Марьяна Сурикова – Пари, леди, или Укротить неукротимого (страница 5)

— Что такое? — то ли удивилась, то ли продолжила возмущаться женщина, явно не понимая, как вести себя дальше со странной посетительницей.

— Там, там эти… — Алисия неопределенно помахала рукой, — эти… — она громко вздохнула, — когда видишь не то, что кажется, а кажется не то, что на самом деле видишь. На «г».

— Что за «г»? — прищурилась секретарша.

— Галлюцинации, — вежливо подсказал голос со стороны вновь отворившейся двери.

— Именно, — выдохнула Алис, подняв голову и столкнувшись взглядом с объектом собственных кошмаров.

— Почему вы вышли? — вдруг возмущенно воскликнула секретарь. — Вы говорили никого не впускать и что у вас не приемный день.

Проигнорировав негодование строгой женщины, лорд Даниар Морбей де Феррес, заложив одну руку в карман, а плечом прислонившись к дверной притолоке, выразительно спросил:

— Чем обязан?

Окинув мужчину растерянным взглядом, Алисия принялась оглядываться в поисках графина с водой, на что лорд незамедлительно отреагировал фразой: «Канделябры здесь не держим».

— Ну знаете! — вновь возмутилась секретарь. — Это переходит все границы! Я с самого утра всеми правдами и неправдами защищаю ваш кабинет, а вы… вы сами выходите! Представляете, через что мне пришлось пройти, отстаивая ваше распоряжение никого не впускать?

— Не понимаю вашего возмущения, мне ведь стало интересно, — указал на Алисию невозмутимый лорд. — Так зачем вы здесь, леди?

— А вы меня помните? — ввиду новой открывшейся информации весьма огорчилась Алис.

— Ваш облик отпечатался в моей голове. — Мужчина указал на собственный лоб.

— Тогда зачем спрашивать? — уточнила Алис.

— Как не понимаете возмущения? — вмешалась в беседу секретарь.

— Я приехала учиться, как вы и советовали, — продолжила Алисия.

— Я за одно утро выдержала четыре скандала и выслушала десять весьма забористых высказываний!

— Прием окончен, вы опоздали, — заявил лорд Алисии, растеряв весь интерес. — Это ваша работа, справляйтесь, — пояснил он секретарю, после чего развернулся и закрыл за собой дверь.

На несколько секунд лишившись дара речи, обе женщины взглянули друг на друга.

— Ну знаете, — медленно выговорила секретарь, — это уже ни в какие ворота.

Она решительно зашагала в сторону стола, а после достала откуда-то пустую коробку и с грохотом принялась бросать в нее извлекаемые из выдвижных ящичков вещи.

Решительно поднявшись со стула, Алисия стукнула три раза и, не дождавшись приглашения, распахнула дверь.

— Вы обязаны меня принять! — заявила она несносному лорду, чей высокомерный вид ни на секунду не приглушил праведного негодования, разгоревшегося в душе девушки. Собираясь в дорогу в один конец, леди Аксэн-Байо-Гота не предусмотрела возможности своего возвращения. Ей просто некуда было возвращаться. — По вашей милости я очутилась в весьма бедственном положении, и долг любого достойного уважения джентльмена протянуть даме руку помощи.

— Исправьте, если я не прав, но ваше состояние было проиграно вашим же отцом. Что же до остального, за сегодняшний день, — лорд помахал в воздухе кипой листов, — я ответил отказом на более чем двести требований принять безбожно опоздавших, но пылко жаждущих знаний в университет. Кто не успел, тот опоздал, леди. Вы собирались столь долгое время, что мы успели уладить все финансовые вопросы и благополучно запустить учебный процесс. Дело не одного дня, я замечу.

— Заметьте еще и то, пожалуйста, что я очень рассчитывала на поступление сюда. А до этого решала важные моменты, связанные с конфискацией имущества. Теперь мне некуда идти.

— Возвращайтесь к вашим опекунам, — пожал плечами лорд, — переночуйте в гостинице, — предвосхитил он следующий вопрос.

