Маша Драч – Полюбить Монстра (страница 32)

— Если рядом твой человек, то любая цель будет для вас достижима, — несколько философски произнесла я.

Время близилось к закрытию, гостей уже почти не было. Уютная обстановка, тихая музыка, янтарный свет светильников и сладкий аромат ванили в кофе Марики настраивали на прекрасное завершение не менее прекрасного дня.

Но всю эту стройную и спокойную атмосферу одним резким движением разрушил Гор. Он смерчем ворвался в ресторан, едва не разбив стеклянную входную дверь. Глубокая страшная бездна в его глазах мигом нашла нашу маленькую женскую компанию.

Холод.

Ледяной, кусачий холод с морозными узорами мигом пробрался ко мне под кожу, опутал рёбра и уколол в горячее, бьющиеся сердце. Таким, каким сейчас был Гриша я никогда его не видела. Никогда. Даже в нашу первую встречу он был совсем другим.

А сейчас… Это словно и не Гор к нам приближался. Между тем Гором, каким он был сегодня днем и нынешним — не нашлось ничего общего.

Стремительно направляясь к нам, он одной своей ручищей перевернул столик, который посмел встать у него на пути. Грохот заставил всех вокруг вздрогнуть. Я машинально поднялась со своего места, пытаясь унять эмоции и быстро решить, что мне стоить делать дальше. Но приближение Гора напоминало неизбежное столкновение огромного астероида с Землей. И это ошеломляло.

Он со всей силы саданул по нашему столу кулаком, отчего вилки и ложки оглушающе зазвенели в пустых тарелках и чашках.

— Мамочка, — захныкала перепуганная Нана.

Гор буквально навис над нами одной сплошной огромной грозовой тучей. Бездна в его глазах словно бы начала затягивать в себя. И ничего… ничего кроме мучительной смерти она не сулила.

Глава 26.

— Я говорил, — его голос дрожал от той полноты гнева, что так отчётливо читалась в тяжелом взгляде потемневших глаз. — Я же говорил! — Гор с новой силой ударил кулаком по столу.

Я впервые слышала его крик. Такой оглушающий, с отголосками рычания, какое можно услышать у разъяренных хищников, когда кто-то нагло посмел ступить на их территорию. Слышать крик, принадлежащий Грише, было странно. Этот инородный элемент не мог иметь хоть какую-нибудь связь с ним. Такое просто невозможно, потому что Гор не из тех мужчин, которые умеют кричать. Крик — это про слабость. А он лишен этой слабости… или нет?

— Я тебя предупреждал, — Гор вперился разгневанным взглядом в свою сестру.

Нана прижалась ко мне, явно напуганная происходящим. Те немногие гости, которые решили остаться в ресторане до самого его закрытия, растерянно поглядывали в нашу сторону, но Грише было всё равно.

Я чувствовала его гнев. Он невидимыми вибрирующими волнами расходился по воздуху, ударяя прямо мне в грудь. Перепутанные внезапным появлением Гора мысли в голове, почти сразу же начали успокаиваться, подчинившись голосу разума. А разум мой говорил о том, что Гриша беспричинно не стал бы устраивать подобную сцену. Он вообще никаких сцен не устраивал. Это совершенно не в его характере.

— Что я опять сделала не так? — закатив глаза, раздраженно спросила Марика.

Похоже, она совершенно не понимала всей серьезности сложившейся ситуации.

— Не пугай ребенка, Гриш, — Марика посмотрела на Нанку.

Дочка всё еще была прижата ко мне, а ее маленькие пальчики со всей силы сжимали мое запястье.

— Твой сукин сын пытался снести нашу систему безопасности, — Гор, взяв под контроль свои эмоции, говорил уже значительно сдержанней, но бездна в глазах будто всё еще бесновалась.

— Что? — Марика немного побледнела, затем нахмурившись, посмотрела на Гора. — Что ты несешь? Никите и даром не сдалась твоя система безопасности. Прекрати уже настраивать его против меня! Когда же ты уже наконец-то успокоишься? Ты мне не отец, Гриш, чтобы запрещать устраивать свою личную жизнь так, как я хочу. Или, по-твоему, Никита виноват во всех бедах, что происходят ежесекундно по всей нашей планете?

Гор сжал руки в кулаки, продолжая сверлить свою младшую сестру тяжелым немигающим взглядом. К нам уже пробирались несколько официантов, охрана и Стас.

— Когда ты уже избавишься от подросткового дерьма в своей башке? — просипел Гор. — Ты, мать твою, не маленькая девочка, а взрослая кобыла, которая владеет частью акций банка. На месте нашего отца я бы тебе ни копейки не дал до тех пор, пока ты не доказала, что хоть чего-то стоишь. Твой такой хорошенький и умненький Никита ковырялся в нашей системе безопасности. Он явно владеет той информацией, которую нельзя вот так просто получить. О ней знает лишь узкий круг людей, и ты в их числе. Он столько геморра обеспечил нашим специалистам, что убытки так просто и не сосчитать. У нас весь день долбились над тем, чтобы найти хоть какие-то следы и нашли. И знаешь, что, дорогая моя, ведут они к твоему Никитке. Похоже, не такой он уж и крутой профессионал, раз его получилось разоблачить.

