Маша Малиновская – Я купил тебя. Дорого (страница 7)

Только мне себя видеть не хочется. Хочется зажмуриться и содрать с себя эту одежду. Вместе с кусками кожи.

Лиза закрепляет корону у меня в волосах, и последним штрихом являются чёрные замшевые лодочки на высоком каблуке.

– Вы настоящая королева, – шепчет Лиза. Мне даже кажется, что её восторг вполне искренен. – Остальные в сравнении с вами…

Она прикусывает язык, сглатывает и тут же опускает глаза.

Остальные…

Интересно, сколько их было этих королев?

Неужели все они, как утверждает Богдана, были рады стать эскортом для богача?

– Идём, – Лиза подаёт мне в руки маску и кивает на дверь.

Я делаю несколько шагов и застываю у выхода. Пульс повышается до невероятных цифр и стучит где-то в горле. Картинка перед глазами плывёт.

Крепко сжимаю кулаки, стараясь прогнать жуткие картины, которые рисует мозг – комнату в красном бархате, кожаные наручники, средства для пыток…

Скорее бы всё это закончилось, что бы ни ждало меня.

Обласов уже ждёт меня у подножия лестницы. На нём костюм и чёрная рубашка без галстука.

Дьявол.

Красивый, опасный, ледяной.

Человек с деньгами и без души.

И взглядом, загоняющим под плинтус.

– Ты быстрее, чем я мог надеяться, Милана, – на губах его появилась лёгкая улыбка, абсолютно не затронувшая глаза. – Мне нравятся девушки, ценящие своё и моё время.

Ничего не отвечаю. Не знаю даже, что должна говорить в его присутствии. У меня язык неповоротливый становится и к нёбу прилипает от одного лишь звука его голоса.

– Прошу, – по-светски предлагает локоть, словно мы на бал пойдём.

Я просовываю онемевшую кисть ему под локоть и сжимаю пальцы в кулак, чтобы они перестали дрожать. Прикосновение к этому мужчине заставляет тело прийти в боевую готовность, налиться напряжением.

– Сегодня закрытая вечеринка, посвящённая конкурсу. Посетим её ненадолго, – говорит Обласов, кладёт на мои пальцы свою руку и сжимает, заставляя резко выдохнуть от ощущения жжения на коже.

Итак, эшафот откладывается ещё на пару часов.

Глава 9

В машине едем недолго, но всё это время я настолько напряжена, что у меня болят уже не только мышцы спины, но и ноги, и лицо.

Близость этого мужчины пугает меня и вводит в ступор. Дышать рядом с ним страшно, посмотреть на него я ни за что не решусь.

Я чувствую, как он окутывает меня своим присутствием. Своей тёмной аурой, своим запахом. Давит холодом.

Сам Обласов молчит. Он спокоен и абсолютно расслаблен. Смотрит на дорогу, и я тихо радуюсь, что хотя бы в эти минуты его внимание не приковано ко мне.

Автомобиль останавливается возле одной из высоток. Но это не просто жилой дом. На первых нескольких этажах бары, рестораны и спа, а выше пентхаусы.

Дверь мне открывает водитель, а Обласов ждёт, стоя спиной к машине. Не оборачиваясь, он предлагает мне снова свой локоть, который я, конечно же, принимаю.

Мы входим в фойе, и я поражённо осматриваюсь вокруг. Атмосфера роскоши давит, ярко демонстрируя, что тут ждут только гостей с большими деньгами. Стойка регистрации чуть в стороне, кожаные кресла и диваны в светлых молочных тонах, идеально чистый, почти зеркальный, пол. В центре тяжёлая многоуровневая люстра. Много живой зелени в горшках. А может, она и не живая, только выглядит так.

Здесь же в холле нас встречает швейцар, здоровается и улыбкой и предлагает пройти к лифту. Поднимается вместе с нами на двадцатый этаж.

Когда лифт открывается, мне кажется, будто я попадаю в другую реальность. Приглушённый свет, лёгкая музыка. Это помещение нельзя назвать комнатой, скорее это зала. Огромное пространство, у которого одна стена из стекла, открывающая вид на ночной город.

В одной зоне диваны, стоящие группами, в другой части небольшие столики по бокам от длинного подиума, над которым на стене изображена и подсвечена корона.

