Марья Коваленко – Овертайм. Любимая для капитана (страница 4)
– Он сказал что-то смешное? – пресс-секретарь указала на одного из игроков.
– Наш капитан ездит на тренировки на общественном транспорте, – Конев просто не мог не поделиться такой информацией. – У него машины нет.
– Как? – Настя опешила. Сколько платили самому дорогостоящему игроку, она знала хорошо.
Но ответить на этот раз никто не успел. В комнату с грохотом и матом ввалился предмет обсуждения.
Андрей проклинал все подряд от светофоров до медлительных пассажиров маршруток, при этом сам «жертва общественного транспорта» выглядел так, что только могучая фигура выдавала в нем спортсмена. Нелепая зеленая шапка, натянутая по самые брови, оранжевый шарф и красная спортивная сумка – все это никак не вязалось с образом сурового, бравого капитана.
Поздоровавшись первым делом с парнями, он удостоил Барскую лишь коротким взглядом.
«Снизошел!» – подумала Настя.
– Господин Таранов, а со мной Вы поздороваться не желаете? – она сложила на груди руки, ожидая бурной реакции капитана.
Та последовала немедленно. Андрей обернулся, стянул с голову шапку и уперся в нее таким взглядом, что Насте впервые в жизни захотелось надеть бронежилет. Серые стальные глаза, как сканером, прошлись по ней от головы до ног, ни на чем не задержавшись. Волна пронизывающего холода, а за ней еще одна, обжигающе-горячая стремительно прокатились по телу.
Разгоняя наваждение, она постучала острым каблучком о пол.
– Здравствуйте! – в отличие от взгляда, голос у Таранова был приятный, низкий и бархатный.
Только Настя собралась ответить на односложное приветствие, как капитан развернулся к ней спиной и, как ни в чем не бывало, продолжил раздеваться.
– Андрей, дорогой, – массажист Карен развел руками. – Ты опять путаешь мой кабинет и раздевалку. Ну, сколько можно, друг. Я же тебя уже сто раз просил…
– Карен, у меня шея с трудом поворачивается, – простонал капитан. – Спасай!
– Что ты за человек? – пробубнил массажист, накидывая свежую накрахмаленную простынь на кушетку. – Совсем себя не бережешь…
Андрей быстро разделся до пояса и плюхнулся на стол. Охваченная яростью, Барская даже не обратила внимания на короткий стриптиз. Ее до глубины души возмутил и тон, и игнорирование, и наглость капитана.
– Таранов, а не слишком ли много Вы себе позволяете, – Барскую безоглядно несло. – Вы не явились вчера на пресс-конференцию, ведете себя по-скотски со мной, да еще и опоздали на тренировку.
У Таранова глаза на лоб полезли. Какая-та фифа пробралась к ним в массажный кабинет и смеет его отчитывать!
– Детка, знаешь, что… – он уже собирался ей высказать все, что думает об обнаглевших фанатках, но друг Иван неожиданно прервал отповедь.
– Андрюха, не горячись! Тише! – он положил сваю лапищу на плечо Таранова. – Это Анастасия Игоревна, наш новый пресс-секретарь.
Капитан непонимающе уставился на друга, а затем на Настю.
– Анастасия Барская! – злобно прошипела женщина. Она уже ненавидела свою фамилию, но, похоже, сегодня только ею можно было поставить на место этих зарвавшихся наглецов.
– Ах, Барская! – капитан осклабился и рывком поднялся с кушетки. – Очень приятно!
– Так чего Вы опоздали на тренировку? – на самом деле Настю это уже не интересовало. Испугал тон, с которым капитан произнес ее фамилию.
– Транспорт плохо ходит, – сквозь зубы ответил Андрей.
– А машины на что? Своей нет, так у нас две клубные неделями простаивают.
Таранов не ответил. Вместо него с галерки подал голос Конев.
– А капитан у нас машину не водит, ему права не дают.
– Не поняла… – Барская нахмурилась.
– Я дальтоник! – ровно и четко ответил сам Таранов. – Такой ответ устраивает?
От неожиданности Настя готова была сквозь землю провалиться. Щеки мгновенно покраснели, а руки вспотели.
– Ясно, – глухо ответила она. – Ладно, не буду Вам мешать. Мне надо поработать.
Никто не проронил ни слова. Лишь Борис Конев показал капитану большой палец и громко заржал, стило Барской закрыть за собой дверь.
Тренировка перед игрой началась вовремя. Андрей натянул на себя старый, удобный свитер и перчатки. Градский, скорее всего, загоняет их сейчас как бешеных собак, но это было правильно. Вчера по площадке все передвигались, как сонные мухи, и только мордобой получился на «ура».
– Андрюха, забей ты на Коня, – словно прочитав его мысли, сказал Гагарин. – Он у нас парень горячий, вот и ляпает своим языком без контроля.
– В его годы пора бы уже научиться держать язык за зубами, – капитан был непреклонен.
