Марьяна Брай – Север в сердце (страница 53)

- Заткнись! Я повешу тебя первой, за день до них, чтобы у них было время понять, что их ждет, - слюни летели из его рта, и когда он увидел, что я смеюсь, лицо его стало багровым, губы выгнулись.

- Вот видишь, ты даже не можешь сделать того, что хочешь – повесить меня. Ты так и сделал бы, если бы Ваал не объяснил тебе, что сначала нужно настроить против нас людей. А еще не все верят вам… Так что, пока тобой правит этот трус, ты не сможешь сделать ни – че – го! – Господи, лишь бы он сейчас не сорвался, и не повел меня к эшафоту.

На улице кричали дети. Среди их голосов угадывались взрослые – они гоняли их по площади у больших домов. Среди гвалта я узнала голос Дара, который громко орал песню, что теперь у него есть две сестры, но они обе трусят, а он – герой. В песне не было рифмы, не было смысла. Орус выбежал из дома и кричал, чтобы заткнули детей и выгнали с площади. Это было похоже на считалочку, но эти слова я услышала впервые:

- У меня была сестра, но теперь их стало две, трусят как солдаты, не умеют бегать. Я солдат не боюсь, третьей сестрой обзаведусь, будет смелою она и сожжет здесь всех до тла, - его голос все громче и громче повторял эту считалку, и за ним повторяли другие дети.

Их гоняли прямо напротив нашего дома, наверное, они пробрались сюда, или толпой пробежали мимо ротозеев. Сейчас их угоняли, но считалку уже подхватили все. Я повернулась к Драсу так осторожно как могла, чтобы не растерять в памяти этот голосок, который каждой буквой колол в самое сердце.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Юта его вторая сестра, Сири, он сам так говорит ей. Третья? Кто может стать третьей? Он хочет сказать, что они здесь, они в Зараме. Добрались, - я видела, как Драс с трудом сдерживается, как глаза его начинают блестеть от слез.

- Тиара, Драс, это Тиара. Больше девочек с нами нет. А на площадь Дару не отпустят. Сожгут до тла? Неужели они планируют поджечь тюрьму? Нельзя, ведь большие дома так близко – здесь школа, здесь наша фабрика бумаги. Они это знают. И знают, что я бы не одобрила. Там книги, Драс, книги, которые мы писали годами, - я думала, вспоминала – что еще может значить «сожжет здесь всех…»?

- Что-то связанное с огнем. Она может пробраться как ребенок. Если не на площадь, то в место, с которого площадь видна хорошо, - Драс продолжал думать и шепотом высказал прекрасный план.

- Да, на краю плато есть кустарники. Помнишь, как высоко это место? У них есть черная вода Харэма. Черный дым от нее видно далеко. Это будет знаком к нападению, Сири, - прошептал Гор и заулыбался. – Я бы что-нибудь съел. Если они здесь, нам ольше не стоит бояться за свою жизнь.

- Ты так веришь Тиаре, - Бор хотел подшутить над ним, но Гор не изменил выражения лица.

- Тиаре и Харэму, а еще, думаю именно Юта придумала эту песенку, можешь гордиться своей дочерью, Бор.

- Да, я боялся за нее, а теперь пришло время гордиться, что она смелее меня, - он тоже улыбался.

Охранники, что выбегали за Орусом, видимо, разогнали организованное Даром представление, и вернулись в дом. Посмотрели на нас, а потом друг на друга. Мы сделали то же самое, и поняли почему они так удивлены – мы все четверо улыбались.

Глава 61

- Ты молодец, Дар. Я и не знала, что мальчишки в твоем возрасте могут быть такими смелыми! – подбадривала мальчика Тиара, когда они шли к дому с площади, где устроили с детьми представление, которое придумала Юта.

- Ты тоже для девчонки очень смелая, - ответил Дар, косясь на свою новую подругу.

- В нашем стане все девчонки смелые как ты.

- А в нашем только мама и Юта, а остальные кричат, как только увидят мышь, - он хорохорился, и старался выглядеть взрослее.

У дома их ждал Севар. Все остальные прятались внутри. Ворота во двор держали запертыми. Юта и Харэм держали открытым дверцу в подполье, что специально для этого пропилил Севар. Он надеялся, что в комнате под кроватью никто не станет искать дополнительное место для схрона.

- Думаешь, они услышали твои слова? – Севар поспешно закрыл ворота и закрыл за ними дверь в дом, как только они вошли.

- Думаю да, потому что из дома, где держали Ваала выбежали солдаты с Орусом. Верхние окна сейчас открыты. Я кричал как мог, и потом за мной начали повторять ребята, - Дар посмотрел на Тиару, словно ждал ее подтверждения и продолжил: - Она тоже молодец, никто и не понял, что она чужачка.

- Да, в этой суете никто даже ничего не заподозрил. Я приготовила черной грязи в два горшка, возьму мешок и пойду к месту где Дар сложил дрова. Буду дежурить там, и если их выведут, сразу подпалю, - Тиара скинула с головы кепку Дара и Юта ахнула – ее волосы, которые были пострижены чуть выше плеч теперь были очень короткими, и если бы она потеряла шапку, никто бы и не подумал, что это девушка.

