Марьяна Брай – Север в сердце (страница 60)

- А как же то, что я настоял на вашем правлении этими землями?

- Мы вполне справлялись с мужем. Он никогда не отмахивался от моих советов, он спорил со мной наравне, как с другими своими помощниками. А сейчас, я думаю, ему будет тяжело.

- Вы же можете продолжать делить обязанности, просто, я хочу иметь дело с вами.

- Ну, надеюсь, у нас все получится, идемте, от меня ждут слово, - я потянула его к кострам, где сейчас Драс благодарил северян и воинов, что пришли с юга, что пришли с Харэмом и Тиарой. Он говорил о том, что чужие люди, которые недавно были врагами, стали нам друзьями.

- Я не верила, что так быстро можно найти верных людей, честных и готовых прийти на выручку. Теперь мы всегда готовы помочь и вам, но я хочу сказать вам следующее: наш город изменится, мы сами изменимся. Больше никто не будет решать сам, потому что вы видите, что случилось, когда все начали решать сами. Завтра все люди этого города придут на площадь, и я скажу им кто они, а сейчас, веселитесь и отдыхайте, - Сири отошла от костров и взяла Брана под руку:

- Прошу, давай уйдем отсюда, я так устала, завтра приедут дети, а сейчас у нас дома спят Юта и Севар…

- И Харэм, он только что пробежал. Я видел, как он устремился в сторону дома, как только ты закончила говорить.

- Завтра, Драс. Они справятся сами, а сейчас я хочу лечь, наконец в постель, а не на пол, или в шатре, раздеться без страха, что вокруг спит тьма людей. А утром проснуться, сварить кофе, и радоваться, что мы дома.

- Ты теперь правитель, у тебя есть обязанности…

- Я же правитель, значит, я повелеваю, - Сири смеялась, и уводила Драса к дому.

Харэм проверил, стоят ли у дома люди, что он оставил, и вошел в темную комнату. Он слышал размеренное дыхание Севара в большой комнате и осторожно прошел в детскую комнату. На одной из кроватей спала Юта. Он сел на свободную кровать, и дождался, когда глаза привыкнут к темноте. Она спала как ребенок, дышала спокойно и морщилась во сне. Может быть ей больно. Он пощупал ее лоб, и она чуть вздрогнула, но не проснулась. Жара не было, а это самое главное сейчас. Ему хотелось прижать ее к себе, хотелось, чтобы она слышала его, но будить ее он не хотел.

Харэм слышал, как пришли Драс и Сири, как Сири поила Севара, когда он проснулся. Он слышал как они шепчутся в комнате. Он сидел и смотрел на Юту.

- Ты спал здесь, - Харэма разбудил шепот Юты.

- Я не спал, я смотрел за тобой, - шепотом ответил он и встал с кровати. Во сне он завалился на бок, и спина затекла, левая рука покрылась мурашками. Он поводил плечами и подошел к Юте.

- Ну конечно. Меня разбудил твой храп.

- Не может быть. Как ты?

- Ну, мазь от ожога помогает, иначе бы я убила тебя той же кочергой, которой ты прижигал мне раны.

- Так было нужно, Юта, я знаю, что это больно, к нашему отъезду ты уже легко будешь сидеть в седле.

- «К нашему»?

- Да, твой отец дал свое разрешение.

- Без моего слова? То есть мое согласие ни тебе, ни ему не нужно?

- Нужно, и поэтому я жду, когда ты проснешься.

- Не надо здесь сидеть, Харэм, я еще не знаю, что хочу, и не знаю, люблю ли я тебя.

- Хорошо, но ты должна знать, что знаю я. Ты будешь моей женой.

- Уходи, и знай, что я никогда не позволю решать за меня, - она стонала, но старалась отвернуться к стене.

Харэм выдохнул и вышел из комнаты. У него было много дел до отъезда. Он вышел из дома, еще раз проверил людей, что охраняли дом и направился к лесу, где его ждал шатер. Люди уже спали. Караул был на местах, его воины наблюдали из леса. Он спокойно вошел в шатер, лег и сразу заснул.

Глава 69

Через три дня я собрала всех жителей Зарама. Площадь не вмещала всех, но люди стояли даже в поле, с которого хорошо была видна вся площадь. Оми приготовила для меня платье. И теперь я была не Сири из Уклама, не Сири, что осталась без мужа, не Сири, что придумала из шерсти новые теплые вещи. Я стояла на площади перед своими людьми, и почти все они были предателями.

Начинать свое правление с жестоких мер – плохая история, но именно этот случай заставил меня забыть о демократии там, где люди не знают всего даже о себе. Мы начинали первый век королей в этом мире, в этом мире, который я хотела изменить, миновав этот пласт.

-  Я хочу сказать вам, что уже не держу на вас обиды, но и доверие мое потеряно вами навсегда, и в ближайшие два дня, вы можете уйти и искать новые земли, или жить с одними правителями – мной и Драсом. По нашим правилам. Или вы работаете на землях севера, платите налог, или уходите, - мне сложно давались эти слова не потому что обида прошла и людей было жаль, а потому, что я знала – они не уйдут, и мне придется жить, ожидая очередного случая, когда я получу удар в спину.

