Марья Коваленко – Не борись со мной, малышка (страница 6)

Сразу после разговора с полканом меня засасывает текучка. Другие дела никто не отменял, потому приходится звонить, ездить и составлять бесконечные бумажки.

Ничего общего с веселыми буднями следователей из отечественных сериалов. Еще меньше общего с буйными фантазиями бывшей жены о сказочном ББП (бани, бабы и попойки). Галера с запредельным количеством мудаков и прочей криминальной фауны.

В спешке я не успеваю заехать на перекус домой или добраться до приличной столовой. На завтрак заталкиваю в себя сэндвич из ближайшего магазина. А на обед бессовестно подъедаю падаванские котлеты – свеженькое подношение для Байкала.

К счастью, совесть не ёкает, а соучастник ограбления – Смагин – даже не чавкает.

После такой собачьей работы к вечеру уже не хочется никаких клубов и воротит от стремных колючих рож. Острая передозировка.

Чтобы заставить себя ехать, приходится вспомнить негласный приказ Сыровского и одну гордую жрицу любви в блядском школьном платье.

Так и рулю к Касьянову – с привставшим бойцом и горящим сердцем. Параллельно прикидываю по пути, в какой «праздник жизни» выльется мне очередная услуга отцовских специалистов, и какой стресс после этого придется снимать жрице.

О том, что не получу никакую помощь или что жрица не пожелает бороться со стрессом, почему-то и не думается. В голове словно блок на подобное развитие событий. Но когда приезжаю на место, удача поворачивается ко мне двумя здоровенными булками.

Первая в лице отцовской шестерки, укуренной до бессознательного состояния и не способной ответить ни на один вопрос. Вторая в виде строя мелкосисечных официанток, ни капли не похожих на мою роскошную амазонку.

Попадос в чистом виде!

– Ты получил от него, что хотел? – интересуется хозяин клуба, Игнат Касьянов. – Мои парни собираются этот мусор на помойку вынести, чтобы не вонял здесь.

Он садится на соседний стул и цепко стреляет взглядом по сторонам.

– Мне бы информацию из этого укурка вначале выбить…

– Теперь это просто тело, – кивает на шестерку Игнат. – Кстати… Твой отец с ним больше не работает.

– Блядь, да что ж так не вовремя?! – Становится совсем «хорошо».

– Надо дома бывать чаще. Тогда, глядишь, и был бы в курсе, – скалится этот засранец.

– Ты это… полено из глаза не забудь достать. – Намекаю на такие же «теплые» семейные отношения у самого Касьянова. – Кто б заливал?!

– Мне мое полено не мешает. А вот у тебя, похоже, проблемы.

– У меня тачка… – Раз план «А» похерен, приходится включить план «Б». – Найти надо.

– Из Питера укатилась. Или сюда по запчастям приехала? – Не глядя на меня, уточняет Игнат.

– Из. Куда? Хрен ее знает, – произношу, отвернувшись в другую сторону. Здесь наверняка хватает любопытных глаз.

– И этот хрен тебе надо найти? – уточняет Игнат.

– На хрене два трупа. Не поймаю за неделю, может появиться третий.

Беру со стойки рюмку с «комплиментом» от бармена – чистой водой. И опрокидываю в себя, как водку.

– Перспектива, однако, – тянет Касьянов.

– Сам нарадоваться не могу. Поможешь?

– Дома тебе помогли бы быстрее. – Снова скалится. Так и напрашивается на экстренное выравнивание зубов. – Не совсем мое поле… правда, один номерок есть, – добавляет уже серьезно.

– Скинешь?

– Вначале узнаю, возьмется ли, – темнит Игнат. – Но при любом раскладе будешь должен.

Он поднимается со своего места, и будто не было никакого разговора, без прощания, ленивой походкой валит в сторону свеженькой стайки ночных бабочек.

На этом рабочий день можно считать завершенным. Хоть какой-то итог по одному вопросу и полный провал по второму.