– Так зубы то у него тю-тю, выбиты! – заржал Иван. – Вот и несет парня.
– Там, похоже, одними зубами не обошлось…
– Андрюха, – Гагарин хитро сощурился. – А может не в Коне дело? Ты на девку обиделся?
Таранов резко обернулся к другу. Губы были сжаты в тонкую линию, на скулах играли желваки.
– Ууу… – протянул вратарь. – Так я угадал. Все дело в Барской.
– Иван, будь другом, даже фамилию эту при мне не упоминай. Никогда. Мне и дядюшки ее хватило.
– И как, простите, ты собираешься с ней работать? Вам ведь перед журналистами вместе за все отдуваться. В горе и в радости…
– Долго она здесь не задержится. Помяни мое слово.
– Так ты собираешься выжить ее?
– Больно надо, – Андрей скривился, словно сама мысль о подобном была ему противна. – Сама уйдет: или ляжет под кого из ребят, или опозорится, или еще что. Я не пророк, но хоккей не бабское дело. Какой из нее пресс-секретарь?
– Симпатичный…
– Не заметил, а вот скверный характер прочувствовал. Надо бы узнать, зачем ей это…
– А может, она на самом деле неплохой спец?
– Ваня, я в жизни не поверю в подобную чушь!
О том, как вчера эта «баба» умыла всех журналистов своими познаниями, Иван решил не рассказывать. Если друг хочет верить в свою идею – пусть верит. Лично ему Барская даже понравилась. Было в ней что-то.
– Знаешь что, Андрей, – Гагарин на секунду задумался. – Ты только не пори горячку, очень тебя прошу.
Тренировка началась с бега. После поражения тренер решил сменить обычную тактику тренировок и увеличил время разминки. Эдуард Станиславович нещадно гонял парней по площадке, будто готовил конькобежцев.
– Давайте же, ленивые задницы! – даже Настя в кабинете администрации услышала его рев. – Быстрее! Еще быстрее! Да вас даже стоячий обгонит! Что это за скорость?
Любопытство Барской взяло верх. Пропустить качественное издевательство над тремя десятками здоровых лбов она никак не могла. А вдруг что-то из напутствий тренера пригодится в жизни? Всякое бывает. Так, с мыслями о том, что просмотр тренировок для пресс-секретаря также важен как и изучение статистики матчей, Анастасия Игоревна прошествовала в сторону ледовой арены.
Каблучки звонко цокали по плитке, привлекая внимание к неожиданной гостье. Половина хоккеистов повернула головы в ее сторону, но бдительный тренер, не щадя нежных ушей дамочки, грубо урезонил парней. Следующий матч уже послезавтра, расслабляться не было позволено никому.
После бега пришел черед растяжки. Даже без амуниции, в обычных спортивных костюмах, хоккеисты казались гигантами. Накачанные красавцы из ее тренажерного зала могли нервно курить в сторонке рядом с этими. А фантастический поперечный шпагат голкипера Гагарина даже Барскую не оставил равнодушной. Казалось, словно гора стояла-стояла, ворочаясь из стороны в сторону, и вдруг рухнула. Иван неспешно потянулся, потом встал и повторил падение. Настя чуть не захлопала в ладоши, как девочка. Спустя минуту рядом на продольный шпагат спокойно сел и запасной вратарь.
– Анастасия Игоревна, почешите спинку! – пока она увлеченно наблюдала за пяточком, капитан незаметно подкатился к бортику и с самым невинным видом потрогал Настю по плечу. – Дико чешется, а мне в перчатках неудобно.
Она чуть рот не открыла от удивления, а Таранов, тем временем, повернулся к ней задом и выгнул спину. Даже сквозь плотный свитер и майку проступил красивый рельеф. Широкая, сильная спина так и манила прикоснуться, ощутить пальцами мощь. Настя прокляла себя за глупость в тот момент, но рука уже забралась под просторный свитер и начала чесать. Острые ноготки прошлись от лопаток до поясницы. Капитан заурчал, как довольный кот.
– Ух, да у Вас просто призвание к этому делу, – хрипловато произнес он. – Еще минута, и я кончу от удовольствия.
– Минута… Да Вы скорострел, – надменно хмыкнула Барская. Все обернулось так, как она и ожидала: молодому льву захотелось поиграться. Вот только с игрушкой на этот раз киса ошибся.
– А, так у Вас и язычок горячий? Мне нравится, когда язык горячий, – Андрей не сдавал позиций. – Еще бы зубы не были такими острыми, цены бы Вам не было.
В этот момент Настя отчаянно позавидовала известному киношному герою, ногти которого легко превращались в огромные ножи. Разум истошно вопил о потребности порвать наглеца на британский флаг. Андрей, словно почувствовав эти недобрые мысли, лукаво ухмыльнулся.
– У кого-то от злости уши дымятся…
– Примитивно и неостроумно!