И там, и там люди. Мужчины в костюмах, с ними девушки в платьях. Все статные, красивые, модельной внешности.

– Бал королевы, – негромко говорит Обласов, когда мы входим, и створки лифта смыкаются за нашими спинами. – Этот праздник в твою честь в этом году, Милана.

В ответ молчу. Я по-прежнему понятия не имею, что отвечать ему и надо ли вообще это делать.

И я действительно вижу, что лица многих девушек знакомы мне.

Вот с тем мужчиной в возрасте под руку от столика к диванчикам идёт Лена Карасёва – девушка, взявшая титул вице-мисс. А вот с тем дородным мужчиной Соня Кохно – третья вице-мисс. Она мило улыбается мужчине, тихо смеётся над чем-то сказанным им, заглядывая прямо в глаза, словно влюблена.

Где-то под желудком неприятно сжимается. Получается, Богдана говорила правду? Участницы конкурсов красоты недалеки от эскортниц?

Обласов ведёт меня через центр залы. Идёт неспешно, чтобы все нас могли заметить.

И нас действительно замечают. Поворачивают головы, кивают, приветственно приподняв бокалы.

Не меня, конечно, приветствуют – Обласова. Я просто вещь. Запонка на рукаве его рубашки. Только, наверное, дешевле.

Взгляды девушек скользят по мне. Выражения лиц ещё более презрительные, чем на самом конкурсе.

Зависть.

Она чувствуется. Кожей ощущаю. Вот только чему? Чем моё положение отличается от их? Я такая же вещь, как и каждая из них на забаву богатым мужчинам. Всего лишь красивый атрибут.

Мы подходим к небольшой группе людей. Трое мужчин, с ними девушки. Я помню их имена – Лена, Алина и Наталья. Последняя тоже училась у нас в Аграрном, но в прошлом году после третьего курса её отчислили за несданную сессию и пропуски.

– Демьян, – улыбается один из мужчин и протягивает руку Обласову. – Рад видеть. Отличное пополнение коллекции!

– Спасибо, – по губам мужчины скользит холодная улыбка и он прикасается к часам. – Мне и самому нравится.

Пополнение коллекции… о часах ли речь? Или не только о них?

Мужчины разговаривают ещё, но я не вникаю. Всё равно не понимаю, а если бы и понимала, то ни за что бы не влезла. Мне это не нужно. Ещё и опасно.

То же самое происходит и с другой группой мужчин. Они общаются, мы, девушки, стоим рядом молча.

К нам подходит официант с бокалами на подносе. Все берут шампанское, я – нет. Зато Обласов берут два бокала, а потом один протягивает мне.

– Держи, Милана, – говорит негромко, чуть склонившись ко мне. – Ты слишком напряжена.

Алкоголь я не употребляю. Не раз пытались уговорить в общежитии, на слабо брали. Но нет, я не стала. Всегда считала алкоголь злом, ведь из-за него происходит столько всего плохого.

Но комментировать сейчас Обласову я это не решаюсь. Принимаю бокал и просто держу его в руках. Тем более, ходят слухи, что на подобных вечеринках в алкоголь могут добавить что угодно, любой наркотик.

Кажется, Обласов привык, чтобы его распоряжения выполнялись неукоснительно, поэтому, замечая, что к шампанскому я не притрагиваюсь, награждает меня долгим взглядом.

– Почему не пьёшь?

– Не хочу. Я не пью алкоголь.

– Сделай сегодня для меня исключение. Это просто шампанское, я тебе это гарантирую, – голос его звучит даже почти мягко. Опасная, утончённая жестокость. Но когда я продолжаю стоять, не шелохнувшись, тональность его голоса меняется. – Пей, я сказал.

Мои плечи каменеют. Мужчина не кричит и даже не повышеает голоса, но даже приглушённый его голос заставляет кровь заледенеть. Его нельзя ослушаться.

Я поднимаю бокал к губам и делаю глоток, прикрыв глаза.

Он всё ещё не сводит взгляд, понукая выпить ещё.

Выполняю.

И только тогда он снова переключается на разговор с мужчинами, а я могу немного выдохнуть.

Меня больше беспокоит, что будет дальше. После этого торжественного приёма. Этой ночью Обласов явно не намерен меня отпустить.