Надеясь все же заметить свою жрицу, я еще раз скольжу взглядом по залу. Вздыхаю от тяжести в переполненных яйцах и их суровой доле – держать все в себе. А затем топаю к стоянке.

В перспективах на вечер – обыск холодильник и тесные объятия с подушкой. Если повезет, то до утра. Если не повезет – то до первого бессмертного дятла, которому понадобится мой мозг и остальные потроха.

Как я ни пытаюсь убедить себя, что план огонь, оптимизма не прибавляется. Впору ехать в отдел и урабатывать себя до отключки.

С этими мыслями я подхожу к машине. Открываю дверь машины. Заношу правую ногу в салон… и от внезапного женского вскрика со всей дури впечатываюсь головой в стойку.

Глава 10

Алена

Если день начался с неприятности, к вечеру жди настоящего трындеца. Раньше я хорошо помнила эту примету. Муж делал все, чтобы она не забывалась. Но за четыре месяца на свободе извилины, похоже, совсем распрямились.

Вместо того чтобы быть начеку, я долбаный час прячусь от майора: обслуживаю клиентов ВИП-кабинок на втором этаже клуба, выслушиваю жалобы старшего администратора и помогаю девочкам-танцовщицам переодеваться между номерами.

В общем, делаю все, чтобы не думать об умелых руках одного нахала. И в итоге горько расплачиваюсь за свою неосторожность.

– Подожди, красавица. И куда это ты спешишь?

Стоит всего на минуту выйти на улицу, чтобы отдышаться, меня окружают трое мужчин. Один из них кажется трезвым, а двое других слегка пошатываются.

– Извините, мне нужно идти работать. – Обхватываю себя руками.

– Так можно и с нами поработать. Мы заплатим, – усмехается трезвый.

– Вот, смотри, сколько бабок! – вынимает свой кошелек его товарищ и трясет передо мной стопкой мелочи.

– Я не оказываю интимных услуг. Если очень нужно, могу позвать вам девушек. В клубе есть… специальные.

– А ты у нас что? Не девушка? – ржет один из пьяных.

– Может, девочка? – потирая усы, хохочет второй.

– Так мы проверим, – добавляет трезвый и вжимает меня своей грудью в грязную стену.

Внешне все очень похоже на ситуацию с майором. Снова беспомощность и жесткий напор. Однако ощущения совсем другие. Сейчас мне не просто страшно – мне жутко и одновременно противно.

– Повторю. Вы перепутали, – стараюсь говорить спокойно. – Я официантка. И если вы не выпустите меня, прямо сейчас сюда явится охрана клуба.

– И как же твоя охрана узнает? – Трезвый лезет вонючей рукой под мою юбку. Щиплет за бедро.

– Камеры. – Пытаюсь рассмотреть под крышей камеры внешнего наблюдения или хоть что-то, похожее на них. – Здесь везде камеры, – вру, не найдя ни одной.

– Ну раз камеры, то ты права. – Скалится мой мучитель. – Тогда здесь точно не будем.

Он выпускает меня. Но стоит сделать шаг в сторону, хватает за руку и тянет к ближайшей машине.

– Поехали, красивая, кататься. – Ржет ближайший пьяный.

– Чур, я на ней катаюсь первым! – Больно шлепает по ягодицам усатый. – После ваших болтов в бабах свободно как в тоннеле. – Он распахивает дверцу и приглашающе кланяется.

– Нет, не надо… – Я изо всех сил упираюсь. – Пожалуйста, нет… – Как видела в одном ролике по самообороне, сажусь на асфальт и крепко обнимаю колени руками.

– Бляха, ты серьезно?! – рычит трезвый.

– Стасян, неси ее! – командует усатый.

И в тот же момент меня подхватывают на руки.

О том, что будет дальше, не могу даже думать. Паника накрывает с головой, парализуя руки и ноги. Все, на что я способна – молиться и кричать… во все горло, одно слово:

– Помогите!

За это тут же получаю шлепок пониже спины и грязную руку на губах, закрывающую мой рот.

«Теперь точно все», – осознание накрывает меня, будто глухой, непроницаемый купол.