Матильда Бейл – Бешеная. Королева проклятых (страница 55)

— Ну почему же, я прекрасно понимаю Вас хозяин. Те наказания, что Вы применяете к ней каждый день и то, как она их переносит. Ух… Это действительно заводит. Прямо БДСМ игры, но только на взрослом уровне, с элементами настоящего садизма и без всяких там глупых стоп слов, прям как я люблю.

В глазах Константина я замечаю опасный блеск, кровь в моих и без того холодных жилах стынет. В этот момент я совершенно искренне рад, что мы с ним по одну сторону баррикад на столько, что готов совершить святотатство и помолиться всем существующим богам.

МАЙЯ

Я уже три дня нахожусь в плену у одной мерзкой отмороженной сволочи. Будучи привязанной к столбу, который эти твари соорудили посреди комнаты, которая когда-то была столовой, я невольно осознаю всю жопу ситуации. Вот уже три дня, как продолжаются мои пытки, каждый день, в одно и тоже время Александр со своим верным слугой Константином приходят сюда, чтобы, как говорит этот гад "Преподать мне урок".

В следствии этого «урока» всё моё тело покрыто синяками и ссадинами, спина вся исполосована и покрылась глубокими рубцами, после ударов хлыстом. Каждый день, я пытаюсь противостоять ему, но не могу. Моя магия не может вырваться наружу, видимо её удерживают кандалы, инкрустированные специальным камнем, они не позволяют моей магии освободиться. В результате чего моё тело горит изнутри, кажется, что все вены и сосуды вот-вот полопаются. Если меня не убьёт эта сволочь, то это сделает моя собственная сила.

Находясь в плену, я искренне жалею только об одном. Нет, не о том, что не смогла убить этого вампира и не о том, что пошла сюда одна и попала в плен. Приближающаяся смерть, тоже не вызывает во мне никаких эмоций. Меня гложет чувство вины перед Есенией и её ребёнком, я дала слово, которое не смогу сдержать, я подвела и их, и своего покойного брата. Я должна была позаботиться о них, а вместо этого я сегодня умру.

— Знаешь, а я ведь мог бы тебя простить, если ты меня хорошенько попросишь, — вампир подошёл ко мне вплотную, от него пахло магией, запах был очень знакомым.

— Я лучше с чертями в аду, в одном котле буду сидеть в карты играть и горячий глинтвейн попивать, чем о чём-то попрошу отмороженную тварь вроде тебя.

Ответом на мою дерзость стала пощёчина, от которой у меня голова чуть от шеи не оторвалась. Похотливо посмотрев мне в глаза, он как будто сам себе сказал:

— А всё-таки в тебе что-то есть.

Я открыла рот, чтобы в очередной раз огрызнуться, но не успела я ничего сказать, как этот кровосос закрыл мне рот своим поцелуем. Поцелуй был жёстким и мерзким, он не целовал меня, он скорее кусал мои губы, у меня во рту потекла тёплая солёная жидкость, моя кровь. Наконец-то отлепившись от меня, он с довольной улыбкой на лице продолжил:

— А ты вкусная…

— Понравилась кровушка моя?

— Да — а — а, медленно не скрывая своего удовольствия пропел он.

— Ну тогда, на ещё тебе добавки, урод, — с этими словами я набрала побольше крови во рту и харкнула ей прямо в лицо этому упырю.

Утерев рукавом своё бледное, аристократичное лицо, он, повернувшись ко мне спиной произнёс:

— Несите хворост. Устроим представление прямо здесь, — дав указания своему слуге он вышел вон.

***

Моя казнь была назначена на три часа дня. Всё уже было готово, хворост разложен вокруг меня, палач, который будет исполнять казнь уже стоял в углу.

Оказывается, чтобы этой сосульке сошла с рук моя смерть, должен был состояться суд и меня казнить мог только специальный палач. Никакого суда, конечно же не было, но палача они откуда-то припёрли. Ясное дело он их человек, так что до смерти мне оставалось всего минут двадцать. Константин стоял напротив меня и пока ждал своего хозяина рассматривал меня с извращенной удовлетворённостью. Судя по всему, он был садист и мои муки доставляли ему сейчас просто невероятное удовольствие.

Дверь в столовую скрипнула и на пороге появился тот, кого я никак не ожидала здесь увидеть-колдун. Он легкой уверенной походкой шагнул внутрь. Он выглядел безумно уставшим, синяки под глазами и легкая щетина, свидетельствовали о том, как много бессонных ночей он провёл. Мне же находящейся в этом доме, среди этих тварей, он показался ещё красивее, в отличие от них он был живым.

Посмотрев на меня, он болезненно скривился, но его реакция была заметна всего пару секунд. В следующее мгновение на его лице застыло выражение непроницаемой маски. Поравнявшись с Константином, он произнес:

— Я приветствую тебя друг мой.

Вампир немного напрягся, но видя непроницаемое выражение лица колдуна и слыша спокойствие в его голосе, он успокоился.

— Что привело тебя сюда, брат? — немного подумав. — Только не говори, что ты пришёл за девчонкой…"Weißer Wolf."

