Маша Брежнева – Мы не подходим (страница 7)

Фил: «Нет, Таня, это свидание, можешь даже не пытаться называть это иначе».

Глава 8

Фил

Я никогда не просил подменить меня на работе. Но правы те, кто говорит, что в этой жизни все бывает в первый раз. Почувствовал себя немного скотиной, когда за два часа до выхода позвонил в «Престиж» и попросил поменяться с кем-нибудь. Но я не мог рисковать – сегодняшнее согласие Тани может не распространяться на завтра.

У меня нет никакого чёткого плана действий. Я вообще не понимаю, что делать. Знаю только, что хочу ее увидеть прямо сейчас, и если она согласна, может называть нашу встречу, как ей угодно.

Я помню про ее мужчину, но вот это как раз меня совершенно не колышет. Если чуваку тридцать с чем-то там, а он продолжает просто встречаться с такой красивой девушкой и не женится, то он идиот. Упустит свое счастье, по крайней мере, я приложу для этого все усилия.

И да, я все помню и про то, что она старше, что у нее работа в Правительстве и личный водитель, ноги от ушей и лицо супермодели. Я не тот, кто ей подходит, но пошли все к черту со своими ярлыками. Мы сами решаем, что будет с нами дальше. Я не верю, что раз и навсегда все предопределено.

Ну а пока я понятию не имею, где находится Таня, дома или нет, а ведь от этого и зависит, чем мне предложить ей заняться.

Заводя машину, левой рукой печатаю ей сообщение. Вообще я совершенно спокойно умею управляться со всеми делами и левой, и правой рукой, что очень помогает мне в обеих моих работах. Мать говорила, что с младенчества я все тянул в левую и правую руки поровну, а потом ситуация исправилась как-то сама. И уже в школе я был четким левшой, меня учили писать левой и держать в ней вилку. Но я все равно в прямом смысле на все руки мастер.

В общем, спрашиваю у Тани, где она, и говорю, что смогу добраться туда минут через пятнадцать. Обещает подождать, и я срываюсь с места к ней.

Конечно, я не ожидал, что она согласится. Думал, отошьет еще как. Настраивался на то, что борьба просто за встречу будет долгой и сложной, но, бинго, мне повезло. И вот уже я мчу по дороге в центр к ней в этот субботний вечер, про себя думая, о чем вообще могу с ней поговорить.

В обед я изучил сайт Правительства и нашел ее там в разделе «власть». Вот же… На властную леди потянуло, получается. Полистал сайт еще где-то с минуту и перешел в соцсети на поиски Тани. Это было несложно. Но, должен сказать, в жизни она даже лучше, чем на фотках, хотя все фотографии у нее шикарные. Если бы не пошла работать пресс-секретарем, стала бы моделью, я уверен.

Таню я замечаю на тротуаре в десяти метрах от остановки, которую она назвала в качестве ориентира. Сегодня на блондинке легкое светлое платье в синий цветочек, босоножки без каблука и голубая сумочка. Вчера в «Престиже» она была с другой, я уверен. Не удивлюсь, если у Тани дома целая гардеробная.

А я… Ну что я. В черной футболке, безразмерных джинсах, которые мне нравятся, и видавших виды найках, но вроде настоящих, из фирменного магазина. И где-то в багажнике должна толстовка валяться. На случай, если вдруг похолодает, пригодится, побуду джентльменом и отдам со своего плеча девушке.

Я останавливаюсь и опускаю стекло, чтобы Таня увидела меня. Совершенно не меняясь в лице, она открывает дверь и садится. Такая неприступная и холодная, что если бы я не помнил, с каким азартом она отвечала на мой вчерашний поцелуй, не поверил бы. Но губы все помнят, а я мечтаю ощутить этот ягодный вкус ее губ еще хотя бы раз.

Она молчит и косится на меня, словно не соображая, что вообще делает в моей машине. Фак, а что она тут делает? Сама же так решила. Свидание, не свидание… Мне пофиг. Главное, что она сидит в каких-то сантиметрах, в салоне пахнет ее духами, и каждая клеточка моего тела очень буйно реагирует на эту девушку.

Вообще я не бабник, хотя и не святоша. Я никогда не был главной звездой в компании, но девушкам нравился. Проблем с женским вниманием не испытывал, подружку мне было найти легко, но ничего серьезного не клеилось. Да и когда бы, если я вечно пашу как лошадь? Может, я действительно тупо не знаю, что делать с такой офигительной девушкой, но меня никто и не научит. Выкручусь сам как-нибудь.

– Хочу тебе напомнить, что это не свидание, – Таня первой нарушает тишину, но делает это неприятно. Словно достает из сумки нож и вставляет мне его под ребро.

– Почему?

– Потому что буквально полчаса назад я собиралась на свидание со своим парнем, но мы поссорились и отменили все.

– Вот видишь. А был бы парень нормальным, такого бы не произошло.

– Ты слишком много на себя берешь, – осуждающе говорит Таня, но вместе с тем тот короткий взгляд, который я успеваю на нее бросить, не выхватывает на лице эмоции осуждения.

