Марья Коваленко – Не борись со мной, малышка (страница 10)

– Это, блядь, не дыра! Это котлован! – Прикидывая в уме самый короткий маршрут до детского сада, устраиваюсь на водительском сиденье своей машины.

– Тебе, если что, звонить? Или ты на раскопках? – не сдерживая смеха, уточняет догадливый Серега.

– Я на закопках. Если к утру не откопаюсь, скажи Сыровскому, что погиб смертью храбрых. – Завожу двигатель и, не тратя больше ни одной секунды, срываюсь с места.

***

Как ни пытаюсь успеть к назначенному времени, все равно опаздываю. Когда влетаю в кабинет директрисы, там уже полноценные боевые действия.

Ангелина Павловна, обложившись картонными папками, изображает выглянувшего из башни танкиста. Бледная жрица – пленного пехотинца. А моя бывшая – эскадрон гусар летучих. С шашками наголо!

– Егор Семенович, вы так вовремя, – радостно блеет директриса, стоит мне шагнуть на поле боя. – Мы вас так ждали. – Она полностью высовывается из своей башни и расправляет плечи.

– Посмотрите, кто пришел! – бодро рявкает Лариса. – Ну, наконец-то, ты заинтересовался проблемами нашей девочки.

Для полноты картины не хватает, чтобы жрица тоже что-нибудь произнесла. Например: «Ну, здравствуй, милый!» Однако судя по перепуганному лицу, жрице сейчас не до разговоров.

***

– На каком моменте вы остановились? – Делаю максимально серьезный вид и сажусь напротив директрисы.

– Спасибо, что не с начала, – тихо шепчет сидящая справа жрица.

– А мы как раз перешли к самому главному! – Обрадованная появлением еще одного зрителя, Лариса преображается. Алые губы изгибаются в хищную ухмылку, в глазах загораются огни инквизиции.

Совсем как в славные времена нашего брака, когда я задерживался на работе или возвращался из командировок.

От ностальгии аж мурашки по спине бегут. Незабываемые впечатления.

– Может быть, мы попробуем как-нибудь мирно… решить вопросы? – Ангелина Павловна нервно сглатывает.

Видимо, на прелюдии Лариса уже показала себя во всей красе.

– Не тот случай, – сочувственно качаю головой.

Как показал мой опыт, бесполезно даже пытаться остановить этот бронепоезд. Проще смиренно лечь на рельсы и позволить быстро переехать себя туда-сюда до выработки остатков топлива.

– Ну, вещай! – командую я Ларисе и мысленно надеваю на нас всех каски.

– Благодарю. – Режим вещания включается без дополнительного пинка.

За пятнадцать минут благодаря буйной фантазии бывшей жены маленькая муха раздувается в гигантского слона-мутанта. Обычная детская ссора оказывается «тяжелейшей психологической травмой». А моя кукуш… то есть жрица становится антисоциальным элементом, который растит будущего преступника.

Примерно такой букет «фиалок» я себе и представлял. Однако, неподготовленные, директриса и жрица немного отъезжают.

– Если мы не примем правильное решение, может пострадать кто-то еще, – закругляется Лариса. – Я готова приложить все усилия, чтобы не допустить подобного. Потому после этого собрания планирую посетить службу опеки.

Шокированная Ангелина Павловна открывает рот на проветривание. А жрица покрывается красными пятнами.

Подозреваю, еще пара «ласковых» слов о пацане, и мне придется вспоминать, как оказывать первую медицинскую помощь.

– Радость моя, а тебе не кажется, что службы опеки это не наш вариант? – надо как-то выруливать из этого пиздеца.

– Егор, только не говори, что хочешь оставить все, как есть!

– Ну что ты! – поднимаю руки вверх. Хорошо было бы грохнуть кулаком о стол и забыть о проблеме. Жаль, с Ларисой такие методы не работают. – Ты все так замечательно расписала. Я могу лишь порадоваться твоей бдительности.

