Матильда Аваланж – Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (страница 36)
– Я чувствую, вы что-то знаете. Расскажите, прошу!
– Вы зря пришли сюда. Ничем не могу помочь.
– Значит, ничем?
Внутри полыхнула вспышка злости. Я и сама почувствовала, как изменился мой голос. Стал хриплым, шипящим.
Кажется, молодой драконице становилось очень тесно внутри меня.
Удивительнее всего повел себя Эрид. Дворецкий огляделся по сторонам и втолкнул меня в какой-то пустующий коридор.
– Что вы тут устраиваете?
– Она приходит ко мне.
– Что?
– Ведьма. Гелла. Она приходит ко мне в черном платье и черной вуали. Я очень боюсь. Кажется, она хочет забрать меня…
Мне сделалось дурно. Очень жарко. Показалось, что шарф сейчас задушит. Не отдавая отчета в своих действиях, я дернула кусочек ткани. Сердце Дракона выскочило наружу.
Костин уставился на него с таким выражением, словно увидел у меня явный признак смертельной болезни.
– Мировое древо! Откуда у вас сердце?
– То есть, вы не хотите отвечать на мой вопрос, а я должна ответить на ваши?
– Будь вы прокляты… Или благословенны, – прошептал вдруг мужчина. – Что ж, я расскажу. Но учтите, что это может стоить мне жизни.
– Неужели такая страшная тайна?
– Разве тайны правителей мира сего могут быть иными? – усмехнулся Костин. – Ради чего бы не являлся вам призрак Геллы, знайте, он не причинит вам никакого вреда. Мою хозяйку лишили всего, что ей дорого. Подставили, оболгали, а затем жестоко убили посредством сильнейшего яда.
– Что? Но зачем? Кому это было нужно?
– Мераксу Цезариону. Кому же еще, юная леди?
Я схватилась за голову.
– Не понимаю… Черт побери, я не понимаю!
– Уничтожив кесаря Сайфера, этот ничтожный подлый человечишка приказал избавиться от женщины, которую Сайфер боготворил. Да, это так. Гелла и Сайфер любили друг друга. После смерти дракона она надела траур. Моя хозяйка страшно горевала по своему возлюбленному дракону. Поэтому ее призрак является вам в наряде вдовы.
– Куда тогда исчезали молодые девушки? Если она их не мучила, не убивала?
– Куда они исчезали? – медленно переспросил Костин. – Пойдемте со мной и вы узнаете ответ на этот вопрос.
Мужчина куда-то меня повел. Где-то вдалеке гремела музыка. Кажется, уже начался фейерверк. Но мы отдалялись в сторону мрачного сырого подземелья.
Я испытывала все большее беспокойство, что зря доверилась этому незнакомцу. Что, если я шла на верную погибель?
Вскоре при помощи какого-то тайного приспособления он открыл малоприметную дверь.
– Заходите. Заходите, не бойтесь.
Чуток поколебавшись, я все-таки вошла.
И удивилась.
Это была вычурная спальня, оформленная в багровых тонах. Кричащая, безвкусная. С круглой кроватью, застеленной ярко-красным покрывалом и обоями в немыслимых узорах. Мое внимание привлек хрустальный шкаф, в котором были выставлены вещи, как в музее.
Смотрелся этот шкафчик довольно странно, если честно. В нем были атласные туфли, бриллиантовая сережка, веер, перчатки и прочие женские вещи. Судя по виду, они принадлежали совершенно разным женщинам.
И вдруг… На самой нижней полке, в углу я заметила знакомую вещицу!
Простенькая деревянная брошка в форме птички.
Она принадлежала кесарьской прачке Присси Трасс, которая пропала много лет назад…
И вдруг я посмотрела на эту комнату другими глазами. Страшная догадка мелькнула внутри.
– Что это за место? – с дрожью в голосе спросила я.
– Комната для развлечений Его Кесарьства Меракса Цезариона, – сухо ответил дворецкий. – Его Кесарьство любит оставлять памятные игрушки… Для воспоминаний о своих развлечениях.
Я прикрыла глаза и изо всех сил надавила на виски. Открывшаяся правда оказалась ужасной.
– Это он их убил? Всех этих девушек? А свалили все на Геллу, что это она ведьма? Ни в каком озере она их не топила и никаких темных ритуалов не проводила. Она просто оказалась удобной мишенью, на которую можно было свалить всю вину. Но зачем вы? Зачем служите этому чудовищу? Маньяку, который так безжалостно расправился с вашей прошлой хозяйкой?
– Вам пора, леди. Я так сказал и показал достаточно.
Все мои дальнейшие вопросы оказались бесполезными, как об стенку горох. Костин помог мне выбраться из башни через потайной ход.
Но когда садилась в карету, услышала знакомый голос.
– Что, решила сбежать от меня, даже не расплатившись, детка? – Голден влез в салон вслед за мной и бухнулся на сиденье. – Я выполнил свою часть сделки и даже больше. Ты имела честь познакомиться с моим венценосным дядей. Он сильно заинтересовался тобой. Благо, у тебя хватило ума уйти в тень и не показываться ему на глаза. Если бы дядя узнал, что моей спутницей является какая-то там кухарка, я бы тебя уничтожил! Но за то, что ты говорила с самим кесарем, девка, расплатишься вдвойне.
Как же не вовремя! Черт! Черт побери!
ГЛАВА 38
Разумеется, я не собиралась спать с этим противным мажором. Но еще не придумала, как выйти из положения.
За дорогу от башни до академии руки Голдена Цезариона побывали у меня, кажется, во всех мыслимых и немыслимых местах.
Его приставания раздражали, мешали сосредоточиться на своих мыслях. А подумать мне очень хотелось. Вернее, это было почти жизненно необходимо.
Такое чувство, что передо мной лежали кусочки пазла. Оставалось только сложить их между собой.
Но из-за этого проклятого племянника не получалось!
Не думала, что Голден Цезарион окажется таким назойливым. Вернее, даже настырным.
Особняк академии уже был погружен в ночную тьму. Только светилось несколько огней. Эта ночь выдалась на удивление темной. И особенно темной она была здесь, вдали от ярко освещенной Стальной Башни, где кипело празднество.
Когда мы вышли из кареты, парень настойчиво повлек меня к лестнице, ведущей в мужские комнаты.
Но вдруг двор озарился ярким светом, и мы увидели сидящего на лестнице Ригана Шакса. Его сюртук был расстегнут, а шейный платок расслаблен. Демократичный вид проректора мог обмануть кого угодно, но только не меня.
Синие глаза мужчины опасно блестели застывшим льдом.
– Леди Лили. Я вас заждался.
– Это, конечно, замечательно, но леди Лилиана пойдет со мной, – нагло сказал Голден. – Ее рабочее время давно закончилось, Ваша Светлость проректор!
– Леди Лилиана пойдет со мной, – даже не глядя на племянника кесаря, процедил Риган. – И это даже не обсуждается.
– Вообще-то, леди Лилиана мне кое-что должна…
– Кому должна, леди Лилиана прощает, – осклабился Риган. – А теперь кыш отсюда, щенок!
Проректор сейчас мало походил на уважаемого профессора. Скорее – на какого-то дикаря, не управляемого совершенно.
И драконице внутри меня это нравилось! Безумно нравилось, как он на нее… Как он на меня смотрел.
Голден зыркнул злобно, но трусливо отступил, подчиняясь сильнейшему.
И я тоже подчинилась, покорно проследовав за ним в его покои.