Маша Гаврилова – Ужасы жизни (страница 17)
Бесило изначально и чем дальше тем больше. Но Демидов молча слушал, как старый шакал подбирается ближе. Ни слова не произнес. Повисла пауза. И нет, он не собирался прерывать, тянуть паузу Демидов мог как угодно долго.
Наконец Прохоров не выдержал, начал первым, осторожно так, мягко, по-отечески заботливо:
- Твоя должница все равно работает, а это ей пойдет в уплату долга. Да и хорошо для нее, проветрится немного, сможет на красивое посмотреть, вкусненького поесть. Свадьба бывает только раз, уважь просьбу невесты, сынок.
Арсений беззвучно зарычал. Сейчас он был близок к тому, чтобы задушить старого мерзавца. Медленно, чтобы не сорваться, выдохнул и проговорил:
- Хорошо, Пал Палыч. Только ты же понимаешь, у меня времени на это нет.
- Ничего страшного! – не смог скрыть своей радости, — засмеялся Прохоров. – С девушкой я сам поговорю, если ты не против.
У него раскаленные змеи ворочались в груди, но Арсений усмехнулся тоже:
- Да не вопрос, Пал Палыч, можешь поговорить с ней сам. Мои люди тебя проводят.
***
После того как разговор был окончен, Арсений Демидов еще долго сидел за столом, глядя перед собой. Потом подхватил пиджак и ушел, хлопнув дверью. И весь остаток дня провел в тире. Ему подавали все новое и новое оружие. Если бы мог оглохнуть от выстрелов, давно бы оглох.
***
Конечно, то, что внезапно уволился врач, было да Ани ударом. Нет, она не могла винить этого человека, собственная безопасность прежде всего. Но теперь на это место придет кто-то другой. А ее тайна…
Скоро перестанет быть тайной вообще.
Снова то чувство, что она в западне. И все теснее сжимается кольцо.
Ей нужно было уйти в сад, хоть ненадолго остаться одной, выдохнуть все это. Но не успела она присесть в шезлонг, послышались шаги, появилась экономка. Аня напряглась и постаралась сесть ровнее.
А экономка проговорила:
- Анна Александровна, к вам посетитель.
- Ко мне? – Аня сначала не поверила.
Однако, когда вслед за экономкой на бетонную дорожку ступил пожилой мужчина в деловом костюме, сомнения рассеялись.
- Прошу, - проговорила женщина, показывая ему дорогу, а сама отошла в сторону.
Аня хотела встать, но мужчина смерил ее цепким взглядом и проговорил:
- Не нужно. Можете не вставать. Мы с вами поговорим немного.
Потом повернулся к экономке:
- Можете идти.
Все-таки надо отдать должное экономке, та не двинулась с места, пока Аня не сказала:
- Все в порядке, Лидия Васильевна.
Только после этого женщина кивнула.
- Хорошо. Я буду рядом.
Но не ушла, а всего лишь отошла на десяток шагов. Теперь в саду кроме них не было никого. Пожилой мужчина огляделся с выражением брезгливого недовольства на лице, потом повернулся к Ане и проговорил:
- Нравится это все? Я могу помочь тебе выйти отсюда.
Аня застыла, глядя на него.
Очень соблазнительно звучало. Очень.
Сердце тут же скакнуло к горлу, затрепыхалось надеждой. Но именно поэтому Аня заставила себя опомниться. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, если этот надменный старик в дорогом костюме что-то предлагает, значит, это прежде всего выгодно ему, а не ей.
Все пронеслось в голове мгновенно.
Она выпрямилась еще больше и проговорила:
- Пожалуйста, представьтесь.
Мужчина хмыкнул, скользнув по ней взглядом, и надменно произнес:
- Прохоров. Павел Павлович.
Она не знала этого человека, но имя прозвучало знакомо. Даже очень.
- Скажите, Марина Прохорова, невеста господина Демидова… - начала она.
- Моя дочь, - резко припечатал тот и надменно добавил: – Надеюсь, ты понимаешь свое положение. Я не хочу, чтобы ты не мешалась под ногами у моей дочери.
Аня смотрела на него и думала: что ж ей так повезло-то так...
Но, во всяком случае, это было честно. Она кивнула:
- Да, я понимаю, конечно.
- Хорошо, если понимаешь.
Будущий тесть ее бывшего мужа говорил негромко. И при этом внимательно оглядывал пространство сада. Боялся, что их могут подслушать? Но в саду было пусто, только в паре десятков шагов стояла, скрестив руки на груди, экономка. Ждала.
Двойственное чувство было у Ани. Она ведь понимала, что здесь все делается только по приказу Демидова. И если эта женщина нарушила приказ хозяина, то она сильно рискует. Ради чего? Или…
Додумать она не успела, мужчина заговорил снова:
- Я помогу тебе скрыться, дам денег, новые документы.
Звучало так гладко, так хорошо, что хотелось поверить. Но Аня перебила его:
- Как? Вы же видите, я не могу выйти отсюда.
- За это не беспокойся. Через три дня моя дочь выходит замуж за Демидова. Будет свадьба. Она хочет, чтобы ты поработала с цветами, флористу нужно помочь.
Аня ведь прекрасно понимала ВСЕ. И что работу флориста не за три дня до свадьбы согласовывают. Да тем более на
У нее снова заколотилось сердце, трепыхнулось надеждой. Но она не могла не сказать:
- Боюсь, что господин Демидов будет против, а без его распоряжения меня отсюда не выпустят.
- Вот тут ты ошибаешься, девочка, - мужчина оглядел ее странным взглядом и причмокнул.
***
Чем больше смотрел Прохоров на Сенькину «цветочницу», тем больше убеждался, что у зятька хороший вкус. Под мешковатой одеждой сразу не разглядеть, да и без краски на лице она казалась бледной.
Но чем больше смотришь, тем больше хочется. Такая простенькая, естественная, свеженькая, волосы светлые, нежная кожа, яркие серые глаза. И губы свои.
Что-то в ней есть, подумалось ему. Прохоров даже прикинул, что неплохо будет самому ею немного попользоваться, а потом можно и убрать. Чтобы Сенька на дерьмо изошелся, а то чересчур нос дерет. От такой перспективы уделать зятька Прохорову даже стало весело.
Однако сейчас он задвинул эти мысли поглубже и, цинично усмехнувшись, сказал:
- Арсений Демидов не против, чтобы ты прислуживала на его свадьбе.
***
Казалось, больше чувствовать боль невозможно. А нет, можно. Ее снова захлестнуло агонией. Но этот старый ящер смотрел на нее, склонив набок голову. Ничего, сказала она себе, она сильная, она выдержит все и выйдет отсюда.
- Хорошо, если так, - проговорила Аня ровно.