Марьяна Сурикова – Пари, леди, или Укротить неукротимого (страница 20)

— Контролируйте себя, леди. Противоядию требуется время, чтобы окончательно подействовать. Надеюсь, не хотите, чтобы мои усилия пропали даром.

— Ах, ваши усилия… — подавилась вдохом девушка. — Премного вам благодарна!

Резко отвернувшись от мужчины, она рванула в сторону административного корпуса, сокрушаясь, что перчатки остались в кабинете, а иным способом лорд на дуэль не вызывался.

Картина маслом: в воздухе плавал лиловый дым, еще не выветрившийся после взрыва порошка, с десяток лордов в непривычных позах (кто в обнимку, кто вцепившись в чужой сюртук и с кулаком, занесенным для удара) приходили в себя. Кабинет был практически разгромлен, а автор эксперимента обнаружился на шкафу, и как он туда забрался, сам не помнил.

— Снимите, — обратился к Алисии лорд.

Ни пожалуйста, ни будьте любезны. Ни одного вежливого слова. А впрочем, чего еще ждать от такого, такого…

— Проблемы? — взглянул на секретаря его светлость.

«У вас с воспитанием», — хотелось бы ответить Алис. Однако замешкалась девушка не из упрямства, а исключительно потому, что прикидывала, тяжелее или легче студент двух увесистых чемоданов.

Когда он воспарил, барахтаясь в воздухе, Алисия успела порадоваться собственному мастерству, но при снижении что-то пошло не так. Возможно, из-за барахтанья и сопротивления (ведь чемоданы не сопротивлялись) примерно на середине шкафа юный гений сумел-таки нарушить связи и звучно грохнулся на пол.

— Жесткая посадка? — подступил к стонущей жертве не ведавший жалости лорд, а после ухватил за шкирку и вытащил в приемную. Остальных пострадавших на всякий случай оставил в кабинете до «полного выздоровления».

— Рассказывай! — велел он, водрузив студента на секретарский стул.

— Шмыш, — громко поведал студент.

— Все рассказывай, — безжалостно отрезал Даниар. — Как додумался? Как воплотил? Ты мне работников деморализовал! В ближайший месяц всех заместителей менять! Они теперь в курсе, кто кого ненавидит и… не ненавидит. В любом случае не сработаются.

— Это она виновата, — указал рукой создатель зелий и антидотов.

— Я? — задохнулась от возмущения леди и вспыхнула под очень тяжелым взглядом лорда.

— Ты грозила меня выгнать.

— Ты подсунул препарат для отращивания хвостов в столовую.

— Ты мне комнату разгромила, а после коменданту сдала.

— Никого я не сдавала!

— Ближе к делу! — рявкнул Даниар, мигом прекратив спор.

— Я надумал сварить зелье страсти, чтобы ее, — студент даже рукой указал, кого именно, — немного задурманить и убедить не сдавать коменданту и ректору.

— Дальше? — перехватив за талию вооружившуюся зонтиком Алисию и удержав ее на безопасном расстоянии, велел Даниар.

— Всего-то хотел чуточку приворожить. Исключительно симпатию вызвать.

— А не много ли ты на себя взял? — усиленно вырываясь от лорда, воскликнула Алисия.

— Ты бы не перебивала, — возмутился студент, — сейчас до конца расскажу.

— Леди, вас заморозить? — пригрозило начальство. Отобрав зонтик, лорд утащил девушку к стулу для посетителей, насильственно на него усадил и для верности прижал руками за плечи.

— Что-то пошло не по плану. Я не понимаю, как в зелье попал испаряющий ингредиент. Едва успел в пробирку налить, чтобы протестировать, как все варево пшикнуло и превратилось в дым.

— Не надышались? — с издевкой уточнил Даниар, продолжая придерживать Алис, хотя она неожиданно присмирела. Леди же в этот миг подумала, что всякие не вовремя попадающие в варево ингредиенты могли быть делом рук веселых домовичков.

— Я в защите всегда работаю. Маска там, все остальное.

— А неудовольствие леди вместо влюбленности вызвать не боялись?

— Так известный способ: если женщина недовольна, поцелуй ее, и все пройдет. Любовь, ненависть — одна эмоция с разных сторон.

Алис даже покраснела от такого заявления и снова хотела вскочить, но лорд опять не позволил.

— Дальше.

— И тут началось…

— Действие зелья?

— Ага. Я рванул к выходу, а там как раз комендант заявился. И давай отчитывать: «Запрещенные зелья варишь?» Вот точно она подослала. Хотя обещала, — с обидой закончил студент.

