Марья Коваленко – Бессонница (страница 6)

Закончив с приветствием и передачей продуктов, я закатал рукава и принялся за дело. Пока дождь не накрыл поселок, нужно было успеть проверить колодец и запустить насос. Жанна, как белка, получившая орех, нырнула с пакетом в дом, а я тут же направился к маленькой пристройке.

Хорошо, что в прошлом году пришлось освоить нехитрую систему водоснабжения. Не было худа без добра. Доведись мне сейчас разбираться во всех тонкостях подключения «Родничка» к бойлеру, ужин, скорее всего, пришлось бы устраивать утром, и Жанна точно пропала бы еще на год или больше.

Избитое выражение, но жизнь все же странная штука. Вначале, когда ты на коне, вокруг вертятся толпы людей. Каждому что-то нужно, каждый что-то может предложить. Ты, не разделяя на «дальних» и «близких», варишься день за днем среди них. Думаешь, что так и нужно. Активно махая руками, плывешь по течению.

Потому, когда жизнь поворачивается филейным местом – все меняется. Знакомые по-прежнему рядом. Тянут руки помощи. Отводят глаза, но все еще предлагают и просят. Для них ежедневный процесс не прерывается. Они живут своими жизнями, и только тот, чья боль сродни твоей, может помочь по-настоящему. Вначале через сопротивление, потом через тихое безмолвное присутствие.

Наверное, я и под гипнозом не вспомню, чем кормила меня тогда Жанна, и как ей вообще удавалось что-либо в меня впихнуть. Я даже не вспомню, кто из нас убирал в квартире и платил по счетам. Но не еда и быт были главными. Мы были двумя тяжелобольными, которые по взгляду, по жесту понимали, что творится внутри… и дружно молчали об одном.

Поодиночке сходят с ума. Я был не одинок. Я не сошел. За это, если б понадобилось, нетяжело было и собственными руками вырыть колодец. Хоть пруд! И явиться по первому зову за тридевять земель – легко. Только платы никто не требовал. Жанна просто исчезла. Поняла, что клиент уже способен заботиться о себе сам, и растворилась.

Лишь теперь мне выпал шанс сделать что-то в ответ. Обеспечить водой – невелик подвиг, но до чего же было приятно ковыряться в стареньком насосном оборудовании.

Как я ни старался, а на все про все ушло больше получаса. Дождь уже хлестал вовсю, когда наконец удалось подключить колонку и с чистой совестью отправить Жанну проводить тест в душе. Вначале она, как и во время встречи, остолбенела, но потом мой суровый и промокший до нитки вид, видимо, добавил убедительности.

Не успел я доделать последние мелочи, спустя рекордных для женщины десять минут, завернутая от шеи до пят в белый пушистый халат она появилась в гостиной.

– Руслан, спасибо! – встретило меня улыбающееся облачко у порога. – После такого я просто обязана тебя накормить.

Я по-собачьи стряхнул с головы воду.

– Можно еще напоить. Желательно чем-нибудь горячим. Замерз, как бездомный Барбос, под этим дождем.

Жанна прыснула со смеху. Совсем как девчонка, звонко, задорно, вызывав у меня улыбку от уха до уха.

– Горячим… Глинтвейн! Я могу сварить глинтвейн. Как раз сегодня обнаружила в коробке для чая корицу и бадьян.

– Отлично! Уже хочу.

– Значит, договорились, – она протянула руку и заботливо смахнула у меня со щеки каплю. – Иди пока отогревайся в душ. Одежду я тебе найду и положу на стул под дверью.

На миг мы словно перенеслись на полтора года назад. Вновь забота и тепло. Отличие было в уровне боли. Сейчас она не сжигала изнутри. Угли все еще тлели, но, чтобы следовать приказам, не нужно было прикладывать титанических усилий.

– Слушаюсь, мэм.

Сказать было просто, а вот исполнить… В душе я быстро вспомнил, почему недолюбливал дачу. Все здесь было прекрасно, и свежий воздух, и уютный интерьер, но душевая кабина не подходила мне вообще. Скорее всего она была рассчитана на хоббитов. Не представляю, как здесь мылась длинноногая Орлова. Мне приходилось пригибаться и сутулиться, чтобы влезли плечи.

О том, чтобы подвесить лейку и постоять несколько минут под горячими струями, не могло идти и речи. Отбив себе локти, намучившись с перемещением лейки вдоль тела, уже скоро я сдался. В гробу и то, наверное, было бы просторнее. Чтобы хоть немного освежиться, пришлось выбраться из кабины, и продолжить мытье, подставляя конечности по очереди.

К мытью головы на керамической плитке пола образовалось настоящее озеро. Еще немного, и вполне можно было принимать ванну. В довершение ко всем этим удовольствиям, стоило на миг приоткрыть дверь из ванной, чтобы забрать одежду, из кухни донесся аромат чего-то мясного, и мой желудок принялся громко требовательно урчать.

– Серебряков, ты когда ел последний раз? – спустя пару минут, поставив передо мной тарелку, поинтересовалась Жанна. – На улице гремит тише, чем у тебя в животе.

– Не помню, – заглянув под крышку, соврал без зазрения совести. – Но тебя я сейчас точно могу объесть, так что накладывай себе первой.

В моей квартире к плите Орлова не подходила. Я был уверен, что блюда, которыми она меня пичкала, готовились профессиональными поварами и перед подачей лишь разогревались в микроволновке. Разве могла королева радио марать руки готовкой? Однако что-то мне подсказывало, что жаркое, которое сейчас заставляло меня захлебываться слюной, было не из ресторана.

– Я не готовилась к приезду гостей, – Жанна взяла мою тарелку, – так что, прости, ничего более приличного приготовить не успела.

– Это ты сейчас на комплимент напрашивалась или прибеднялась? – я честно не понял.

– Я… – Жанна заморгала. – Извинялась…

К странным сегодняшним ощущениям от ее домашнего, непривычного вида добавилось еще удивление поведением. Может мы стали слишком чужими за прошедший год?

– Тогда мне этой «неприличной» еды побольше. Аромат такой, словно я год ничего не ел.

Какое бы напряжение ни было между мной и Жанной в начале ужина, с каждым съеденным кусочком оно уменьшалось. Когда мой желудок наконец умолк, Орлова уже улыбалась и даже шутила.

– Я так удивилась, что нет воды, – рассказывала она о своих приключениях, – что вначале не поверила. Стояла возле умывальника и все смотрела на него, смотрела.

– Ну, ты с ним не разговаривала, так что все не совсем запущено.

– Наверное, если бы сил было больше, мы бы и поговорили. Но я вечером приехала, глаза слипались.

– Я виноват, – я отправил в рот сочный кусок мяса и запил обжигающе перченым глинтвейном. – Из головы вылетело, что в прошлом апреле уже было похожее отключение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.