Маша Малиновская – Его заложница (страница 2)
Алисе было шесть лет, когда мы решили переехать в другой район. Купили частный дом, готовились к тому, что наша малышка пойдёт в первый класс. Лёша очень хотел ещё детей, мечтал о сыне, но судьба распорядилась иначе. У меня случился выкидыш, пришлось делать операцию, в результате которой я потеряла возможность иметь детей. Мы потеряли.
И Лёша тяжело пережил тогда эту потерю. Он поддерживал меня, подбадривал – мой муж очень любит меня, – но я видела, как тяжело ему было.
В один из дней он уехал к реке, к дикому пляжу. Мне не говорил, но я знала, что иногда он ездил туда, чтобы побыть в одиночестве. А когда стал возвращаться к машине, то увидел, что один малолетний ловкач пытается скрутить с его машины колёса.
Конечно, осуществить задуманное у парня не вышло. Не на того напал, как говорится.
А ведь он действительно напал. Попытался, точнее. Когда Лекс решил объяснить подростку, что делать так не стоит, парнишка кинулся в драку.
«Безумие и отвага» – вспомнилась мне во время его рассказа фраза, которую он бросил мне же в наши первые месяцы знакомства. Тогда Лекс для меня был ужасным и жестоким сводным братом, а я пыталась ему противостоять.
Но Алексея почему-то глубоко впечатлила попытка этого сорванца отстоять себя. Что-то такое тогда мой муж увидел в глазах парня, что не дало ему сдать его в полицию.
Вместо этого он притащил пацана за шкирку к нам домой. Попросил накормить, а потом отвёз в «Чёрный дракон», где вручил боксёрские перчатки и загнал на ринг.
А через шесть лет парень получил свой первый чемпионский титул.
Лёша здорово изменил жизнь того вороватого мальчишки из семьи алкоголиков, в которой его с детства били и заставляли воровать. Поспособствовал тому, что мальчика под опеку забрала его тётя. Тренировал его бесплатно, обучил, как своим трудом и усердием выйти в люди.
В какой-то мере Руслан стал ему как сын. Он не был слишком близок к нашему дому, но занимал важную роль в жизни Алексея.
И вот буквально два месяца назад, за две недели до очень важного боя, который должен был принести Руслану очередной чемпионский пояс, случилось ужасное.
Несмотря на запрет Алексея, Руслан поехал на два дня с друзьями к морю, а наутро за ним уже пришла полиция.
Обвинение в изнасиловании. Серьёзное и грязное дело.
Алексей не верит ни единому слову из того, что вешают на Руслана, но в СМИ и в интернете на него уже всех собак спустили.
Идёт следствие, скоро суд. И доказательства работают не в пользу Руслана.
Это плохо. Очень. Я вижу, как переживает Алексей, для него это очень личное – он вложил в мальчишку много сил не только как в спортсмена, но и как в человека.
И Алиса не верит. А она, как и её отец, не может сидеть на месте без действий, вот и решила пойти против воли отца и отправиться на практику именно в то СИЗО, в которое перевели на период следствия Руслана.
– Позвони ей, – кивает Лёша на мой телефон, что лежит на столе. – Скоро она там?..
– Едет, успокойся, – подхожу и обнимаю мужа, а он обхватывает мою голову своими огромными ладонями и скользит большими пальцами по линии подбородка. – Думаю, минут через десять уже будет.
– Очень хорошо, – грозно бормочет, а потом легонько касается своими губами моих. – Вот сейчас и получит у меня.
– Ну что ты ей сделаешь, Лёш? В угол на гречку поставишь?
– Надо будет – поставлю! – Он всё ещё рычит, но вижу, что пыл утихает. Ох, только бы Алиса сейчас не подкинула дров.
– Привет, родители! – слышу сзади привычное звонкое приветствие. – Чего такие хмурые?
– Ну привет, Лиса, – голос Лекса густой и тяжёлый, и взгляд такой же.
Так, ближайшие полчаса будет серьёзно штормить. Надо набрать в лёгкие побольше воздуха и просто пережить эту вспышку.
П.С. Дорогие читатели, у родителей Алисы – Яны и Алексея – есть своя история любви. Сложная и эмоциональная. Она состоит из двух частей: «Сахар со стеклом» (электронная версия на Литрес опубликована бесплатно) и «Сахар на дне» – сегодня можно приобрести со скидкой 30 % (электронная и аудио)
Буду очень вас ждать:**
«Сахар со стеклом» ЧИТАТЬ по ссылке бесплатно: https://www.litres.ru/book/masha-malinovskaya-31978811/sahar-so-steklom-67602180/?lfrom=1119238734&ffile=1
«Сахар на дне» ЧИТАТЬ – 30 %: https://www.litres.ru/book/masha-malinovskaya-31978811/sahar-na-dne-67602194/?lfrom=1119238734&ffile=1
«Сахар на дне» СЛУШАТЬ – 30 %: https://www.litres.ru/audiobook/masha-malinovskaya-31978811/sahar-na-dne-67792086/?lfrom=1119238734&ffile=1
Глава 3
«Он в курсе», – приходит сообщение от мамы.
