Маша Гладыш – Девушка с проблемами (страница 5)

– Пс-с, – остановила Аркадия, который со своей приятной ношей собрался было вниз, старушка и сказала, обращаясь к дрожащей после встречи с Чапой Ириске. – Зайди ко мне. Разговор есть.

Но смотрела она так сурово, что Ириска уткнулась мордой в шею Аркадия, к несказанно радости последнего, и закрыла глаза.

Аркадий с Ириской, которая после случившегося, ни в какую не желала расставаться с ним, сели на заднее сидение машины. Дима, успевший привести себя в порядок и взять в руки – за руль.

– Куда едем?

Ириска оторвала голову от груди Аркадия и преувеличенно слабым голосом сказала:

– В ветклинику….

Дима, уже запустивший двигатель, аж присвистнул:

– А я еще думал, что меня сегодня уже ничем не удивишь! Точно в ветклинику? – сладко уточнил он, оборачиваясь назад. И тут же нахмурился, увидев нежную парочку. —Может, все-таки просто в клинику? А ты, – буркнув он, отвернувшись, но обращаясь к другу, – поосторожнее там. С этой особой явно не все в порядке, – и ударил по газам, одновременно настраивая навигатор.

Ириска в автомобиле ездила в прошлой жизни несколько раз. И ассоциации у нее сложились неприятные: во-первых, поездка в машине означала, что ей опять предстоит смена дома – а там уж как повезет. Кричи-не кричи, в ответ только «фу» или «брысь» – в зависимости от квалификации сопровождающего.

Во-вторых, мешок. Тесный мешок с сеткой, через которую предполагается дышать. Вот вас когда-нибудь возили в мешке на заднем сидение машины? А, люди? Вот, когда прокатитесь таким образом, мы и посмотрим: стошнит вас там или нет. Ириску тошнило регулярно. За что она не менее регулярно получала взбучку. Люди, видите ли, не любят, когда в их машинах кого-то тошнит! Особенно кошек!

Кстати, мутило ее и теперь. Поначалу она решила, что это из-за вонючего острого запаха, которым Аркадий щедро благоухал, очевидно полагая забить натуральный аромат пота. Понимая, что еще немного и ее вырвет на единственного в этой компании, кто относится к ней по-человечески, она сползла с его коленей и, громко дыша ртом, переместилась к окну. Поэтому вопрос хозяина услышала не с первого раза.

– Эх, оглохла что ли? – грубо спросил Дима, хмуро поглядывая в зеркало заднего вида. – Тебе в какую-то особенную ветклинику надо? Или все равно? Эй, только посмей мне салон испортить! – без перехода крикнул он, нажал на какую-то кнопочку, и стекло, в которое Ириска уперлась лбом, поехало вниз.

Ох, воздух! Хорошо-то как! Почему раньше никто так не делал?  Когда Ириска была кошкой.

Отдышавшись и даже начав получать некоторое удовольствие от поездки (пока морда не занемела от сильного ветра), Ириска ответила.

– Все равно. Главное побыстрее.

Ну в самом деле – откуда ей знать адрес? Разве с ней советовались, когда уколы делать возили? Или когти стричь. Сажали в мешок и везли.

– Это хорошо, – сам себе сказал Дима. – Тогда мы на месте.

Ириска и не подозревала, что ее привезли в одну из самых дорогих ветеринарных клиник города – Дима выбрал первую попавшуюся в центре. Чистота, тишина и пустота внутри могла конкурировать с суперэлитным салоном красоты, где запись ведется так, чтобы клиенты не пересекались друг с другом. Белоснежные диваны и ковер, кажется, предполагали, что питомцы, которых сюда приводят, не на что тверже шелковой подушечки не ступали, по улице передвигались исключительно в лимузинах, где для них работал индивидуальный кондиционер, а слуги разжевывали клубнику (хотя лучше ветчину). Ириска никогда не ела клубнику (слава Богу!), но предполагала, что именно так живут кошки, которых водят в подобные места.

– А это точно ветлечебница? – неуверенно спросила она хозяина. Ириска не решалась ступить на прозрачную, как хрусталь, плитку, и мялась на входном коврике.

– Разумеется, – из-за высокой стойки ресепшен (ослепительно-белой, как вы догадываетесь) выскочила длинноногая фея в белом брючном медицинском костюмчике. Если бы Аркадий уже не влюбился в Ириску, он бы обязательно обратил на такую внимание. А вот хозяин, свободный от чувств, с явным интересом посматривал на стремительно приближающееся белое пятно – фея была к тому же яркой блондинкой с молочной улыбкой. Ириска непроизвольно загородила собой хозяина – ну, чтобы его не снесло раньше времени. – Добро пожаловать в нашу Сказку! – пела белая фея, виртуозно вытаскивая из-за спины Ириски хозяина. Чувствует, гадина, кто будет за эту сказку платить. – Вы записаны? Нет? Ничего страшного! Вам сказочно повезло – сегодня принимает наш лучший доктор. Он бог. Вот увидите! Где ваш малыш?

Дима, как загипнотизированный, шел за белой феей, но при упоминании «малыша» встрепенулся, обернулся и ехидно кивнул на Ириску:

– Вот наш малыш.

