Маша Храмкова – Ген Химеры Часть 2. Сеть (страница 29)
Роланд взглянул на свою грудь и заметил стремительно краснеющее пятно. Он сделал два шага назад и уперся в тот самый резервуар, вызвавший у него животный страх.
— Посмотри на него, Грейси, — Хатт подошла к неподвижно стоящему Хеммингу и ткнула его пальцем. — Классно, правда? Ты даже не заметил, что твоего главного соперника подменили.
Роланд ловил каждое слово, сказанное Даной. Его жизнь ускользала с каждой секундой, но он не мог уйти, так и не узнав правду.
— Есть только один минус, — продолжала Дана. — Ты чувствуешь этот запах? Не противный, многим он даже нравится.
Грейси напряг все свое внимание и уловил отчетливый запах сгоревшего озона.
— Воздух… после грозы, — сказал он и приложил ладонь к груди, чтобы хоть как-то остановить кровотечение.
— Верно, — Дана закивала, обрадовавшись его сообразительности. — Дубль живет всего лишь сутки. Потом ткани из которых он состоит начинают окисляться. Это сигнал для меня, что пора делать перезагрузку.
С телом Хемминга начали происходить изменения. Пространство словно пожирало его изнутри, стирало, как сыгравшую свою роль копию. Наконец, когда он полностью исчез из реальности, Дана приложила ладонь к лазурному камню у себя на груди. Прикрыла глаза, словно художник, готовящийся создать новый шедевр. Роланд ожидал увидеть очередного Хемминга, но вместо этого в перед ним предстал он сам.
— Я продолжу твое дело, Роланд Грейси. Так, что никто и никогда не догадается о подмене, — сказала Дана, устами его собственной точной копии.
Перед глазами Роланда все поплыло. Ноги слабели; почувствовав, что падает, Роланд ухватился за крышку резервуара и потянул ее на себя. На секунду его взору предстали куски плоти, аккуратно разрезанные и лежащие в луже багровой жижи.
“Хемминг”, — догадался Роланда, а в следующее мгновение он уже летел головой вперед в этот же самый контейнер. Мужские руки плотно закрыли крышку, оставляя его умирать посреди разлагающихся останков.
— Какой кошмар, — вздохнула Дана, поливая все вокруг бензином из канистры.
Программа “Химера” пошла в гору. После серии удачных экспериментов, с лидером проекта связалась богатая и влиятельная семья из Метрополя. Ее глава, мистер Лонг, предложил Роланду Грейси круглую сумму, а также поддержку на предстоящих выборах, если одна из его идей будет реализована при помощи программы “Химера”.
— Пара-тройка спасенных душ вряд ли принесут вам большую прибыль, — сказал мистер Лонг во время видеоразговора с мистером Грейси. — А вот, скажем, небольшая армия существ, обладающих сверхчеловеческими способностями, беспрекословно подчиняющаяся своему хозяину… Я бы первый вложился в этот проект.
— Армия существ? — засомневался Роланд. — Где мы возьмем столько людей?
— Об этом не беспокойтесь, мистер вице-президент, — улыбнулся Лонг. — В тюрьмах и психушках полно сырья.
— Вы предлагаете мне использовать души людей без их согласия? — спросила Дана в лице Роланда Грейси. Предложение было весьма заманчивым, но абсолютно бесчеловечным. Прежний ее коллега никогда не поддержал бы эту идею.
— Я предлагаю вам использовать души тех, кого уже невозможно назвать людьми. Психопаты, диссиденты, государственные преступники, — Лонг поморщился от отвращения. — Став аниматусами они принесут нам больше пользы.
— Аниматусами? — переспросил Роланд.
— Да. Неплохое название, правда? — мистер Лонг ухмыльнулся. — От слова “анима” — душа.
Несбывшееся Пророчество
Задремавший было Ойтуш проснулся от странного скрежета, словно подводный крейсер сел на риф. Пару раз мигнули лампы; проснулась Эвридика, а затем и Томас.
— Что это? — спросила девушка.
— Мы на месте, — задумавшись на секунду ответил Том. — Внутри судоподъемника.
Ойтуш поднялся и расправил затекшие плечи.
— Откуда ты знаешь? Ты же дрых, — сказал он.
— Как и ты, — огрызнулся тот. — Я подключился к капитану корабля.
“Подключился” в его случае означало “заглянул в гости к сознанию”.
— Игра окончена, — Томас произнес кодовую фразу, и двое охранников, до сих пор играющие в карты, наконец-то остановили свое бессмысленное занятие. Их лица выглядели изможденными от усталости, но взгляд по-прежнему скользил мимо трех безбилетников, задумавших совершить самый страшный теракт в истории Острова.
Зона Х поражала воображение. Без устали работали судоподъемники, принимая большегрузы, из шлюзов то и дело появлялись новые и новые батискафы — жизнь здесь кипела в отличие от побережья, которое казалось безлюдным райским уголком.
— Там климат был поприятнее, — сказал Ойтуш, поежившись от холода. Изо рта у всех троих шел пар.
— Будем надеяться, что после взрыва вся экосистема не схлопнется, и мы еще сможем погреться на солнышке, — сказал Томас и надел капюшон, чтобы хоть как-то согреться.
