Маша Малиновская – Научи меня любить (страница 3)

Пара началась, как и обычно: Дарья Андреевна вошла в аудиторию, улыбнулась, отпустила пару шуточек в адрес Потапова и его новой попытки самостоятельного пирсинга, а потом дала время на повторение домашки. Кирилл бы ничего и не заметил, если бы не шёпот Чернянской и Лужиной с парты за ним.

– Гляди, сколько штукатурки сегодня на ней, – прошипела одна. – И волосы распустила.

– Ага. «Пахаря» завела, небось, – оскалилась вторая.

– Заткнитесь, курицы, – шикнул на них Кирилл. Ему почему-то стало неприятно от обсуждения этих двоих.

– Сазонов, вы мешаете, – получил он замечание от Морозовой.

Кирилл заметил, что действительно, преподавательница накрашена ярче, чем обычно, а накрученные тёмные локоны прикрывают чуть ли не половину лица. И тогда, присмотревшись, Кирилл увидел, что правая скула у Дарьи Андреевны немного опухла. Поэтому-то она и прикрывается волосами, и наложила тонну, как сказали одногруппницы, косметики.

Сазонов нахмурился. Возможно, она дошла вчера не совсем без приключений. И хотя Дарья Андреевна сама отказалась от провожатого, Кирилл чувствовал ответственность.

После занятия он подошёл к ней, когда все вышли из аудитории.

– Ты что-то хотел, Кирилл?

– Хотел спросить, как вы вчера дошли.

– Нормально, а что?

– Ну… – неуверенно протянул Кирилл и показал на правую щёку. – Вас кто-то обидел?

Морозова захлопнула журнал посещаемости и уж как-то слишком официально сказала, что никто её не обидел, а ему просто показалось.

– Ты помог мне, я благодарю тебя за это. Думаю, на этом наш разговор окончен. Если, конечно, у тебя нет вопросов по теме занятия.

– Нет – отрезал Сазонов. – Тема мне вполне понятна.

Он быстро удалился из кабинета, закрыв дверь громче, чем следовало.

– Кирюх, ты в столовую идёшь? – окликнул его с конца коридора Костик.

– Нет.

– Тогда я съем твой бесплатный кекс.

Участников спортивной команды в колледже после третьей пары кормили бесплатно. Иногда это даже можно было есть.

– Валяй.

Этот официальный тон Морозовой вызвал у Кирилла крайнее раздражение. Овца она и есть овца. С чего вчера он подумал иначе? Он беспокоился, а она вот так. И хрен с ней!

Идти на последнюю пару желания не было никакого. Только нервы себе тратить. Пришлось уговаривать гардеробщицу выдать ему куртку, наплести о плохом самочувствии. Сазонов не понимал, ей то какое дело, кто и когда уходит? Наверное, распоряжение деканши для контроля прогульщиков.

Докурив сигарету, Кирилл завёл машину. Погода навевала желание завалиться на кровать с ноутом и посмотреть какой-нибудь фильм. Что-нибудь лёгкое и красивое, можно супергеройское, например. Да и после Светки он чувствовал себя достаточно измотанным.

Но в полной мере насладиться третьим сезоном «Сорвиголовы» ему не удалось. Едва он устроился на диване, соорудив себе предварительно яичницу-глазунью с сыром и сладким перцем, нашёл нужную серию и приготовился в полной мере насладиться одиночеством и спокойствием, как завопил сотовый. Звонил отец. Сазонов уже представил, что Морозова сообщила родителям о его прогуле, и батя начнёт говорить, что он крайне разочарован, а ключи от тачки следует положить в вазочку на кухне и не трогать, пока он не позволит.

Но причиной звонка оказалось совсем другое. Нужное было съездить к дяде Вадиму и забрать какие-то документы, потому что отец не успеет из-за совещания, а бумаги на завтра нужны срочно.

С «Сорвиголовой» на сегодня придётся попрощаться, но уже то, что отец не в курсе его прогула – непременно радовало Кирилла.

Дядя Вадим, двоюродный брат отца, жил в частном доме возле дачного посёлка, по объездной дороге к нему было удобнее добираться. Кирилл выполнил поручение отца, но на обратном пути почему-то решил ехать по центральной федеральной.

Выехав на трассу, Кирилл зачем-то стал вглядываться по сторонам в густеющие сумерки. Полуразрушенный забор старой заброшенной военной части и серая, грязная слякоть в предвечерней синеве создавали картину из какой-нибудь игры о постапокалипсисе. В такую погоду пустынно не только в подобных местах, но даже в центре. Люди торопятся скорее домой с работы, подальше от этой слякоти и промозглости.

