Марьяна Брай – Инструкция для попаданок (страница 38)

— Святой отец, я Анна…

— Я знаю, ты делаешь для замка тесто, — уверенно ответил отец Фарнель. — Иди и делай. Иначе, ты встанешь рядом. Он заслужил это наказание.

— Святой отец. Он управляющий, и очень хорошо справляется с этим делом. Если он останется здесь… вернее… я понимаю, что вы стараетесь воспитать его… — Аня не могла дальше сказать ни слова под его взглядом. Что-то было в нем страшное. Его спокойствие в сочетании с блеском в глазах выдавало в человеке некую сумасшедшинку. Провинность Эвина не была такой уж большой, чтобы на день оставить его здесь. Он мог поговорить, наставить на правильный путь, но он предпочел физическое наказание. Она понимала и то, что разговаривать сейчас с этим сумасшедшим "батюшкой" не стоило, но остановиться уже не могла.

— Иди, — в его голосе Аня услышала уверенность, что она не послушается. Или он этим ее провоцировал, или же она ничего не понимала в характере отца Фарнеля.

— Прошу вас, отец… — она решила просить, умолять, раз достучаться до него невозможно.

— У-хо-дии-и, — протянул он, но теперь совершенно точно, с улыбкой.

— Нет. Ему плохо. Прошу вас, святой отец, — не унималась Аня, но взглянув на Эвина, поняла, что тот хочет, чтобы она ушла.

— Уберите его со столба, — вдруг сказал святой отец, и двое подошедших к нему помощников полезли на кучу. Аня выдохнула и внутри что-то сладко запело оттого, что она добилась своего, что достучалась-таки до этого черствого человека.

— Спасибо, святой отец. Вы добры, — выдохнула она и улыбнулась.

— А ее привяжите на его место. И проследите, чтобы никто до завтрашнего заката не подошел, — закончил он, и девушка открыла рот.

Она до последнего не верила в то, что его помощники примутся за нее, как только опустят Эвина на землю рядом с ней, но это произошло.

— Святой отец, — крикнула она вслед удаляющемуся мужчине в серой сутане до пола, подвязанной веревкой. — Я думала, вы несете добро, несете слово Божье?

Он остановился на секунду, но даже не обернулся. Замер, да, но потом быстро пошагал вперед. Она просто не верила в то, что произошло, пока ее тащили к столбу пока ноги тонули в толстом слое навоза. Когда веревки обвили ее, словно змеи, когда ее руки связали за спиной, она поняла, что произошло. Эвина утащили во двор, и она осталась одна. Никто и носу не смел сунуть к навозной куче до самой ночи. Аня просто проматывала в голове произошедшее, но мысли все время возвращались к тому моменту, когда отец Фарнель замер. Что было в ее словах такого?

Она сейчас не боялась прихода следующего жаркого дня. Сейчас стало прохладнее. Ногам было тепло. Но дело было не в страхе жары и мух. Боялась она теперь только святого отца.

Глава 51

— Мда, что-то точно изменилось в этом вшивом замке, — прошептала Лена, входя во двор. — Хорошо хоть успела до закрытия. Ну ничего, мамочка дома, и сейчас главное — найти Аню. То-то она удивится.

Все и правда, было очень спокойно и как-то затрапезно. Обычно вечерами во дворе снова начиналась суета, а кое-где на заднем дворе и смех. Особенно после смерти хозяина.

— Марта? — Лена сначала увидела огромные от удивления глаза кухарки, а потом решилась спросить. — Неужели не рада увидеть меня? Где Анна? Я заблудилась в этом чертовом лесу и вышла совсем в другую сторону. Никто толком не смог объяснить как сюда идти… Да и имя лорда я забыла. Только и знала, что леди зовут Марисан. Но мне так никто и не помог, — Лена подошла к замершей женщине и приобняла ее. — Ну ладно, я тоже рада тебя видеть, но…

— Анна сказала… что ты… наверно погибла… раз так давно не вернулась… она…

— Да чего ты икаешь? Идем, обрадуем подругу, — Лена потащила кухарку к цеху, и та шла, будто ослик на веревочке, постоянно что-то пытаясь сказать, но у нее не выходило.

— Элена… стой… послушай, ее тут нет, — смогла, наконец, выговорить испуганная и белая, как полотно, женщина.

— А где она? — Лена остановилась так резко, что Марта влетела в нее. На секунду Лена представила, что Аня смогла вернуться, и они в этой чертовой временной петле просто разминулись. Эта мысль была такой яркой и правдоподобной. Ни на секунду до этого она не приходила в ее голову. Ведь Аня могла пропасть отсюда вместе с ней, но «вынырнуть», допустим, через год, или прямо в тот момент, когда Лена попала сюда вновь.

— Она там, на столбе, — ответила, наконец, Марта.

— На каком столбе? — по спине побежали ледяные «муравьи». Лена вспомнила тот сон, где она видела подругу привязанной к столбу. Вокруг бушевал огонь. Испуганные глаза Марты могли передать сейчас страх. Нет… даже ужас, но… — она жива?