- Все земли от Большого моря на юге и до большого моря на западе с этого дня будут называться Королевством Зарам. Север есть и за нашими землями, и мы должны забрать эти земли. А еще, мы будем продвигаться на восток, за большие болота. Вы можете уйти пока не поздно, потому что любое предательство в Зараме теперь будет нести за собой смертную казнь.

Люди молчали, и тишина была гнетущей. Даже мои дети, что стояли в первом ряду перед Драсом и Ютой, стояли открыв рты.

- Новое племя Тиары будет жить севернее, в одном дне пути. Земли Харэма на востоке от наших земель, и они тоже будут двигаться на север, оставив нам побережье в один день дороги, так у нас будет выход к морю на востоке.

- Сорис больше не будет главным городом, а останется лишь портом. Корабли Правителя Улааля будут подходить к берегу, и мы будем торговать с ними и обмениваться товарами. С южанами мы вместе будем изучать море южнее, западнее и восточнее, но мы не будем забирать южных земель, а они не посягнут на северные, - я видела Улааля, и видела людей, что стоят возле него – они держали в руках небольшие сундуки, что Улааль приготовил мне в качестве подарков. Он улыбался, и я видела в его взгляде всю причастность к тому, что происходит здесь сейчас.

- Большое море будет нашими общими водами, и люди севера и юга теперь могут сами выбирать себе место для жизни. Корабли будут перевозить и людей, - после этих слов люди, люди зашумели. Еще никогда никто не выбирал себе место для жизни. Спины расслабились, плечи опустились, и они, скорее всего, считали, что беда миновала. Для них главным было – остаться в живых.

- Людей, что я приставлю к землям, за которыми следили карлы, будут отвечать только передо мной. Они принесут клятву верности, и будут отвечать головой за проступки, но они будут иметь земли, люди, живущие на них, будут платить им налог.

- После нас место короля займет наш сын, а после него – его сын, - я посмотрела на Дара, который открыл рот, его глаза расширялись, а Дарина повернулась к нему и вертела своей белой головой то на меня, то на отца, пытаясь понять – не шучу ли я сейчас.

- Королева, Юг признает ваши права, и я, как правитель Юга, приношу вам свои подарки, - вперед вышел Улааль, рядом с ним вышел его человек, что нес небольшой сундучок. Еще один человек открыл его и Улааль извлек из бархатного нутра корону. Она была как из книжки, такую носили короли моего мира.

 Как он мог узнать о короне, ведь даже у него нет короны. Мысли скакали в голове, а он шел ко мне с короной из металлов, похожих на серебро и платину, украшенную камнями. Мое платье было стального цвета с бордовыми вставками, накидка была бордовой, как камни, похожие на рубины в короне.

Улааль без труда надел ее мне на голову. Она оказалась достаточно тяжелой

- Королева Зарама, я, Правитель Юга признаю ваши права на эти земли, наш договор о дружбе и торговле, наш договор о море и новых землях, - он впервые чуть склонил голову передо мной, и отошел. За ним стоял Харэм.

- Королева Зарама, я Правитель харкама, признаю ваши права, наш договор о дружбе и торговле, о море и о новых землях, - я хотела было уже принять его поклон, но он продолжил: - а также, я прошу руки Юты, и обещаю защищать ее, уважать и любить…

Я увидела глаза Юты, что стояла в первом ряду. Она была напугана и смотрела только на меня.

- Я даю свое согласие на брак с Ютой в том случае, если она согласна, и уйдет с вами завтра, и, если она будет вашей единственной женой, Харэм, и хочу, как королева Зарама поблагодарить за помощь, - он чуть склонил голову и отошел. Грудь Юты вздымалась, глаза горели, но теперь ее держали Драс и Бор с разных сторон.

Люди хлопали, но не в мою честь, а в честь того, что их не утопили, как Оруса. Бран надеялся, что я поверю в его слова о том, что два человека могли одновременно утонуть в реке в конце лета, и я не стала его переубеждать. С ним был Улааль, и это точно было его решение.

Юта рвалась ко мне, но Драс не отпускал ее до конца церемонии. Эта девочка еще не знает, что и сама любит его. Но до завтрашнего дня, когда Харэм и его люди планировали уйти, она должна принять решение.

Вечером, когда на улицах города был праздник, мы сидели дома, пили Олу и успокаивали наших детей.

- Мама, ты же говорила, что королев не существует, а сама стала королевой, ты же говорила, что это сказки, - не унималась Дара, но с колен отца ко мне не стремилась.

- Да, но любая сказка может оказаться правдой. Поэтому, всегда нужно быть готовой к этому, детка, - я улыбалась Драсу, который подшучивал, что ему больше ни о чем не нужно переживать, раз он муж королевы.