Но Сазонов ехал не очень быстро и то и дело поглядывал на обочину. И результат не заставил себя долго ждать. Кирилл узнал это пальто. Это была Морозова, а с ней какой-то мужчина. Они кричали и ругались друг на друга. Девушка пыталась уйти, но мужчина не отставал. А потом он дёрнул её за капюшон, сорвав его, и ударил по лицу.

Кирилл аж подскочил на сиденье. Резко ударив по тормозам, он выскочил из машины и подбежал к ссорящейся паре.

– А ну отвали от неё, урод!

– Кирилл? – опешила Дарья Андреевна. – Что ты…

– А это ещё кто? – прищурился мужчина. Он явно был не трезв.

– Кирилл, уезжай пожалуйста, – всхлипывая, попросила Морозова.

Мужчина был на добрых полторы головы выше Дарьи Андреевны. Под его мутным взглядом она как будто становилась ещё меньше, сжималась.

– Твой новый хахаль? – от злости лицо мужчины аж слегка перекосило. – Вот же шлюха, побогаче нашла, да чтобы с тачкой!

– Дарья Андреевна, садитесь в машину, – как можно спокойнее сказал Сазонов, до боли сжав кулаки. Он чувствовал, что кровь начинает пениться в жилах от злости.

– Кирилл, не стоит тебе влезать в это, – умоляюще прошептала Морозова. – Просто уезжай.

– Да, ссыкун, она права. Пошёл отсюда. А ты, мразь, – он повернулся к девушке, – мне ещё расскажешь, что у тебя с этим молокососом.

Он снова попытался схватить её за пальто, но Кирилл успел быстрее. Он оттолкнул Морозову и хорошенько приложился кулаком к челюсти придурка. Тот отшатнулся и шлёпнулся на задницу. От него разило алкоголем, так что даже бить сильно не пришлось.

– Быстро в машину! – рявкнул Сазонов.

Ему не пришлось повторять дважды. Дарья Андреевна юркнула за пассажирскую дверь, а Кирилл запрыгнул на водительское сиденье и повернул ключ зажигания. Машина развернулась и, набирая скорость, уехала в направлении квартала многоэтажных домов города. В зеркало заднего вида Кирилл заметил, как обидчик его преподавательницы изрыгал ругательства и угрозы вслед уехавшим и даже попытался кинуть нетвёрдой рукой камень в отцовскую тачку.

Глава 4

Вчерашняя ситуация повторялась. Только в этот раз были слышны тихие всхлипывания.

– Куда мы едем? – тихо спросила девушка.

– Не знаю, – ответил Кирилл, не глядя на неё.

Он просто бездумно петлял по улицам, постепенно успокаивая бешенный ритм в груди. Злость на ублюдка, поднявшего руку на женщину, кипела внутри. Сам он не раз злился и представлял, как врежет кому-то из вредных тёлок, или даже самой кураторше, но свидетелем того, как реально избивают женщину, Кирилл стал впервые. И он уже точно знал, что не поднимет на женщину руку никогда. Это выглядело даже как-то противоестественно, что ли. Вызвало полное отвращение у молодого человека.

Наконец Кирилл завернул в один из дворов и остановился, заглушив автомобиль. Минут на пять повисла уже привычная тишина.

– Снова скажете, что дождь? – тихо прервал молчание Сазонов.

Улыбнувшись сквозь слёзы, Дарья Андреевна откинула козырёк с зеркалом и вытерла потёкшую тушь.

– Это ваш муж?

– Нет, точнее не совсем. Мы съехались недавно. Но он оказался не таким, как я представляла.

Звучало как история из женского журнала. Кирилл однажды нашёл такой за трубой в туалете на даче. Интернет там не ловит, вот от скуки и прочитал.

– Синяк на щеке тоже от него?

Девушка опустила глаза и кивнула, шмыгнув носом.

– Вчера, когда ты меня подвёз, я ушла от него ночевать к подруге, но он и там меня нашёл.

– Тогда домой вам нельзя. Есть куда пойти?

Дарья Андреевна громко высморкалась в платок.

– У меня есть квартира тут, на квартале Труда, которую я снимала. Я ещё не вернула ключи хозяину.

– Там он вас и будет искать, – договорил за неё Кирилл. – Друзья-подруги есть?

– Анна Николаевна, наша математичка, но к ней я больше не поеду. У неё муж, дети, а эта св… – Морозова осеклась, – Саша вчера устроил там скандал. Я не хочу больше беспокоить чужих людей.

Она снова замолчала, а Кирилл соображал, что делать.

– Я пойду, Кирилл, – девушка взялась за ручку дверцы. – Спасибо тебе за всё. Как-нибудь разберусь со своими проблемами.

Но ручка не поддалась.