Маша Гаврилова – Ужасы жизни (страница 33)
От него и узнал, что Сенькина первая жена была беременна.
Не было предела его ярости и досаде. Потому что уже и в СМИ просочилась информация, что чета Демидовых ждет ребенка. Теперь недостаточно было просто убить Сеньку, чтобы добраться до его денег. Все сложнее в разы, раз у него есть наследник. Естественно, Пал Палыч на дерьмо изошел.
- Ты жила с ним четыре месяца, - шипел он дочери. – Неужели так сложно было забеременеть?
Марина на это просто взвилась.
- Ну и что? Он не спал со мной!
Прохоров с презрением уставился на дочь.
- Что ты за баба такая? Мужика не смогла затащить в постель?!
- Я?! – Марина выпалила в возмущении. - Арс извращенец! Он хотел целку в первую брачную ночь. Мне из-за него пришлось делать перед свадьбой гименопластику!
- Целку, говоришь? – Прохоров прищурился и потер челюсть. – А мы объявим, что ты от него беременна.
Она застыла, уставившись на отца.
- Но я не беременна.
- Значит, сделай так, чтобы была, - с нажимом произнес Прохоров. – И как можно скорее.
- Как?
А он цинично хмыкнул.
- Мне что, учить тебя, как перед мужиками ноги раздвигать? – и вдруг как рявкнул: - Иди! Сделай хоть что-то полезное.
Потом глянул на дочь.
- Ты еще здесь?
- Арс не поведется на это, потребует анализ ДНК.
- Плевать, - Прохоров расслабленно откинулся на спинку кресла. – Пусть сначала сумеет доказать, что ребенок не его. Ты жила в его доме четыре месяца, это всем известно, вы везде появлялись вместе. Бумажки? Я тебе любые сделаю.
А Марину это внезапно достало, то, что ее все время двигают как пешку и используют втемную.
- Да пошел ты! – взорвалась она и дернула рукой. – С какой стати мне вообще беременеть?! Тем более, типа, от Арса. Да я теперь на гектаре с ним не сяду!
А потом пошла к выходу из кабинета, но тут Прохоров грохнул ладонью по столу и рявкнул:
- А ну, встала, где стоишь!
Она остановилась, стискивая кулаки.
- Повежливее, дочь. Если я сказал, ты делаешь, поняла?
Сейчас он был страшен. Говорил негромко, но так, что у любого зашевелились бы волосы. Какой бы безбашенной ни была Марина, она невольно дрогнула. А Прохоров встал из-за стола и направился к ней.
- Зачем это тебе, папа? – проговорила Марина сглатывая. – Разве мало было того позора, что Арс устроил на свадьбе? Мне хватило!
- Ты дура, - медленно процедил Прохоров. – Скоро я кончу твоего Арса, и тогда наследник будет у нас.
И помахал рукой перед ее носом.
- У НАС, понимаешь? Не у цветочницы. Сенькина цветочница никогда не сможет доказать, что у нее ребенок от Демидова. А у меня будут любые документы. Потому что все продается и покупается. Поняла, дочь? А теперь будь умницей и пойди сделай, как я сказал.
Чем дальше, тем Марине становилось страшнее. Ей казалось, что отец не в себе, потому что Демидов не из тех, кого можно прогнуть. У нее до сих пор перед глазами стояло, как Арс на свадьбе в одну секунду выхватил ствол и начал стрелять.
- Ты спятил! – не выдержала она. - Арс не лох, он не поведется! Не впутывай меня в это!
- Не хочешь добром? – Прохоров нехорошо прищурился. – Ладно.
Вытащил гаджет, набрал своего начбеза:
- Зайди.
Когда тот зашел, показал на Марину:
- Забери ее. Отдай парням. И пусть хорошо постараются, мне нужно, чтобы она была брюхатая.
Как Марина ни орала и ни ругалась матом, ее все-таки вывели. А Прохоров спокойно и пошел к своему столу. Расположился и с силой прижал ладони к гладкой поверхности. Задавить. Всех. Вот чего хотелось ему сейчас.
***
В жизни бывают разные ситуации. Арсения, случалось, недооценивали, особенно в самом начале. Но он очень быстро доказывал, что видеть в нем лоха не стоит. А наиболее упертых вообще убирал со своего пути. Сейчас он был готов ко всему. И, глядя в глаза любимой женщине, повторил:
- Ничего не бойся. Я могу с этим справиться, тебя ничего не коснется.
Потом притянул к себе.
- Иди сюда.
Забрал ее из шезлонга, устроил на коленях и подал новую шпажку с жареной колбаской:
- Давай ешь, пока не остыло.
Для него смотреть, как она ест, было зрелище сродни эротическому. Заводило. Так ярко и горячо, он невольно сглотнул.
- М? - она откусила кусочек и протянула ему. – Хочешь?
Дольше сдерживаться уже было невозможно.
- Хочу, - пробормотал глухо.
Жадно накрыл ее блестящие полуоткрытые губы своими, и дальше – все. Исчез разум, их затопило этим обоих.
***
Потом Аня, укутанная в его рубашку, смотрела, как он возится с жаровней. У нее самой все еще искры бежали под кожей. Медовая истома.
Гореть в этом – не перегореть, даже если погаснут звезды.
Кто мог подумать, что так сложится ее судьба? Что ее занесет на этот остров, и только здесь, с ним, в этой палатке на пляже счастье будет полным.
Иногда ей казалось, что он зверь в человеческом облике. Он именно такой.
***
Они так и остались в этом шатре на пляже ночью.
И на следующую ночь тоже. А целый день до того так и провели, купаясь и валяясь в шезлонгах. А потом была еще одна ночь. И день. И еще.
А время как будто перестало течь.
Вернее, оно текло на них расплавленным медом.
Белый песок, прозрачное бирюзовое море, белые выветренные скалы, упругое небо. И они вдвоем. Как настоящие первобытные «дикари». Просто мужчина и женщина.
Только иногда появлялся Владимир, ее телохранитель, приносил еду. Еще Арсений пару раз отлучался ненадолго, чтобы переговорить с кем-то, но не уходил далеко, Аня слышала голоса поблизости, за поворотом скалы. Правда, говорили тихо, слов было не разобрать. Потом Арсений возвращался к ней.
И снова время текло расплавленным медом. Полотняный шатер оброс еще и пальмовыми листьями, превратился в бунгало. Казалось, так они могут прожить вечность.
Но Аня же понимала, что вечно это продолжаться не может.
Арсений Демидов слишком крупная фигура в мире бизнеса. Аня хорошо помнила еще по «первому» своему браку с ним, что он был постоянно занят делами, весь в работе. Виделись они только по ночам, редко когда завтракали вместе. Но и тогда он быстро ел и сразу уходил.