Им предстояло ждать, пока грузчики не поднимут контейнеры со спящими людьми.
— Бомба у тебя? — спросила Эвридика у Ойтуша.
— Черт! — ужаснулся тот, похлопав себя по нагрудным карманам жилета. — Быть того не может…
— Вообще не смешно, — его сестра сделала недовольную гримасу.
Ойтуш взглянул на высоченную стену, которая была бы совсем не видна в сумерках, если бы не огни шлюзов.
— Стоит заложить взрывчатку здесь, и мы убьем всех зайцев одним выстрелом, — задумчиво произнес он. — Уничтожим Остров, как когда-то планировал Айзек.
— И погибнем сами, — добавила Эвридика. — Помни, о чем мы договорились: прибыли втроем и назад вернемся точно так же.
— Пора идти, — Томас кивнул в сторону людей, разгружающих последний контейнер. — Проследуем за ними. Спорим, что они выведут нас прямиком к научному центру.
“Момент истины… так близок”, — думала Дана, с наслаждением прикрыв глаза. — “Я ждала этого слишком долго”.
Она прикоснулась к амулету с лазурным камнем у себя на шее. Он был поразительно теплым и тяжелым, словно обладал гораздо большей массой. Огромная энергия, заключенная внутри этого камня помогала Дане управлять дублем Роланда Грейси, который, кстати, стоял рядом. Истукан, ожидающий указаний. Без нее он был всего лишь марионеткой, пустой оболочкой, которую нельзя убить, которая не может истечь кровью. За двадцать лет он ничуть не изменился, а все кто мог заподозрить неладное, были давно устранены.
Лишь одно обстоятельство было неподвластно Дане Хатт: темно багровое пятно на груди дубля. След от единственной пули в ее револьвере. Непонятно как, но пятно сохранилось на теле Роланда, словно напоминание о том, что сделала она, его лучшая подруга.
С того самого момента президент Грейси обзавелся своим фирменным аксессуаром — шарфом, скрывающим изъян. Шарфом, который он надевал на все важные встречи и мероприятия. Поначалу коллеги шутили над его взявшемся ниоткуда чувством стиля, но вскоре их интерес прошел. С годами Роланд стал влиятельной персоной, главой программы “Химера”, президентом Острова — и никто даже не догадывался, что уже много лет его нет среди живых.
По правую руку от Даны стоял ее “верный слуга” Эмиль Гебхард. Отчасти ее симпатия к горбатому врачу объяснялась тем, что глубоко в подсознании Дана отождествляла Гебхарда с Хеммингом. Уродства, нанесенные “Химерой” роднили их, вызывая сочувствие и, как следствие, болезненную привязанность, которую Эмиль имел осторожность воспринимать как любовь. Разумеется, о любви не было и речи: Эмиль был нужен Дане до тех пор, пока он удовлетворял ее потребности. Во всех смыслах этого слова.
Просторная лаборатория, в которой находились двое людей и дубль, была пуста. На сегодня все операции были отменены; Дана знала, что произойдет в ближайшие двадцать четыре часа практически поминутно, и не хотела рисковать кем-то из своих сотрудников.
А вот в соседнем крыле была бойня. Эмиль и Дана слышали звуки короткой перестрелки, крики, затем немного рукопашной возни — и вот, после стольких месяцев ожидания, этот человек наконец-то предстал перед ее глазами.
— Ойтуш Эвери, — произнесла она губами Роланда Грейси. Именно ему нужно было быть на сцене. По крайней мере, пока.
Увидев Ойтуша, Эмиль поморщился: на лучшего офицера сопротивления было больно смотреть. Побитый, сломленный гибелью товарищей, он брел под конвоем одного-единственного охранника.
— Добро пожаловать на Острова. Снова, — поприветствовал его Роланд.
Ойтуш вскинул голову, и его лицо потемнело от черной отравляющей кровь ненависти. Грейси и Хатт он удостоил долгим презрительным взглядом, а на Эмиля взглянул так же бегло и пренебрежительно словно на ножку от табурета или крысу. На секунду он остановился, словно в его воле было идти дальше или нет.
— А ну вперед! — рявкнул конвоир и ткнул его дулом пистолета в спину. Ойтуш неохотно сделал несколько шагов.
— Мы устранили перевертыша и телепата, как вы и просили, — охранник обратился к Грейси. — А вот его, — ствол еще раз угодил между лопаток Ойтуша, — Взяли живым.
— Это ненадолго, — заметив Грейси, но взглянув на Эмиля добавил, — Хотя… Что если отдать его вам, мистер Гебхард?
— Я с удовольствием займусь этим молодым человеком, — услужливо ответил врач, и его подобострастный тон вызвал у Даны отвращение.
Ей показалось, или в глазах Ойтуша мелькнул страх? Что ж, так еще интереснее. Пусть его мучительная смерть послужит уроком для всех сопротивленцев.
— Тебе лучше сдаться, Роланд! — неожиданно крикнул Ойтуш. — Ты убил моих друзей, убьешь меня, но на смену нам придут те, кто заставит тебя сказать людям правду!