– Я еще даже не пробовал.

– Понятия не имею, зачем согласилась поехать с тобой, но раз это случилось, так и быть, давай посмотрим, что из этого получится. Но стартовые условия ты знаешь.

– Повторяй их еще чаще, и нам будет не о чем поговорить, кроме как о твоем мужике. Может, хватит? – я немного раздражаюсь, хотя знаю – я не в том положении, когда имеют на это право.

– Может, и хватит.

– Тогда скажи, куда ты хочешь поехать.

– А разве ты еще не придумал сам? Это же ты меня пригласил.

– Я же ничего о тебе не знаю. Как я могу сам придумать? Ну допустим, самый простой вопрос – ты ужинала?

– Нет. Ужин не состоялся.

– Ну и прекрасно. Тогда поужинаем вместе, но ты права, выбирать буду я.

Звучит немного нагло и самонадеянно, как и половина всего того, что я говорю в присутствии Тани. Но я не хочу из себя кого-то изображать. Если я не понравлюсь ей настоящим, вряд ли она оценит, когда я буду играть какую-то надуманную роль.

Пораскинув мозгами, решаю, что все приличные рестораны этого города могут идти к черту – в них Алехина сходит и без меня. А вот я отвезу ее туда, куда она вряд ли пойдет со своими крутыми подружками.

Мы приезжаем на «ряды» – это известное среди молодежи место, где тусят скейтеры и велосипедисты, еще тут рядом прокат самокатов и прочей фигни, а главное – растянувшиеся на сотни метров палатки с уличной едой, напитками и всякой ерундой, которую обожают дети.

– Спорим, ты либо не была здесь, либо была тысячу лет назад? – спрашиваю, оставляя машину на парковке около входа на территорию этого мини-парка.

– Была. Но действительно очень давно, наверное, когда училась в универе.

– Ты местная?

– Да, мои родители тоже живут здесь. А ты?

– Я родился здесь, но у бабушки с дедом есть домик на море. Если в край все задолбает, всегда есть вариант свалить туда.

– И часто пользуешься этим вариантом?

– Честно? Нет. Некогда просто. Пойдем?

– Ну пойдем, – пожав плечами, она одновременно со мной выходит из машины и оглядывается. – Ты часто тут бываешь?

Заметно, что она действительно давно не была здесь – не узнает, как тут все изменилось. А мы еще пацанами в школе любили тут на великах гонять. Специально на выходных приезжали сюда, лишь бы веселее было.

– Сейчас не особо, но мне тут нравится. Самые вкусные бургеры края готовят не в фаст-фуде, а именно здесь.

– Что? Бургеры? Я такое не ем! – фыркнув, она забавно морщит носик. Ей все равно идет.

– Да-да, значит, сегодня будешь нарушать свой режим. Ищи и занимай нам места, я все принесу.

Для тех, кто не хочет есть на ходу, поставили столики, которые упорно и очень быстро занимает местная молодежь, поэтому Тане предстоит задачка не из легких – отбить хоть бы кусочек свободного пространства. Но когда прихожу с бумажным пакетом и лимонадом на подставке, вижу, что место она очень даже нашла. Журналист, что сказать. Ангелочками эти ребята не бывают и за себя постоять умеют.

Усаживаюсь напротив нее и вынимаю из пакета горячие булочки, про себя отмечаю, что кое-кого за этим столом можно назвать так же. Достаю из подставки один из стаканчиков, двигаю к ней, а затем передаю и прозрачные перчатки.

– Даже так? Нифига себе сервис, – Таня удивляется и с энтузиазмом натягивает перчатки на руки.

– А ты как думала?

Она и сама не знает. С радостью вгрызается в бургер, от которого планировала отказаться, и закатывает глаза не хуже, чем от оргазма.

Блядство. Зачем я это представил? Ее слишком сексуальный рот должен быть занят не только поеданием бургеров, но это, сука, разгон всех разгонов.

– Вкусно? – спрашиваю, когда сам натягиваю дуракцие перчатки (никогда бы так не делал, если бы не Таня рядом) и откусываю от своего.

– Ты не представляешь, насколько вкуснее становится эта гадость, когда не ешь ее месяцами.

– Нарушать всегда круто, – бубню прямо с набитым ртом. Да, сраная привычка, надо бы как-нибудь отучиться.

Зря сказал это. Таня за секунду поникла, и ее глаза, которые только что загадочно блестели, как будто отключили свой магический свет.

– Ты сейчас подумала не о еде, правда?

– Правда.

– Считаешь, что не должна была так поступать?

– Ну конечно.

– Да брось. Сделала так, как захотела.

– Ладно, допустим, со мной понятно. Но почему ты делаешь все это? Ведь ты знаешь, что я несвободная девушка.

– Да я с детства привык, что если хочешь что-то хорошее получить, придется за это бороться. Никогда и ничего не дается легко. Как-то так. Кстати, хочешь сладкую вату?

Мы оба смотрим на проходящую мимо нас маленькую девчушку, которая с таким заразительным хохотом отрывает кусочки от большого розового шара.