— Да-а, и лучше будет для нее, если ты не пойдешь к ней. Святой отец наказал ее за Эвина…

— Да что здесь, черт вас подери, происходит? Стоило отлучиться на пару деньков…

— Прошло не пара деньков, Элена. Уже осень. Прошло дней тридцать, а то и больше…

— Веди меня к ней, — Лена бросилась в ту сторону, куда смотрела Марта, обернулась и увидела, что та стоит как вкопанная. Чертыхнулась и побежала еще быстрее, — Ну и ладно, ну и стой, я сама.

Столб она заметила не сразу. Кучи походили на небольшие горы, и прикрывали собой некоторые участки. Ей пришлось обежать их почти полностью, пока она не увидела Аню. Та стояла не шевелясь. Солнце садилось, ее растрепанные волосы висели по обе стороны лица, и его было не рассмотреть.

— Аня, Анечка, — Лена осмотрелась и приняла решение лезть к столбу по следам, в которых уже набралась жижа, но они выглядели более твердыми, чем неутоптанный навоз вокруг. Провалиться здесь можно было по самое не балуйся.

— Лена? Я не думала, что так быстро мне станет плохо и начнутся галлюцинации, — она подняла голову и, увидев пробирающуюся к ней подругу, открыла рот. — Ты же настоящая, правда?

— Да, настоящая, Анечка, настоящая, как любовь в девятом классе. Еще кака-ая настоящая… Щас вот пролезу и дам тебе себя пощупать, — Лена пыталась шагать часто, чтобы нога не успевала проваливаться, потому что засасывало в это месиво, как в самую настоящую топь. — А еще… крепко обниму тебя, потому что жизнь там без тебя оказалась совсем не сахаром, — засмеялась Лена.

— Стой, не ходи сюда, иначе, висеть нам тут обеим. А так, ты хоть воды принесешь, — Аня словно что-то вспомнила и закричала на нее.

— Еще чего! Я там почти неделю сходила с ума, боясь представить как ты тут одна, — Лена, наконец, пробралась к Ане и плюнув на веревки, обняла девушку. — Ты даже не представляешь…

— Лен, как ты вернулась? Я правильно поняла? Ты… ты была дома? Там?

— Да, я была там. Я была на работе, потом дома, потом у тебя дома, потом в Москве… в общем, сейчас я тебя освобожу, и все расскажу, но сначала я тебя отмою.

— Нет, давай оставим это на потом. Тут… тут появился этот святой отец… Похоже, у него задатки инквизитора, и он только-только начал разминаться. Да не развязывай ты меня, — сопротивлялась Аня, ни на секунду не упуская из виду горизонт, где мог появиться сам святой отец или его два помощника.

— Слушай, мы не рабы, и мы не обязаны тут им стоять на столбах по уши в говне. Тем более, я не уверена, что ты тут пыталась колдовать, превращая воду в вино или готовя отвары, — Лена подняла глаза на Аню и на секунду замерла. — Нет ведь?

— Нет, но он похуже некоторых, о которых я читала. И… знаешь, я решила прощупать его. Ну… сама напросилась на этот столб…

— Что? Сама? Ты сумасшедшая? Ты забыла, где мы? Ань, прошу, не натягивай руки, иначе я не смогу развязать тебя.

— Постой. Ну же, выслушай меня. Оставь меня здесь придешь ночью и поговорим. А сейчас… иди и сделай так, чтобы лорд узнал обо мне. Только очень осторожно. Прошу.

— Значит, ты думаешь, что лорд тебя спасет, а я нет? Или ты решила, что он должен выступить здесь рыцарем?

— Нет, не решила. Стоять мне положено до завтрашнего заката. Значит, весь день они не получат партию лапши, понимаешь? Но, увидев тебя, лорд может решить, что и ты теперь сгодишься, а значит, можно не спорить с этим изувером. Попроси Марту. Пусть она поймает его слуг и передаст. Так мы поймем, сколько власти имеет лорд, — Аня продолжала натягивать веревку, мешая подруге освободить ее.

— Черт, да что здесь творится? — Лена замерла и, плюнув на все, села у ног Ани.

— Вот и узнаем. А ты придешь ночью, и мы поговорим. Только очень тихо. Прошу тебя. До меня здесь стоял Эвин. Надеюсь, к ночи он придет в себя. Было очень жарко, и ему не давали воду.

— И ты хочешь, чтобы я сейчас бросила тебя и ушла?

— Да, чтобы все это не было зря, понимаешь? Он извращенец! Он получает удовольствие от того, что делает, и это он только разминается, Лен. Это самое начало. И если мы с ним не справимся, нам придется уйти отсюда.

— Аня, ведь у меня получилось. И туда, и обратно. Я, похоже,…

— Тихо, пригнись… — прошептала Аня и Лена легла в навозную жижу.

Насколько минут Аня не двигалась, надеясь, что вышедший из-за конюшни мужчина не заметит лежащую в ее ногах Лену. Он постоял, прошелся вокруг и ушел, так и не увидев ее.

— Благо, стемнело, — выдохнула Аня. Иди. Там, — Аня мотнула головой куда-то влево, — там на земле лежит мой плащ. Он упал, когда они меня схватили. Накинь его. Иди к Марте. Я теперь буду стоять счастливая. Прошу, сделай, как я сказала. Иначе нам и правда проще все бросить и уйти. Но на что мы наткнемся снова? На хороший исход надеяться не стоит.