Блин.
Бли-и-ин.
Прячу телефон обратно в карман и закусываю губы. Бури не избежать, и нужно настроиться на это.
Я прекрасно понимаю, что папа бы рано или поздно всё узнал. Скрывать от него вечно тот факт, что я пошла на практику в следственный изолятор, не получилось бы.
Он был против, но вообще-то я уже взрослая! Когда до него дойдёт, что его маленькая дочка уже совсем не маленькая?
И тем не менее я начинаю нервничать. Даже не столько из-за страха перед отцом – он у меня не бездумный тиран, и я не боюсь его, – сколько из-за того, что расстрою.
Папа очень любит меня. Мне кажется, даже слишком сильно, если вообще можно любить слишком сильно. С одной стороны, он во многом мне потакал, но с другой же, мне часто приходилось отвоёвывать всё, что было связано с самостоятельными шагами в жизни. От первой прогулки во дворе без присмотра взрослых до первой ночёвки в четырнадцать у подружки. Я думала, он сначала с собаками там всё прошерстит, потом камер слежения наставит, а потом ещё и охрану.
Но самым сложным во всей этой ситуации с практикой в СИЗО оказался не запрет отца, а отсутствие его одобрения. Мне уже не пять и не восемь, но для меня по-прежнему важно, что он скажет, важна его поддержка.
Уже подъезжая к дому, делаю глубокий вдох и протяжно выдыхаю. Настраиваюсь.
– Всего доброго, – киваю таксисту и выхожу.
Бодрым шагом направляюсь к воротам и открываю калитку, а потом иду к дому. Ключ сжимаю крепче, чтобы пальцы не дрожали, когда открываю дверь в дом.
Мама и папа стоят на кухне. Отец обнимает маму и целует. Ну, к таким картинам я привыкла, они не особенно свои нежности скрывают.
– Привет, родители! – говорю максимально бодро, но голос на пределе, чтобы не дрогнуть. – Чего такие хмурые?
Отец переводит на меня тяжёлый взгляд, а мне хочется по-заячьи прижать уши.
Молчит. Давит своим авторитетом. Глаза как два штормовых облака.
– Голодная, дочь? – Мама встаёт между нами, принимая на себя ментальный огонь. Она всегда так делает, только каким-то лишь ей доступным образом разоружая отца.
– Чай пили на… на практике. Но поела бы. Но ты не колотись, мама, я и сама могу приготовить. Или с Даной съездить в кафе.
– В кафе она съездит. Сейчас, – раздаётся вибрирующий голос отца. Похоже, начинается. – Она у меня не то что в кафе, а вообще из дому не выйдет!
Ничего себе заявочки. Он несколько раз угрожал ко мне охрану приставить, но чтобы из дома не выпускать – это уже слишком так-то.
– А кандалы на ногу не повесишь, пап? Или ошейник, что током бьётся, как у собак?
Мамин взгляд мне сигналит о том, что палку я знатно перегибаю. Я это и сама чувствую, но меня тоже начинает нести. Вспыхиваю, как порох. Недаром же я дочь Алексея Шевцова. Вся в папочку.
– Это ты у себя на практике увидела, что такая умная?
– Там таким уже давно не занимаются. Я не в «Полярную сову» пошла на практику, папа.
– Ещё не хватало! – Он лупит кулаком по столу, отчего у меня все внутренности поджимаются. Папа никогда не бил меня, да и не наказывал даже, но у него такая энергетика, что когда он злится, все готовы пятый угол бегать искать. – Ты разбрасываешься такими понятиями, в которых ни хрена не смыслишь, Алиса. Это тюрьма, там преступники. Это не кино, понимаешь?
– Не все, папа!
Вот мы и дошли до сути.
– Ты лезешь не в своё дело, Лиса.
– Но я хотя бы что-то пытаюсь сделать!
Отец совсем уж мрачнеет. Мама кладёт ему ладонь на плечо, но кажется, даже её суперсила сейчас почти не помогает.
– Ты ведь знаешь, что он не виноват, и ничего не делаешь, – мой голос внезапно дрожит. Меньше всего на свете мне хотелось, чтобы родители поняли, что я неравнодушна к Шторму. Но, кажется, уже поздно…
По лицу отца невозможно ничего прочитать сейчас. Он поджимает губы, а мама хмурится.