Гор выпрямился и шумно втянул воздух.

— Я тебе говорил! — снова взорвался он. На его шее и лбу тут же вздулись жилы. — Предупреждал, что он не просто так увивается за тобой! Но у меня не было веских доказательств! Думал, что тебе хватит мозгов послушаться меня или хотя бы хоть что-то заподозрить! Но ты же у нас самая умная! И что в итоге?! Я, мать твою, оказался прав! Прав, сука! Надо было ноги и тебе и ему переломать, чтобы вы встречаться не могли! Может, хоть тогда всего этого дерьма не случилось! Или ты с ним за одно? Отвечай!

Нана уже начала плакать навзрыд, перепуганная оглушающим криком. Я обняла ее и хотела прикоснуться к Грише, он отшатнулся.

— Не трогай меня, — рыкнул он в мою сторону и снова уставился на сестру.

— Гриш, пожалуй, успокойся, — попыталась я воззвать к его благоразумию.

— Успокоиться? — он резко повернул голову и посмотрел на меня.

Это был не Гор, а какое-то чудовище, монстр с чертами лица, что лишь отдаленно напоминали Гришу.

— Ты пугаешь Нану и всех вокруг, — произнесла я чуть дрогнувшим из-за страха голосом.

— Марианна Александровна, нужна помощь? — обратился ко мне только что подошедший Стас. Он, как всегда, сохранял на своем лице профессиональную собранность.

— Язык проглотила? — не унимался Гор, нависнув над съёжившейся Марикой. — Ты ему специально сливала информацию?! Я нихера понять не могу, Марика. Я тебе хоть раз плохо сделал? Хоть раз!

— Нет, — пробормотала Марика и, кажется, впервые она была настолько перепуганной, растерянной и тихой.

— Тогда, какого хера у какого-то сопляка столько власти над тобой?! Почему ты веришь ему, а не мне?! Молчишь? — Гор провел ладонью по своему лицу. — Ну и молчи. Толку от тебя всё равно ноль.

Он развернулся и оттолкнув Стаса, направился вон из ресторана. Повисла долгая напряженная пауза. Стас тихо распорядился, чтобы официанты убрали посуду и позвали уборщицу.

— Мышонок, — опомнившись, обратилась я к плачущей Нане. — Всё хорошо. Всё хорошо, девочка моя. Не плачь. Ты испугалась, да? Уже всё хорошо.

— Мне нужно к Никите, — Марика вскочила из-за стола и побежала к выходу.

Такой прекрасно начавшийся день закончился чудовищной сценой семейных разбирательств. Когда мы с Наной возвращались домой к Грише, я надеялась на то, что застану его там. Меня волновало его состояние. Отчасти я понимала Гора. Когда близкий человек осознанно или нет пренебрегает твоими попытками предостеречь его, это всегда больно бьет.

Дома Гриши не оказалось. Я успокоила Нану и разрешила ей сегодня спать вместе со мной. И когда дочка уже тихо сопела у меня под боком, держа в одной руке мышонка, я никак не могла сомкнуть глаз. Всё думала и думала о случившемся, пытаясь определить, кто прав, а кто виноват. Но итог вырисовывался такой, что у каждого была своя правда. Гор хотел абсолютной верности, а Марика — независимости. Но несмотря на всю жесткость своей натуры, Гриша предоставил право выбора сестре. И выбор оказался не в его пользу. Не исключено, что в глубине души Гор хотел бы ошибаться в своих подозрениях, но они оказались верны. Его разозлило собственное малодушие. Разозлило то, что он позволил себе эту уступку, стоившую ему очень-очень дорого.

Я уснула лишь под утро. До этого момента несколько раз набирала Гришу, затем Марику. Ни от кого из них я так и не получила ответа.

Сегодняшний день обещал быть дождливым. Плотные серые тучи низко нависли над городом и где-то вдалеке слышался тихий рык прокатывающегося грома.

Нанка сидела со мной на кухне и старательно разукрашивала картинки фломастерами. Одну картинку она разукрасила согласно образцу, а со второй решила уже разобраться самостоятельно. Я готовила для нас завтрак и постоянно поглядывала на телефон. Гриша дома так и не появился, а на мой звонок — не ответил. Волнение усилилось, но я старалась успокоить себя тем, что у него сейчас серьезные проблемы, которые нужно было экстренно решать.

Поэтому, когда мой телефон резко зазвонил, я едва не выронила нож из рук. Правда, вместо ожидаемого имени Гриши, я увидела имя Марики.

— Да? — торопливо ответила я.

— Мариш, он дома? — шмыгнув носом, спросила Марика.

— Нет. Со вчерашнего дня его не видела.

— Понятно, — Марика раздраженно цокнула языком, затем снова шмыгнула носом.

— Ты плачешь? — встревоженно спросила я.

— Нормально всё. Просто Никиты тоже нет и дозвониться я ему никак не могу.

Тревога Марики мне была вполне понятна. Я вдруг вспомнила избитого Юру.