А Ириска оскалилась. Предполагалось, что это будет угрожающий оскал, но на деле вышла обворожительная улыбка. Почти такая же молочная, как у феи.

– Я малыш, – подтвердила она.

Надо отдать должное белой фее – она ни на секунду не перестала улыбаться и тут же сориентировалась.

– Какая милашка! – погладила она Ириску по голове. Кошмар какой! Фу! – Я провожу ее к доктору, а вы пока заполните бумаги. А заодно решим и финансовые формальности. Правда?

Дима улыбнулся. Он любил профессионалов. Сразу видно, девица быстро сообразила, что деньги у странных клиентов надо взять заранее, а то, что они платежеспособны наверняка видела по камере видеонаблюдения – машина Димы прямо кричала о его платежеспособности.

Не очень-то Ириске хотелось оставлять хозяина наедине с этой феей, но дело прежде всего.

– Я могу пойти с ней, – с готовностью предложил Аркадий, но Ириска категорически отказалась – перед врачом она планировала раскрыть тайну, а если что-то пойдет не по плану, то чокнутой ее будут считать все без исключения. И свои человеческие дни она закончит в психушке.

– Лучше я сама, – и, заметив, что Аркадий понуро опустил голову, Ириска – не сама, интуиция женская подсказала (не иначе с новым телом досталась) – нежно, буквально подушечками пальцев (как только кошки умеют), погладила его по щеке. – Я скоро. Дождитесь меня, – и обернулась, посуровев, к белой фее. – Так вы покажете, куда идти?

С явной неохотой отрываясь от Димы (которому тоже было, похоже, жаль расставаться с феей – так Ириске показалось), белая фея грациозно изогнулась и промурлыкала:

– Разумеется, малыш. Следуйте за мной.

В этот момент Ириска вдруг поняла, что такое ирония. Феечка над ней ещё и подшучивает! Зашипев ещё под нос, Ириска бросила мрачный взгляд на Диму и, неслышно ступая по мраморному полу, отправилась вслед за белым брючным костюмом, который грациозно виляя невидимым хвостом уже сворачивал за угол, постепенно, как Чеширский кот из сказки, пропадая с глаз.

Поспешив следом, Ириска обнаружила за поворотом длинный, просто нескончаемый коридор, по обе стороны которого в шахматной порядке белели двери. Пол устилала, как скатерть на древнерусском пиру, оранжевая ковровая дорожка. И все. Ни мебели. Ни людей. Ни животных.

Попутно, фея проводила Ириске экскурсию:

– Тут у нас процедурная, здесь кабинет психолога, там бассейн и грязевые ванны. А здесь, – она вдруг резко затормозила возле одной из дверей – так резко, что Ириска почти в неё врезалась, но увернулась. – Здесь у нас стерилизаторская. Если вы понимаете, о чем я, – Ириска была готова поклясться, что фея хищно облизнулась. – Но нам сейчас сюда, – она кивнула на соседнюю дверь и отошла в сторону, пропуская Ириску вперёд. – Доктор – гений! Он вам поможет! – и она хихикнула, будто сама не верила своим словам.

Но Ириска к гению не спешила. Что-то идея с ветклиникой нравилась ей все меньше и меньше.

– Эй, как вас там, – остановила она, уже готовую упорхнуть фею. – А почему у вас тут кресел нет, диванов? Почему пусто в коридоре?

Фея стояла вполоборота и смотрела искоса.

– Это потому, что у нас никто никогда никого не ждёт. Удачного приёма. Ещё увидимся.

И подмигнула.

Дверь в кабинет гения открылась бесшумно. Да и внутри было настолько тихо, просторно и пусто что, если бы не жгучий брюнет за огромным белым столом у окна, Ириска вполне могла решить, что фея по ошибке запихнула её в кладовую..

Но брюнет был. Улыбка, которой он расплылся при виде Ириски, присутствовала. Белая кушетка, покрытая белым пледом, стояла недалеко от стола. А с другой стороны возвышался гигантский подиум для осмотра питомцев.

Ириска остановилась в нерешительности, гадая: то ли ей на подиум запрыгнуть, то ли на кушетку, как порядочному человеку сесть.

За неё решил брюнет.

– Пожалуйста, сюда, – не переставая улыбаться, сказал он, указывая на удобный стул с правой стороны от стола. – Рассказывайте, – ласково предложил он, когда Ириска устроилась на краешек (ну, чтобы в любой момент слинять). – Что произошло с вашим дружочком. Кто у вас: хомячок, крыска, змейка, паучок? Всех излечит исцелит добрый доктор Айболит…

Ириска сдвинулась ещё ближе к краю. Очень не вязался Чуковский с мужественной брюнетостью ветеринара.

– Вообще-то, доктор.., – пару секунд размышляла она. – Вообще-то пациент – это я.

– Отлично, – обрадовался чему-то брюнет. – Ложитесь тогда, пожалуйста, на кушетку!

Ириска так удивилась спокойной реакции брюнета на свое признание, что от неожиданности не легла, а запрыгнула на кушетку, подобрала под себя ноги и уставилась на доктора, ожидая вопросов. А тот только скалился и кивал. Понимающе кивал, одобряюще.