— Он тебя при полном камуфляже и с пробиркой в руках увидел, что еще подумать мог? — возмутилась Алисия. — При чем тут я?

— Вы всегда ни при чем, — ввернул лорд.

— Женщины — извечный источник неприятностей, — философски подытожил студент.

И в этот момент Алис смирилась. Вот просто смирилась, и все. Кузина Атильда как-то сказала: «Никогда не спорь с мужчинами, милая, это совершенно бесполезное занятие. Просто молча сделай по-своему». «А если гордость не позволяет?» — уточнила Алисия. «Тогда тихо и без лишнего шума возьми реванш». И девушка решила не спорить. Однако, вопреки ее ожиданиям, покорность и скромная поза (а леди совершенно перестала вырываться и даже сложила ладони на коленях) навели лорда на какие-то абсолютно неправильные мысли. Его должна была впечатлить или по меньшей мере умилить безропотность секретаря, однако в серо-зеленых, с фиолетовыми искорками глазах вдруг зародилось такое подозрение, что впору было самой себя испугаться.

— Подвожу итог. — Даниар сложил на груди руки, не отрывая от Алисии глаз и следя за каждым ее движением.

— Отчислите? — тут же вмешался студент.

— Уволите? — уточнила леди.

— Назначу вас его куратором. — Лорд сделал плавный жест от Алис к Ибельшшюйнцхену.

— Нет! — в один голос воскликнули оба.

— Да, — неумолимо отрезал лорд.

— Лучше отчислите! — взмолился студент.

— Можно я сегодня же уеду домой?

— Оба останетесь здесь! — сказано было таким тоном, что ни леди, ни жалобно взиравший на министра парень не решились больше и рта раскрыть.

— Вас, — продолжил Даниар, глянув на студента так, что того озноб пробрал, — будем держать под присмотром, пока не научитесь использовать мозги попутно с собственными талантами. А вы, — он взглянул на леди, и пришел черед Алис поежиться, — до истечения трех месяцев не заикайтесь об увольнении.

Он демонстративно сжал ладонь, а у Алис тут же заболело запястье. Глянув вниз, она увидела полыхнувший на нем лиловый браслет.

— Ого, магическая клятва! Дева настолько неуправляема? — Студент присвистнул и тут же закашлялся от взгляда Даниара.

— Хотите себе такой же? — уточнил тот.

— Нет, нет, — тут же открестился Ибельнишойнцхен и скопировал позу Алисии, привнеся в свой облик еще больше смирения и покорности, а на леди взглянул практически с уважением.

— Если он что-то натворит, отвечать будете вы, — заявил лорд, продолжая сверлить Алис пристальным взглядом, но не успела леди возмутиться, а студент — обрадоваться, как лорд добавил: — Форму наказания тоже определяете вы.

Парень сдулся окончательно и совсем-совсем погрустнел, а когда министр указал ему на выход, то дважды просить не пришлось.

— Ваша светлость, — воспользовалась уходом юного дарования Алисия, — а мне не положена премия за увеличение рабочей нагрузки? Надбавка в виде поощрения? Чек, в конце концов?

— Какая меркантильность. — Лорд заломил бровь. — Разве истинным леди пристало просить денег?

— Им также не пристало следить за особами мужского пола.

— С вашим рвением к работе о премиях следует позабыть до конца третьего месяца, — добил лорд Морбей де Феррес.

— Как забыть? А жить на что?

— Как и все, леди, — на зарплату. Хотя вы подали идею, господину ректору и коменданту точно полагаются премии за моральный ущерб.

Им полагаются? А ей — на зарплату? И при этом круг обязанностей непрерывно растет и ширится, а гардероб скудеет и уменьшается. Если и дальше позволять подобное самоуправство, то ее и вовсе закабалят.

Алисия опустила взгляд на платье, и прежде не слишком презентабельное, а теперь пострадавшее в процессе спасения мира, прикинула, что новое будет стоить в два раза дороже, ведь столица не провинция, и поняла — на восстановление гардероба в условиях университета никаких финансов не хватит. Но разве дано лорду это осознать? Он едва ли способен проникнуться мыслью, что зарплата не обеспечит леди настолько презентабельного вида, чтобы появился шанс удачно выйти замуж. Оставалось лишь последовать совету Атильды и взять реванш.

— Превосходно! — Она изящно поднялась и выдала: — А как же компенсация за моральный ущерб?