— Вот как теперь отказывают попавшим в беду леди? — гордо вздернула подбородок Алисия.

Следующей тираде о том, как измельчали нынешние джентльмены, помешало повторное явление секретаря, крепко сжимавшей в руках набитую доверху коробку.

— Я ухожу! — гордо заявила она. — Сию же минуту! И, скажу по правде, с вами совершенно невозможно работать. Вы невыносимы!

Развернувшись, она ловко подцепила ногой дверную створку, позволив той громко захлопнуться следом.

— Шестой секретарь за неделю, — с сожалением вздохнул лорд, — а ведь она продержалась дольше остальных. Где здесь другие рекомендации?

И он зашуршал бумагами на рабочем столе, в то время как Алисия боролась с желанием точно так же громко хлопнуть дверью.

— А вы всегда принимаете на работу исключительно по рекомендациям?

— И с соответствующими документами о получении подходящего образования.

— Образования? Да чтобы стать хорошим секретарем, вовсе нет нужды в образовании. Внимательность, ответственность, соответствующая хватка — все, что требуется. Любая девушка, обученная вести дом, справится с подобной обязанностью.

— Что вы говорите? — Лорд поудобнее устроил подбородок на сложенных домиком ладонях и снисходительно улыбнулся. — Значит, образование для женщины без надобности? Она и так справится с любой работой?

— Она в состоянии справиться с подходящей работой, получив для этого базовые навыки.

— И вы даже готовы настоять на своем заявлении?

— Более того, я готова заявить со всей ответственностью, что новый закон об обязательном получении образования совсем никуда не годится.

— По вам плачет пост министра просвещения.

— Имей я возможность лично беседовать с министром, повторила бы ему то же самое.

— А знаете, леди, — лорд, чей взгляд внезапно загорелся неким то ли азартом, то ли предвкушением, поднялся из-за стола и, склонившись через него, протянул Алисии руку, — не хотите заключить пари?

— Что?

— Пари, леди.

— Какого рода?

— Докажите мне ваши слова на деле, и я… хм, а что вы там хотели? Ах да! Я приму вас в университет.

— Знаете, это не самое большое мое желание.

— Вы пришли сюда с подобным заявлением, а теперь противоречите сами себе. Учтите, я не любитель неопределенностей. Так вы принимаете условия?

— Стать вашим секретарем? А как я тогда буду учиться?

— Уверен, с вашей сообразительностью и базовыми навыками это не составит труда.

— Что будет в случае проигрыша?

— В случае проигрыша организуете поддержку новому закону и просветите всех своих знакомых о том, как это важно — учиться.

— Может, еще на каждом углу возносить хвалу нашему министру просвещения?

— И это тоже. Ну так что? Беретесь за должность моего секретаря и готовы продержаться на ней столько, сколько потребуется, чтобы доказать свои высказывания?

— Я готова исполнять эту должность месяц.

— Месяц? Нет уж, спасибо. Вы получаете право учиться, получаете работу, а я — лишь согласие с моей точкой зрения?

— Дай вам волю, и вы закабалите меня на год!

— Нет, леди, месяц — это крайне невыгодно. Я лучше поищу кого-то другого.

— Ах вот как! Да вы просто, просто… невыносимы!

Алисия все-таки исполнила свое пожелание и громко хлопнула дверью.

— Что за кошмарный человек! — громко проговорила она, оглядывая пустую приемную. — Теперь понятно, почему с ним никто не может работать. Но что мне теперь делать?

Она направилась к заваленному бумагами столу, надеясь отыскать среди этой кучи нечто полезное, например, условия поступления, но наткнулась на совсем иное. Твердой рукой ушедшего секретаря был выведен список визитеров, которых доблестная дама полдня выпроваживала из приемной.

— Одни женщины, — пробормотала Алисия, — и все титулованные, да к тому же…

И тут ее осенила новая идея.

Мгновенно оказавшись рядом с дверью в кабинет, она вновь постучала и приотворила створку.