемо не смутило.

– Просто привык сам исправлять все, что натворил, – пожал он плечами. – К тому же приворот не такой уж и сильный, сама же сказала. Или у тебя все-таки есть какие-то эмоции?

– Нету, – пожала я плечами и повернулась к колдуну спиной. – Исправляй, если хочешь.

Тут же почувствовала, как его руки скользнули мне под блузку. А уже через мгновение ощутила щелчок застежки. Пальцы Демьена, расправившись с делом, лишь на мгновение задержались на моей коже, а затем быстро заскользили вдоль позвоночника вниз, чтобы выбраться. Это быстрое прикосновение подействовало на меня примерно как зажженная спичка на керосин. По телу мгновенно разлился жар, а в животе откуда-то взялся тугой пульсирующий комок.

Чтобы не выдать себя, я до боли закусила губу. Но это не помогло: резким толчком тело прогнулось в пояснице и потянулось навстречу ему. Руки колдуна, почувствовав податливость, на секунду замерли, а затем я ощутила, как его пальцы заскользили вокруг пояса брюк. Пламя внутри меня вспыхнуло сильнее, и его немедленно стоило затушить.

– Ладан, – прохрипела я, все же найдя в себе силы.

Ногти Демьена на секунду впились в мою кожу, словно его руку свело судорогой, а потом он резко убрал их с моего тела. Сразу стало холодно, грустно и стыдно. Разве можно так реагировать на простое прикосновение?

Злясь на себя, дурацкий приворот и заодно на Демьена, я скрестила руки на груди и уставилась в окно. После всего смотреть на куратора было как-то неловко, и я планировала просидеть в такой позе всю дорогу до дома. Но время шло, тело мое уже затекло, а звука мотора все не было слышно.

– И что, так и будем стоять? – спросила я, не поворачиваясь в его сторону. – Я вообще-то есть уже хочу. И душ принять. И спать. А то в тюрьме, знаешь ли, условия не курортные и питание не пятиразовое.

– Я уже понял, что после заключения ты очень много всего хочешь, – насмешливо произнес Демьен, и я очень порадовалась, что не вижу в этот момент его самодовольную физиономию. – Но извини, придется немного потерпеть. надо дождаться нашего дорого Аристарха. Проследим за ним. Может, удастся выяснить, кто так настойчиво пытается заполучить через него твою книгу.

Я молча кивнула. Стоило признать, что куратор был прав. Однако я даже не представляла, насколько сложно будет сидеть с ним в одной засаде после всего случившегося. Тишина вокруг нас с каждой секундой становилась какой-то уж слишком звенящей. И даже немного неприличной. В такой чего только себе не напредставляешь.

Я стоически боролась с эротическими фантазиями, когда к полицейскому зданию подъехала машина «Скорой помощи». Чуть ли не на ходу из нее выскочили два здоровенных мужика в зеленой врачебной форме и с озабоченными лицами устремились к двери.

– Что-то мне это не нравится, – задумчиво произнес Демьен. – Как бы эти стражи порядка не довели нашего Аристарха до безвременной кончины.

– Вряд ли, – пожала плечами я. – Если так, они бы сразу с собой носилки взяли. У них же только чемоданчик в руках был, а его к трупам не берут, бесполезно.

– А ты наблюдательная, – сделал куратор первый в жизни комплимент и даже при этом не зашипел и не превратился в едкий дым.

Но не успела я его поблагодарить, как ведьмин сын появился на крылечке собственной персоной, подтвердив свое чудесное самочувствие. Правда, только физическое. Судя по тому, что он был плотно запеленат в смирительную рубашку, а за оба плеча его держали санитары-амбалы, с психическим все было не так радужно.

– Я же говорю вам, ведьма она! Настоящая! Она бы на вас в два счета такую порчу навела, что вы бы больше никогда…

Он при этом отчаянно тряс массивной головой, еще больше разрушая образ здравомыслящего человека.

– Эх, не рассчитал я силы, – с досадой произнес Демьен, наблюдая, как нашу единственную «зацепку» заталкивают в автомобиль. – Переборщил с заклятием честности. Кто ж знал, что ведьмин сын таким слабаком окажется?

– Что же нам теперь делать?

Я, наконец, повернулась и посмотрела на куратора. Но лучше бы мне этого в тот момент было не делать. Впервые за время нашего знакомства тот показался мне по-настоящему растерянным.

По крайней мере, человек, у которого есть четкий план и к нему парочка запасных, совершенно точно выглядел бы по-другому. И от этого мне стало не по себе. Кажется, вообще никто больше в этом мире не мог сказать, что теперь будет, и с какой стороны ждать следующий удар.

Глава 17

Я не успела всерьез проникнуться тем обстоятельством, что у моего всезнающего куратора нет никаких идей, потому что как раз в этот момент зазвонил телефон. Мама. Ну надо же, как не вовремя. Или вовремя?

Может, пока мы будет общаться, Демьен одумается и что-нибудь да сообразит. В конце концов, это его работа – присматривать за такой неопытной мной. Так что я ответила.

– Сашенька, деточка, что там у тебя случилось? Ты в порядке? Где ты? – посыпался на меня град вопросов.

– Да вроде все нормально, а что?

– Ой, мамочки, – всхлипнула она, неужели и правда плачет. – Мне тут такого понарассказывали, что тебя в полицию забрали. И что ты ведьму эту и ограбила, и чуть ли не убила.

Я едва могла разобрать ее слова, потому что теперь родительница не просто всхлипывала, а рыдала.

– Никого я не грабила и не убивала. Все хорошо. А в полицию да, вызывали, вопросы задавали. Да тут же и отпустили.

– Какие вопросы? – насторожилась мама.

– Да ерунда. Сын Ангелины Генриховны, похоже, с ума сошел от горя, вот и несет ерунду всякую.

– Ангелина Генриховна! – сказала вдруг мама с обидой. – Ведьма она натуральная! Зачем я только с ней связалась.

И тут же прекратила рыдать, запнулась, словно поняла, что сказала лишнее.

– Что значит – связалась? – медленно проговорила я.

– А я сказала «связалась»? – проговорила мама самым невинным голоском. – Нет-нет. Просто оговорилась.

– Мама! – я сама удивилась, насколько строго прозвучал мой голос, – если ты что-то знаешь, рассказывай! У меня тут такая ерунда творится.

– Какая? – обеспокоенно спросила она.

Ну уж нет, этот фокус не сработает. Вопросы буду задавать я. Мне нужнее.

– Рассказывай сейчас же, что у вас там с ведьмой вышло.

Мама вздохнула и заговорила. И мне уже не приходилось вытаскивать из нее каждое слово клещами. Стоило ей начать, и информация хлынула, как из прохудившегося ведра. Похоже, непросто ей было столько времени хранить такую тайну. Так что не прошло и десяти минут, как я была в курсе всех подробностей этой истории.

Оказывается, Ангелина Генриховна явилась в нашу маленькую квартирку почти год назад и сразу же обескуражила маму сообщением о том, что я, оказывается, какая-то ей то ли тооюродная, то ли четвеюродная правнучка или внучка. Мама так обалдела от этих новостей, что степень родства так и не запомнила. Старушка рассказала, что собирается оставить внезапно обретенной родственнице наследство, и единственное, что для этого требуется, организовать кое-что: чтобы в нужный день и час я явилась в дом бабки.

Мама, разумеется, перепугалась до смерти и сообщила ведьме, что никакого наследства не надо и мы живем в достатке. Та оглядела нашу квартирку и захихикала. Достатком там, конечно, и не пахло. А потом и говорит: