Маша Ловыгина – Сладкий (страница 47)

Варвара прикусила губу и нахмурилась.

– В общем и целом, как говорится, все понятно, – подытожил следователь. – Просьба быть на связи. Дело будет расследоваться, так что мы с вами еще свяжемся.

Варвара кивнула, а когда следователь вышел, повернулась к Столетову.

– Варя... – хрипло произнес он, но она прикрыла его рот ладошкой.

– Тебе не нужно ничего говорить. Я все понимаю.

Варвара стащила валенки и примостилась на краешке кровати, аккуратно приобняв Егора и уткнувшись в его предплечье. Когда в коридоре раздались шаги, и в дверь просунулась голова Ермоленко, она увидела в его руках темную бутылку.

– А я вот настоечки принес! – шепотом возвестил службист. – Как оно, а?

– Идите к черту, Григорий Тимофеевич, – выдохнула Варя. – Можно как-то без вас уже?

– А, ну так, конечно! Оно же понятно... Как тебя... это самое... – подмигнул службист и прикрыл дверь.

– Варь, – Егор погладил ее по руке, – если бы не ты...

– Если бы не ты... – повторила она и задержала взгляд на его кольце. – Что теперь будет?

– Будем мы.

Ее губы дрогнули, а из груди вырвался прерывистый вздох.

– Посмотри там, в кармане, – попросил Егор.

Варвара села и взяла сложенные на стуле теплые штаны. В одном из задних карманов нащупала что-то маленькое, а затем, просунув внутрь пальцы, вытащила тонкое золотое колечко. Оно было не новое, с царапинками, и Варя непонимающе посмотрела на Егора.

– Мамино, – пояснил он. – Веревка перетерлась. Все хотел новую воском натереть, не успел.

– Подожди, а... – она дотронулась до его кольца.

– А это отцовское. Когда я на Юле женился, то купил ей то, которое она сама выбрала. Сказала, что старье не наденет. Как же все... – Егор сжал челюсти и поморщился.

– А я надену! – твердо сказала Варвара. – Если, конечно... – она смущенно отвела волосы и опустила глаза.

Егор приподнялся и обхватил ее за шею, привлекая к себе:

– Варька, ты серьезно? Правда?.. Я люблю тебя!

– А я люблю тебя, Егорушка! Больше жизни люблю! Одни мы – сами по себе, а вдвоем мы – сила! – сквозь слезы прошептала Варвара и прижалась к его губам.

Варварино счастье

Москва. Неделю спустя

– Ты что, прямо так и сказала? И кольцо надела? – Выпучив глаза, Римма замерла с приподнятой ложкой, которой собиралась есть торт.

– Ну да, – пожала плечами Варвара. – А что здесь такого? Я за него замуж хочу. За него, понимаешь? Замуж!

– А жена его что? – Вишневые губы Риммы приоткрылись в аккуратное «о».

– Следователь сказал, что ее допрашивают. И что, если появится хоть малейшая зацепка или сомнение, применят детектор лжи. Разумеется, у нее есть адвокат, но насколько он хорош, я не знаю. Странно и, наверное, плохо говорить об этом, но что-то мне подсказывает, что ее выведут на чистую воду. Не может быть, чтобы она ничего не знала о том, что задумал ее отец. Откуда он мог услышать про страховку и про то, что между ней и Егором происходит? Только от нее. Проверят телефонные звонки и все остальное. Быть может, ее отец возьмет вину на себя, но... – Варя потерла переносицу. – Все же я думаю, что все ниточки ведут к ней. Страшно подумать, что они могли устранить Егора каким-то другим способом. Отравить или. И все из-за денег и имущества. Он же один, наследников нет. Вот и получается, что легкая добыча. – Варвара перевела дыхание. – Нет, Римма, я его никому не отдам. И не отдала бы, живи он хоть в шалаше. Да в той же Прохоровке! Лучше даже, если в Прохоровке... – Она смутилась и покраснела.

Римма сглотнула и, понизив голос, спросила:

– А ничего, что ты его знаешь всего несколько дней? Нет, я понимаю, что все вот это... – Глаза ее стали еще больше, – ужас, помноженный на... на... Вы же погибнуть могли! Господи! – она прижала свободную руку к груди. – «Криминальная Россия» отдыхает.

– Ну да, так и есть, – Варвара поднесла к губам чашку с кофе. – Все было, Римм, и ужас, и страх, и... счастье... Много счастья. Я никогда не думала, что так бывает. А по поводу того, сколько мы знакомы, – она сделала глоток и с удовольствием облизала губы. – Ты же знаешь, иногда любовь приходит – раз и все! – Варвара задумалась на мгновение. – Совершенно мистическим образом.

– Слушай, а вот ты про бабку эту говорила, – тут ж переспросила Римма. – Она, что, правда ясновидящая? Ну вот как это все происходит, а?

– Понятия не имею, – серьезно ответила Варвара. – Можно в это верить, и тогда сразу увидишь подтверждения. А если не веришь, то и не будет ничего. Только представь, мы могли бы не встретиться с ним. И тогда... Мне даже представить это страшно!

– И правильно! Не думай! Верь!

– Я верю! – Варвара взглянула на часы и торопливо вытерла губы салфеткой.

– Эх, сейчас Семен Аркадьевич вернется, и нам с тобой толком и не поговорить будет. Значит, ты точно решила уволиться? – Римма приподняла брови домиком и сделала жалостливое лицо.

– Как думаешь, подпишет? Я понимаю, что еще отрабатывать надо, но... Я Егору нужна. Ну и потом, я новое место хочу подыскать. В Вологде.

– Ох, Варька, – Римма похлопала ее по руке. – Какая же ты смелая! Мы как только узнали, чуть штабелями не попадали! Отправили, называется, за статьей!

Варвара прищурилась:

– А ты точно во всем этом не участвовала?

– Вот тебе крест! – горячо перекрестилась Римма. – Я ж как узнала-то? Нам следователь позвонил. Ну, что, мол, объявите благодарность своему сотруднику Павловой Варваре Александровне за помощь в раскрытии преступления и поимке особо опасного преступника. Так Аркадьевича чуть инфаркт не хватил! Бегал по редакции красный как рак! Трясся весь!

– Ну если бегал, трясся, – усмехнулась Варвара и отправила в рот кусок «Наполеона».

Римма проводила ее движение удивленным взглядом и пододвинула к себе блюдце.

– А я ведь все про статью думаю, – сказала Варвара и покачала головой.

– Какую статью? Ты о чем? Видано ли дело – в такой переплет попасть и о статьях думать! Да и Егору твоему, наверное, тяжело будет читать про...

– Нет, Римм, я про другое, – перебила ее Варвара. – Меня же за мистикой послали. Ну вот, – Варвара покрутила ложкой в воздухе. – Мистики в тех краях столько, что лопатой не разгребешь...

Варвара покрепче ухватилась за древко и направила лопату от крыльца к дороге, словно ковш экскаватора. За полчаса она почти очистила подход к дому, и теперь ей стало по-настоящему жарко. Легкий морозец пощипывал щеки, но Варя с упоением вдыхала кристальный воздух, наслаждаясь его чистотой.

Скрипнула входная дверь. Бабка Люба, кутаясь в вязаную шаль, махнула рукой:

– Не надоело еще? Вот силушкой-то бог не обидел тебя, Варвара! Пахать и пахать на тебе можно. Я и сама такая была. Кидай лопату! Идем обедать! Все не перекопаешь! А завтра опять снег пойдет.

– Думаете? – Варвара задрала голову и посмотрела на ровное серое небо.

– А чего тут думать? Говорю же, будет. А мы привычные! Где снег, там и вода. А где вода, там жизнь... Ты что же, опять на Огненный побежишь?

– Побегу, – Варвара стянула зубами рукавицу и опустила руку в сугроб по самое запястье. – Сейчас у Егорушки перевязка. А врач там строгий. Говорит, нечего инфекции в палату таскать.

– А что ты хотела? Тюрьма... – глубокомысленно изрекла Люба. – Инфекции, ну надо же...

– Ага! А у самого ваша настойка на столе стоит. Кстати, а ведь я следователю сказала, что видела свет в лесу, – сказала Варвара и в упор посмотрела на женщину.

– Сказала и сказала. – Бабка Люба потуже затянула на груди шаль и отступила внутрь сеней. – Ай-да, Варвара, обедать!

– Когда мы там были с Егором, то никаких следов не видели! – упрямо продолжила Варя. – Я только потом об этом подумала. А поначалу решила, что это тот мужик следил за домом. Но следователь сказал, что он приехал вечером. И водитель фуры подтвердил. Кто же тогда был ночью в лесу?..

Люба усмехнулась и скрылась в доме.

– Черный монах? – крикнула ей вдогонку Варвара и притопнула ногой.

– А еще там кот был. Черный. Но вроде как его не было... Нет, точно не было. Но ведь был?

От волнения глаза Риммы заблестели. Варвара кивнула, радуясь произведенному эффекту, но тут вдруг услышала:

– Ой, Варька! А ведь был кот-то! – Римма рассмеялась и стала промокать глаза от выступивших слез.

– В смысле?

– Не проста баба Люба твоя, ой, не проста... Вспомни лекции по народному фольклору! Ну? Догадалась?

Варвара недоверчиво взглянула на Римму и ахнула:

– Домовой?!