- Ты отрезала волосы? – спросила Юта, подойдя к ней.

- Севар помог.

- Вернее она заставила меня, - Севар разливал по мискам еду и смеялся.

- Нам нельзя рисковать, а волосы отрастут.

- Люди все больше и больше говорят о них плохо, - почти прокричала Сига, войдя в дом. – Представляете, даже наши учителя, которые работали рядом с Сири, которые удивлялись всему, что она делает, они тоже начали говорить о них плохо. А когда я вхожу, они замолкают и смотрят на меня как на врага.

- Думаю, скоро они придут сюда, - Севар сел, двигая каждому под нос похлебку. – Ешьте, думаю, завтра они могут начать. Ты не видела Севала? – он посмотрел на Сигу, которая сейчас постоянно была среди людей, чтобы знать, что происходит в городе.

- Нет, мы с Оми работали в мастерской – шьем, как ни в чем не бывало, если просят о помощи, идем на прополку. Оми нужно заставить прийти домой, плохо, что она ночует там, в швейной. Кто знает, что они с ней могут сделать.

- Но и быть всем вместе – опасно, Сига, они подумают, что мы здесь что-то замышляем. Они должны постоянно видеть всех нас.

- Думаю, нужно через лес отвести Дара и Дарью. Увести их за болота. Пока нас не поймали всех. Оми и Юта могут с ними уехать – запасы у нас есть. Юта хорошо охотится, - Сига присела рядом со всеми и посмотрела в комнату, где сейчас играла Дарья.

- Я не уйду, я нужна им здесь, Сига, - встала Юта и начала ходить по комнате.

- Тебе и не надо. Приведите вашу Оми, и я провожу их. Мои девушки уведут их в то место, где мы собирались делать стан, - ответила Тиара. Сейчас я уйду на свое место и буду смотреть за площадью, а Сига сходит за Оми.

- Я провожу их и передам твоим женщинам, встал Харэм. – Дар, собирай свою сестру, небольшой мешок с вещами, а Севар соберет вам с собой немного еды. Не нужно ждать и рисковать.

Тиара аккуратно пробиралась к краю плато – город, как называли стан все остальные, был и вправду, очень большим. Здесь было так много детей, что у Тиары захватывало дух – люди жили полноценной жизнью. Когда она заехала в свой стан после того, как они встретили корабли, она сразу побежала к сестре. Та улыбалась – ее беременность все еще продолжалась, значит, Сири была права – все дело в этой злосчастной травке, что они пили много лет.

Мальчик сложил огромную кучу сухих дров, и ей нужно было сделать только одно – вылить на кучу два небольших кувшина и поджечь. Она развела небольшой костер ниже, чтобы не тратить время на поджог. Зря не взяла с собой своих девчонок, иначе, можно было бы вздремнуть. Спать нельзя, потому что несколько мгновений могут стоить жизни многим людям.

Юта и Харэм проводили Оми с детьми в лес и передали девушкам Тиары. Через пару ночей они должны были быть далеко от Зарама.

- Харэм, надо сообщить Сири, что детей мы спрятали, иначе, Орус может обмануть ее, соврав, что дети у него, - шепотом говорила Юта, когда они в темноте пробирались сквозь лес обратно, к дому Севара.

- Ты очень умна, хоть и женщина. Мы все думали, что Сири – твоя мать.

- Да, она и вправду умна, Харэм. Только мы с ней разные в чем-то.

- В том, что у тебя меньше опыта и меньше привязанностей, а значит, и слабостей у тебя меньше, - он обернулся, и она увидела, как он улыбнулся.

- Слабостей?

- Ты переживаешь за своих отца и мать?

- Да, но отец взрослый, а мама в стане, где самое страшное – ливень с ветром, потому что урожай может просто смыть в реку, - она хихикнула.

- А Сири переживает за детей, за тебя и Драса, - Харэм остановился и Юта по инерции «влетела» в его спину.

- Хорошо, за детей и за меня, ведь меня она все еще считает ребенком. А Драс? Он же не маленький, он сильнее ее.

- Она не всегда с ним жила. Если ты кого-то полюбишь, ты будешь считать, что этот человек слабее твоих родителей.

- Но почему?

- Потому что тот, кто старше тебя, кажется нам всегда сильнее, умнее, и ты всегда жила с ними, и всегда было так. А нового человека ты не знаешь, это как только что родившийся ребенок для тебя. Наши женщины это знают. И мужчины никогда не ругают их за то, что те переживают. Наши мужчины знают это, знают, - он прошептал это прямо ей в лицо, отвернулся и пошел дальше.

- Я и не думала никогда об этом.

- Потому что ты не знаешь, что это, тебе не с чем это сравнить. И поэтому Сири не обижается на тебя.

Они шли по ночному лесу, и в темноте изредка раздавались голоса птиц, на которые Харэм отвечал слабыми, чуть слышными звуками, похожими на птичьи. Когда они подошли к кромке леса, где ночевали, оставляя Севара с Сигой одних в доме, они увидели, что ворота открыты. Севар не мог оставить их открытыми. Значит в доме чужие. Харэм в последний момент успел поймать Юту, прижать к себе и закрыть ей ладонью рот.