Мои знания в немецком были не самыми блестящими, откровенно говоря они были позорными, но какие-то элементарные вещи из школьной программы я всё же помнила, поэтому поняла, что этот кровопийца назвал колдуна "Белым волком". Но почему, понять не смогла. Или может это меня мои знания всё же подводят… Вот, что бывает, когда вместо того, чтобы учить язык, ты просто слушаешь песни группы Rammstein и ZSK.

— Не переживай, брат. Я просто хочу с ней поговорить и поприсутствовать на казни, если Александр не против.

Сердце в моей груди, предательски сжалось. Посмотрев в глаза колдуну, я поняла, он не поможет мне. Его устраивает моя смерть. Кто знает, может он замешан и в смерти моего брата. Собрав остатки духа, я произношу:

— Я всегда знала, что тебе нельзя верить. В убийстве моего брата тоже принимал участие?

Огромными шагами колдун в доли секунд преодолевает расстояние между нами, его рука сжимается на моей шее. Я задыхаюсь от его хватки. Он снова готов меня придушить, как и пару недель назад. Но в этот раз приезд дяди не спасёт меня от его смертельной хватки, и я не смогу его пнуть, в этот раз я связана по рукам и ногам. Помощь пришла откуда не ждали, Константин, подлетев к Людвигу начал его оттаскивать.

— Эй, брат, хозяин не велел её трогать. Я не могу позволить тебе ее придушить. Если Александр узнает, что я ничего не сделал, а просто молча стоял и смотрел, он меня убьёт.

Людвиг ослабил хватку, но руку с моей шеи не убрал.

— Тогда выйди и не смотри, дай мне пару минут поговорить с этой змеёй.

Вампир недоверчиво покосился.

— Тебе не о чём беспокоиться, палач останется с нами, — елейным голосом произнёс он. — Мы же друзья, не бойся я тебя не подставлю.

Немного помявшись, вампир всё же вышел.

— А ты… — колдун подошёл так близко, что наши тела слегка соприкасались и моё тело тут же предательски отреагировало на это дрожью. — Никогда не смей говорить, что я причастен к смерти Марка. Я любил его, как брата. Он единственный кто был рядом со мной, после твоего предательства.

— Да, ну. Так же, как любишь меня? — не знаю, чего я добивалась, но мне просто жизненно необходимо было выговориться перед смертью.

— Чего ты хочешь от меня Майя? — его голос сорвался. — Зачем ты заставляешь меня гореть в пламени ада, будучи ещё живым? Я отдал тебе всего себя, а ты плюнула мне в душу.

— Ты сделал это, чтобы получить корону.

— Это тебе твой пёс сказал. Конечно ему ты веришь, а мне нет. Почему? Разве я заслужил такое недоверие? — последнюю фразу он прорычал. — Что я должен ещё был сделать, чтобы заслужить твоё расположение?

— Хочешь заслужить моё доверие, хорошо? Всё просто. Выбери меня. Откажись от короны.

Опустив руку, он отошёл от меня, так ничего и не сказав. В комнату вошёл Константин.

— Хозяин через пару минут будет. Ты останешься на казнь?

— Да, я же уже говорил ну, если конечно Александр не против.

— Нет, он очень даже за. Хочет с тобой что-то обсудить.

— Хорошо.

Повернувшись ко мне спиной, колдун пошёл на встречу приятелю. Поравнявшись с ним, он быстро и резко вонзил свою руку в грудь вампиру. На лице кровопийцы отразилось удивление и боль, он упал на пол. Людвиг разжал руку, в ней было сердце вампира. Повернувшись ко мне, он со словами:

— Это мой тебе ответ, — бросил сердце Константина мне под ноги.

Глава сорок вторая

МАЙЯ

Вечно балансирую на тонкой грани

между "Бережёного бог бережёт" и

"Сгорел сарай-гори и хата."

Афоризм

***

К несчастью Александр был очень пунктуален, он появился, как и говорил Константин через пару минут. Как раз в тот самый момент, когда Людвиг бросил мне под ноги сердце своего бывшего лучшего друга. Появился он не один, а в сопровождении своих жён. Обе девушки были очень высокими и худыми, их лица словно из фарфора, такие же бледные и гладкие. Одна была блондинка с голубыми глазами, другая рыжая — с зелёными. Они были красивыми, но красота эта была уж слишком приторной и не живой.

Впервые за всё это время меня охватила паника, что теперь делать? Сможет ли колдун в одиночку справиться с тремя вампирами, один из которых тоже теперь может колдовать, плюс палач, стоящий в углу. Впервые я действительно задумалась о том, что же нас ждёт впереди. Вот только Людвиг похоже совсем не разделял моей тревоги, он с абсолютно спокойным выражением лица пошёл на встречу вампиру, широко разводя руки для объятий.

— Александр, рад тебя видеть. Я уже заждался.

Вампир очевидно боясь показаться трусом, раскрыл свои руки в ответном жесте, но если на лице колдуна царило полное спокойствие, то вампир обнимал своего гостя с явно читаемым беспокойством. Александр опасался подвоха, но непринуждённое поведение Людвига сбивало его с толку. Колдун продолжил лить воду в уши кровососа.