– Тогда что ты предлагаешь?

Чувствую, как на мне пересекаются взгляды трех пар глаз.

– Как представитель правоохранительных органов я готов лично взять это дело под свой контроль.

– Как?!

– Проведем нужные беседы, оформим документы. – Киваю директрисе. – Организуем воспитательную работу прямо в саду. Чтобы, так сказать, не пускать дело на самотек.

– А Следственный комитет может заниматься такими вопросами? – Похоже, в голове моей бывшей благоверной рвутся все шаблоны.

– Уж лучше я сейчас разберусь с этим будущим опасным преступником, чем потом буду ловить по городу, – решительно киваю.

– И когда же ты начнешь?.. – недоверчиво смотрит на меня Лариса.

– А вот мы прямо сейчас и начнем! – окидываю взглядом двух оставшихся дам. – Ангелина Павловна, уступите мне на несколько минут ваш кабинет?

– Да? Кабинет? – директриса исполнительно срывается с места.

– Будем профилактическую беседу проводить, – максимально хмуро зыркаю на жрицу.

– А нам с Ларисой Геннадьевной в коридоре подождать? – Павловна ловит мою мысль на лету.

– Да. Подождите там. Можете в соседнее кафе чаек сходить попить. Не спешите. Нам здесь… – Беру со стола официальное письмо, которое накатала Лариса. Переворачиваю один лист, второй и третий. – … минут двадцать понадобится. Не меньше.

Глава 15

Егор

Дамы выходят из директорской как наседки из курятника. Первой Ангелина Павловна – скромно, поджав хвост и не оглядываясь. Второй – Лариса. Бывшая гордо выпячивает вперед свой скромный второй размер и походкой победительницы покидает кабинет.

Как только дверь закрывается, я облегченно выдыхаю.

Волки, кажется, сыты, овцы пока еще целы.

– Ты всерьез собрался проводить со мной воспитательную беседу? – Жрица наконец оживает. Даже цвет лица становится нормальным человеческим со здоровым румянцем.

Любо-дорого смотреть!

– Вот думаю, может, выпороть тебя. – Демонстративно берусь за пряжку ремня.

– Давай без этого… – Спешно сглатывает. – БДСМа.

– Ну-у, тогда будем договариваться полюбовно. – Улыбка сама растекается по моей морде.

Ничего не могу с собой поделать. Даже Лариска в ее достервозную эпоху не вызывала во мне такого желания лыбиться и тискаться. Индивидуальный рефлекс на жрицу!

– Что значит полюбовно? – В глазах напротив вспыхивают факелы. – Мы уже два раза решали… полюбовно!

– Второй получился каким-то смазанным. Я так и не врубился, что это вообще было.

Лениво встаю со своего места и обхожу стол.

– Я не буду с тобой спать! Хватит! – произносит чертовски уверенно. Почти так же, как во время нашего знакомства в темном коридоре клуба.

– Звучит как вызов.

За стеной уже не слышно никаких шагов, потому больше не медлю – рывком поднимаю свое сокровище и усаживаю упругой попкой на стол.

Волшебная все же жрица. Еще полчаса назад у меня не было никаких сил. Хотелось добить котлеты и свалить домой – мять затылком подушку. А сейчас…

– Ты с ума сошел? Мы в детском саду! – Толкает двумя кулаками в грудь.

– Думаешь, найдутся желающие вломиться в кабинет директора без стука? – Веду носом по ее скуле. Вдыхаю аромат.

Охренительно пахнет. Никакого парфюма. Только она. Чистенькая, сладенькая. Зефирка, а не баба.

– Послушай… Я заберу сына из этого сада, – начинает торопливо говорить жрица. – Паша не будет больше пересекаться с твоей Катей. Жена, надеюсь, успокоится и…

Она еще о чем-то рассказывает, но краем глаза я замечаю буравящие одежду соски, и слух временно уходит в отключку.