Маша Тусина – Синдром разбитого зеркала (страница 1)

Синдром разбитого зеркала

Пролог

Квартира находилась на пятом этаже панельной пятиэтажки. Лифт не работал — сломался три года назад, и никто не чинил. Вера считала ступени: восемьдесят семь до второго, сто сорок три до третьего, сто девяносто восемь до четвёртого. На пятом она сбилась — кто-то поставил на лестнице коробки, пришлось перешагивать, и счёт потерялся.

Она не любила терять счёт. В мире математики всё должно было сходиться.

Дверь была не заперта. Вера толкнула её и вошла в прихожую, пропахшую лекарствами и одиночеством.

— Мам, я пришла, — сказала она в пустоту.

Из комнаты донесся шорох. Вера прошла внутрь.

Елена Вихрова сидела за столом. Тем же самым, заваленным книгами и бумагами, что и двадцать лет назад, когда Вера была маленькой и засыпала под шелест страниц. Только теперь книги были другими — дешёвые детективы в мягких обложках, которые Вера покупала в ларьке у дома, потому что мать могла читать их снова и снова, забывая, что уже читала.

На столе стояла кружка с остывшим чаем. Рядом — тарелка с нетронутым бутербродом.

— Мам, — позвала Вера.

Елена подняла голову. Лицо у неё было красивое — точеные скулы, большие серые глаза, тонкие губы. Таким лицам место на обложках научных журналов, а не в этой захламлённой квартире. Но глаза… глаза были пусты. Смотрели на Веру и не видели.

— Вы кто? — спросила Елена. Голос звучал вежливо, но настороженно. — Зачем вы в моём доме?

Вера выдохнула. Медленно. Контролируя диафрагму.

— Я Вера, мама. Твоя дочь.

— У меня нет дочери, — сказала Елена ровно. — Я одна.

— Посмотри на фотографии. — Вера указала на стену, где в дешёвых рамках висели снимки: Елена с младенцем на руках, Елена и маленькая Вера на море, Елена на вручении диплома, а рядом — девочка-подросток с косичками. — Это я. Вера.

Елена проследила за её взглядом. На секунду в глазах мелькнуло что-то — узнавание? — и погасло.

— Красивая девочка, — сказала она равнодушно. — Вы на неё похожи. Вы сестра?

Вера сжала пальцы в кулак. Ногти впились в ладонь — четыре полумесяца, ровно столько, чтобы боль отвлекла.

— Я сделаю чай, — сказала она. — Посиди.

На кухне она включила электрический чайник и прислонилась лбом к холодному стеклу. За окном — серые пятиэтажки, гаражи-ракушки, сутулые фигуры, спешащие по делам. Свобода, от которой почему-то хотелось выть.

Чайник закипел. Вера налила воды в кружку, заварила пакетик, положила две ложки сахара — мать любила сладкое, это она ещё помнила.

Когда она вернулась в комнату, Елена сидела в той же позе. Но теперь она смотрела на старую фотографию, которую достала из стопки на столе. Снимок выцвел, но контуры угадывались: молодая женщина в лабораторном халате, на фоне здания из стекла и бетона, с гордой осанкой и ясным взглядом.

— Красивое здание, — сказала Елена, не оборачиваясь. — Я там была?

— Да, мама. Ты там работала. Институт «Сигма».

— «Сигма», — повторила Елена. — Что-то знакомое. Греческая буква. Сумма.

— Ты занималась нейролингвистикой. Работала над проектом «Зеркало». — Вера подошла ближе. — Ты помнишь?

Елена молчала долго. Потом перевернула фотографию. На обороте чернилами, выцветшими до бледно-голубого, было написано: «Сигма. 2019».

— Я не помню, — сказала она просто. И отложила фото. — Вы кто? Зачем вы в моём доме?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.